Курупиру
Шрифт:
– Не стоило бы вам столько пить. Сварить кофе?
Спенсер пропустил слова Алана мимо ушей.
– Они, видите ли, боятся, дурни эдакие. Именно сейчас они намерены оставить меня на бобах, сейчас, когда, кажется, стоит только рукой подать... Знаешь ли ты, Брэкфорд, каково человеку, когда у него рыбка с крючка срывается?
– Спенсер покачал головой.
– А вот с Джеком Спенсером с самого рожденья так: потянет улов за удочку - откуда ни возьмись, появляется расфуфыренный фраер...
– Послушайте, Спенсер, вот ваш кофе, пейте да
Гость привычным жестом опрокинул чашку в рот, а Алан, воспользовавшись моментом, швырнул недопитую бутыль в темень тропической ночи.
– А тут еще черномазые как назло подняли головы.
По утверждению Вебстера, Спенсер занимался муравьями, но сколько Алан ни ломал себе голову, на память не приходил ученый-энтомолог с такой фамилией. Муравьи... Удивительно, что в этом затерянном уголке земли водятся совершенно обычные виды муравьев. "Мне трудно найти повод отказать Спенсеру, - бурчал старик-профессор.
– За него хлопотал Линдал из университета в Филадельфии, я не мог выдвинуть сколько-нибудь убедительного аргумента против такой кандидатуры. А кроме того, не забывайте, что он берет на себя большую часть наших затрат".
Ничего не скажешь, веский довод. Когда у Алана несколько месяцев назад в этих проклятых прериях пропали ценные препараты, не считая двух лодок, на сцене, словно по заказу, объявился Спенсер, черт бы его побрал.
Его размышления прервал громкий голос Спенсера.
– А что может быть? Что собрал, с тем и вернусь обратно и постараюсь позабыть обо всем на свете.
– Спенсер укоризненно покачал головой.
– Иными словами, Джек Спенсер сделал свое дело, Джек Спенсер может катиться к черту.
– О чем вы толкуете. Право же, я никак не пойму?
– Не о худшем в жизни, приятель.
– Спенсер ухмыльнулся.
– Вы достигли своей цели: плевать вам на меня. Как и этим цветным...
– Будьте любезны, коллега, объясните, что означают ваши неуместные намеки.
Спенсер, покачнувшись, встал на ноги и зевнул.
– Только не притворяйтесь овечкой. Я так понимаю: вы набьете карманы деньжатами и адью...
– Уж не спутали ли вы меня с гребцами?
– Алан едва владел собой. Какие еще деньжата?
– Я заплатил проводникам за полгода вперед, - Спенсер свирепо выпятил нижнюю челюсть, - накупил провианта, бензина для лодок. На ваше имя в банке Манаоса переведено две тысячи долларов; насколько я знаю, Вебстер лично вам денежки перевел.
У Алана потемнело в глазах, он сжал кулаки, но предусмотрительно спрятал руки в карманы: ненароком можно угодить этому бандиту в улыбающуюся физиономию. Выходит, Вебстер его продал... Но тут же у него блеснула искорка надежды: вдруг Спенсер лжет. А если он говорит правду? Как тогда поступить? Алан же не может выступить против будущего тестя, заклеймив его перед ученым советом университета... Нет, нет, этого он никогда не сделает. Видимо, Спенсер на это и рассчитывал.
– Что вам от меня надо?
– Алан
Рыжеволосый верзила со спокойным видом раскурил трубку, поудобнее усаживаясь на скамейке.
– Ну вот, наконец-то я слышу разумную речь, - сказал он, выпуская изо рта колечки дыма.
– Знаете, приятель, мне говорили, будто вы, как никто другой, умеете найти общий язык с этими бездельниками.
– Что вы хотите предложить?
– У меня с ними вышел конфликт - не хотят идти дальше, хоть убей. Ни за какие деньги.
– Прикажете взвалить багаж на спину и шагать за вами?
– недоумевающе спросил Алан.
– Да нет, я надеюсь, вы их уговорите остаться с нами еще на пару деньков. Только и всего.
– О чем речь, - улыбнулся Алан, - сущие пустяки. Уговорить два десятка спятивших от страха индейцев двигаться дальше, туда, где прячется смерть?
– И вы верите этим бессмыслицам?
– Спенсер поджал губы.
– Мы-то с вами не верим. Но эти люди убеждены, что за холмом живет курупиру. И даже если их осыпать деньгами...
– Вот тут в игру вступаете вы. Вы должны любыми уговорами заставить их завтра отправиться в путь.
– Хорошо, я согласен, - Алан, в упор взглянул на Спенсера, закурил сигарету.
– Видимо, у вас имеется серьезный повод стремиться вперед.
– Так по рукам?
– усмехнулся Спенсер, протягивая через стол длинную руку.
– И обмоем успех?
– делая вид, что он не замечает протянутой руки, предложил Алан.
– Сделал дело, гуляй смело - так говаривала моя старая бабушка, рассмеялся Спенсер. Но тут же лицо его стало серьезным.
– Посмотрите-ка внимательно, доктор, на этот лоскуток, - и он разложил на столе перед Брэкфордом карту.
– Но у меня есть такая же, - ответил Алан.
– Вот здесь наш лагерь, там последняя деревня гварапов, вот брод, белые пятна, собственно, все точь-в-точь, как на моей.
Он вопрошающе взглянул на Спенсера. На губах у Спенсера играла чуть заметная улыбка.
– Поглядите-ка еще раз внимательнее.
Алан снял очки и тщательно их протер. В палатке слышалось жужжание какого-то жука, издали доносилось кваканье гигантских жаб, похожее на погребальный звон. В щели у входа в палатку виднелась полоска темно-синего неба с яркими звездами, на другой стороне реки чернел лес. Во тьме сине-белыми цветами мерцали огромные светлячки. Индейцы приглушенно разговаривали у костра.
– Интересно, откуда взялись стрелки?
– недоумевал Алан.
В самом деле, по карте разбегались маленькие зеленые стрелки, такие тоненькие, что с первого взгляда их и не заметить. Алан, схватив лупу, принялся изучать карту, сантиметр за сантиметром. Рыжеволосый Спенсер устроился напротив, уютно закинув ногу за ногу.
– Послушайте, это вы начертили?
– спросил Алан.
– Угадайте.
– Я серьезно спрашиваю.
– Конечно, серьезно, доктор.
– Значит, это вы сами...