Кусака
Шрифт:
Пинком Отрава помогла ему свалиться на пол. Нос Пако превратился в лиловую опухоль. Все произошло в считаные секунды. Рубен уже пятился от нее, умоляюще подняв руки.
– Что здесь происходит?
Зрители кинулись врассыпную, как куры от грузовика. На Отраву надвигалась преподавательница истории миссис Джеппардо, седая, с глазами навыкате.
– Боже мой! – При виде следов побоища она отпрянула; оглушенный Пако зашевелился, пытаясь сесть. – Кто это сделал? Отвечайте сию же минуту!
Отрава огляделась, заражая всех слепоглухонемотой – обычной для средней школы имени Престона болезнью.
– Вы видели,
Отрава знала, что к концу четвертого урока все «гремучки» в школе услышат о происшествии, и им это не понравится. «Крутое дерьмо», – подумала она и подождала, пока миссис Джеппардо отыщет ее выпученными глазами.
– Мисс Слэттери. – Учительница выговорила фамилию так, словно это было что-то заразное. – Думаю, зачинщица вы! Я читаю вас как книгу!
– Да ну? – спросила Отрава, изображая святую невинность. – Тогда прочтите вот это. – И, повернувшись, нагнулась, демонстрируя миссис Джеппардо, что ее тесные брюки разошлись по заднему шву, а нижнего белья, как вместе со всеми увидел Рэй, Отрава не носила.
Рэй едва не лишился чувств. Коридор взорвался оглушительным хохотом и свистом. Рэй, вертевший в руках очки, чуть не уронил их на пол. Водрузив очки на нос, он различил на правой ягодице Отравы крохотную татуировку – бабочку.
– О… господи! – Миссис Джеппардо покраснела, как перезрелый стручок перца чили. – Немедленно выпрямитесь!
Отрава подчинилась, изящно поводя бедрами, как манекенщица. Хаос к этому времени охватил весь коридор – из классных комнат валили ученики, а учителя тщетно пытались сдержать эту приливную волну. Стоя с учебником английского под мышкой в криво надетых очках, Рэй гадал, выйдет ли Отрава за него замуж на одну ночь.
– В канцелярию! – Миссис Джеппардо хотела ухватить Отраву за руку, но девочка увернулась.
– Нет, – решительно объявила Отрава. – Я пойду домой и сменю брюки, вот что я сделаю. – Она переступила через Пако Ле-Гранде и, надув щеки, важно прошествовала к дверям.
Ее проводили многоголосым криком и хохотом.
– Я отстраню вас от занятий! И подам докладную! – мстительно погрозила пальцем миссис Джеппардо.
Отрава остановилась на пороге и наградила учительницу таким взглядом, от которого упал бы замертво и канюк.
– Ни фига подобного. Нечего переполох устраивать. Я всего-навсего порвала брюки. – Она подмигнула Рэю, отчего тому почудилось, будто его посвятила в рыцари королева Джиневра [16] , хотя лексикон Отравы можно было назвать каким угодно, только не куртуазным. – Не наступи в дерьмо, пацан, – предостерегла его Нэнси и вышла за дверь. Свет расплавленным золотом засиял в ее могауке.
16
Джиневра – супруга легендарного короля Артура. Один из первых и эталонных образов Прекрасной Дамы в средневековой куртуазной литературе.
– Женская тюрьма по тебе плачет! – прошипела миссис Джеппардо, но дверь с размаху закрылась, и Отрава исчезла.
Учительница резко обернулась к зевакам:
– Быстро
От ее крика оконные стекла буквально задребезжали в рамах. Через полсекунды зазвенел звонок, и все с топотом бросились в классы.
Рэй чувствовал, что пьян от вожделения и что образ выставленной на всеобщее обозрение попки Отравы не изгладится из его памяти, пока ему не стукнет девяносто и все попки на свете не станут ему безразличны. Его «удочка» напряглась; Рэй ничего не мог поделать, словно весь мозг сосредоточился именно там, а прочее стало лишь бесполезным придатком. Иногда Рэй думал, что попал под воздействие чего-то вроде «инопланетного секс-луча», поскольку избавиться от мыслей определенного рода никак не удавалось. Правда, судя по тому, как реагировали на него почти все девчонки, ему суждено до конца дней своих оставаться девственником. Господи, до чего суровая штука жизнь!
– А ты что стоишь? – На него надвинулось лицо миссис Джеппардо. – Заснул?
– Нет, мэм.
– Тогда иди в класс! Немедленно!
Рэй прикрыл шкафчик, защелкнул замок и быстро пошел по коридору. Но не успел он свернуть за угол, как миссис Джеппардо сказала:
– Ну что, хулиган? Ходить разучился?
Рэй оглянулся. Пако с посеревшим лицом поднялся на ноги. Держась за ушибленное место, он, покачиваясь, шагнул к историчке.
– Сейчас мы с вами пойдем к медсестре, молодой человек. – Она взяла Пако за руку. – Я в жизни не видала ничего подобного…
Пако неожиданно качнулся вперед и выплеснул свой завтрак на цветастое платье миссис Джеппардо.
Оконные стекла сотряс очередной вопль. Инстинктивно пригнув голову, Рэй бросился бежать.
Глава 8
Вопрос Дэнни
Дэнни Чаффин, серьезный двадцатидвухлетний молодой человек, сын владельца «Ледяного дворца» Вика, именно в тот момент закончил рассказывать шерифу Вэнсу, что сколько ни звонил, а так ничего о вертолетах и не выяснил, но тут послышался металлический рокот винтов.
Они выбежали из конторы и угодили в пасть пыльной буре.
– Боже милостивый! – прокричал Вэнс.
Он увидел темный силуэт вертолета, садившегося прямо в Престон-парк. Ред Хинтон, проезжавший по Селеста-стрит в своем пикапе, чуть не зарулил в витрину салона красоты Иды Янгер. В дверях магазина «Обувное изобилие», прикрывая лицо шарфиком, появилась Мэвис Локридж. Из окон банка начали выглядывать люди, и Вэнс не сомневался, что нежившихся на ветерке перед «Ледяным дворцом» старых бездельников как ветром сдуло.
Он поспешил к парку, Дэнни за ним. Через несколько секунд яростный ветер стих, но винты продолжали медленно вращаться. Из магазинов на улицу повалил народ. Вэнс подумал, что на шум сбежится весь Инферно. Собаки лаяли надрываясь. Когда осела пыль, Вэнс разглядел серо-зеленую раскраску вертолета и буквы: «ВВБ [17] Уэбб».
– Я думал, ты звонил в Уэбб! – рявкнул он на Дэнни.
– Звонил! Там сказали, что их вертолеты тут не летают!
– Врут и не краснеют! Тихо, вон кто-то идет!
17
ВВБ – военно-воздушная база.