Кутгар

Колосов Дмитрий

Следующим должен был стать Гумий. На этот раз поиски были недолги. Ккув привел меня к небольшому холму, увенчанному диким серым камнем. Здесь нашел последнее пристанище Гумий. Он встретил меня за столом. В кубке плескалась затхлая вода, а в предназначенной на обед горбушке хлеба копошились черные жуки. Гумий выглядел неважно. Сквозь клочья одежды проступала полусгнившая плоть. Почесывая изъеденную могильными червями скулу, Гумий посетовал:

— Зудит. Извини, что так принимаю тебя, — прибавил он, указывая на свой убогий стол.

— Ничего, мне доводилось пировать на куда более жалких банкетах, — успокоил его я и тут

же перешел к делу. — Когда-то я выручил тебя, надеюсь, сейчас ты поможешь мне.

— Если смогу.

Я кратко изложил суть просьбы.

Гумий поскреб покрытый остатками волос череп.

— Извини, но ничего не выйдет. Нам запрещено вмешиваться в дела живых. Вот если бы ты был мертв…

— Ну, спасибо! — Я не испытывал ни малейшего желания быть мертвым.

Гумий дернул белыми шарами оголенных плечевых костей, словно говоря — извини. Я почувствовал себя неуютно. В могиле было промозгло и пованивало тленом. Я поспешил проститься, а уходя, не удержался от любопытства:

— Кто тебя?

— Леда, — ответил Гумий. Он грустно вздохнул, отчего одно из ребер треснуло и развалилось на две части. — Никогда не верь ей, Русий!

— Хорошо, — сказал я, с облегчением поднимаясь на освещенный солнцем холм.

Дальше в моем списке стоял Гиптий, но Ккув вдруг учуял другой, не менее знакомый запах. Здесь пахло Юльмом, и я велел демону взять след. Юльм был благороден, я мог надеяться на его помощь. Ккув увлек меня на вершину далекой горы. Запах был отчетлив. Демон обнюхивал камни, распутывая цепочки следов. Он искал, но так и не нашел. Юльм был, и в то же время его не было. Я знал, что так бывает. Можете не верить, но я огорчился. Царь давно ненавидел меня, но он был одним из немногих, с кем я сочел бы за честь скрестить клинки. Он умел красиво жить и сумел красиво уйти. Я желал себе подобной смерти.

Корабль продолжал трещать по всем швам, которых у него не было. Взрывы уничтожили пять лазерных батарей, на нижних уровнях шло настоящее сражение с применением пси-излучателей и гранат. Один за другим погибли и были отрезаны непроницаемыми переборками три уровня. Теперь там властвовал холод, превративший плоть в ссохшиеся хрупкие комочки. Все, кто смогли, поспешили облачиться в скафандры, потому что теперь война велась по большей мере в условиях открытого космоса. Группа негодяев пробивала переборки, пытаясь в очередной раз добраться до меня. Их возглавлял вырвавшийся на свободу Уртус. Они уже пробрались на восьмой уровень и в настоящий миг были заняты тем, что вскрывали резную дверь. Раскаленный огонек лазера прожигал ее насквозь, плюя комочками жидкого металла. Я завороженно наблюдал за его скользким движением, а мое естество продолжало пребывать на Земле. Космос раздирали неистовые аккорды музыки Баха.

Солнце. Много солнца, желтого, как песок, который шуршал под ногами. Я был в Кемте, стране, подобной которой нет нигде в мире. Повсюду мертвый песок и лишь узкая полоска, напитанная влагой Хапи, земли, дарующая жизнь бесчисленному множеству ртов. Кемт изменился. Я видел знакомые восточные храмы, украшенные рельефами звероликих богов. Но рядом с ними стояли великолепные дворцы, перевитые легкими колоннами, и храмы, в которых прославляли людей-богов. Я заметил огромную статую отца, совершенно не похожего на самого себя. Повсюду блестела сталь, а воздух оглашал разноязыкий гомон. Кемт обрел великолепие, но потерял

былую таинственность. Тайны жрецов ушли из дельты в верховья и недоступные оазисы. Именно в одном из таких оазисов я обнаружил Изиду.

Я не видел ее с тех пор, как погибла Атлантида, но сразу отметил, что Изида совершенно не изменилась. Только черты лица потеряли прежнюю женственность и стали более резкими. Такой она понравилась мне больше — тонкие, строго очерченные линии, собранные в пучок волосы, яркие блестящие глаза.

Изида пребывала в келье. Она сидела за расположенным у узкого окна столом, испещряя папирус иероглифами. Почувствовав присутствие демона, Изида подняла голову и уставилась на зависшего под потолком артефакта. В ее глазах не было страха, а лишь удивление. Молчание длилось несколько дольше, чем следовало б, затем Изида спросила:

— Кто ты?

— Русий.

Тонкие губы едва заметно усмехнулись. Изида положила перо.

— Я слышала, ты умер.

— Я слышал о тебе примерно то же самое.

— Я не умирала, я просто ушла.

— А меня ушли.

— Но ты здесь и, значит, тебя можно поздравить с возвращением?

— Не совсем. Мы можем поговорить?

— Мы уже говорим. Что тебе от меня нужно?

— Помощь.

— Ты, такой могущественный, и нуждаешься в помощи?

— Мне случилось попасть в неприятную историю, выбраться из которой самостоятельно не могу даже я.

— Каким образом я могу помочь тебе?

Я обрадовался.

— Это несложно. Ты должна лишь принять меня.

— Как?

— Протянуть руку и принять.

Изида внимательно посмотрела на правую ладонь, словно ей предстояло лишиться ее.

— Где ты сейчас?

Вопрос пришелся мне не по душе, но я не мог уклониться от ответа.

— Я на космическом корабле, который с мгновения на мгновение погибнет.

Изида задумалась, и в этот миг послышался негромкий стук в дверь. Появилась девушка-служительница с подносом в руках. Изида властным жестом велела ей поставить поднос и удалиться. Это событие, прервавшее наш разговор, положило конец колебаниям атлантки.

— Нет, Русий, — сказала она. — Я не приму тебя. Я не хочу вмешиваться в дела других. Кроме того, по моему мнению, ты лишний на этой планете. Извини.

Я засмеялся. Ккув передал мой смех истеричным визгливым кудахтаньем.

— Ничего. Это все пустяки. Мне не впервой рассыпаться на части. Надеюсь, смогу когда-нибудь отплатить тебе за твою доброту.

Изида плотно сжала губы и забормотала какое-то заклинание. Я почувствовал, что энергетические формы Ккува немеют.

Тогда я освободился от части энергии, наполнив келью Изиды огненным смерчем, и исчез.

Земля упорно не желала принимать меня…

Покинув огненную пустыню, я устремился туда, где был холод. Бескрайние равнины покрывали сугробы снега. Налетающий ветер вздымал белую пелерину вверх и перемешивал ее с тусклым солнечным светом. Казалось, в этом суровом краю не может быть жизни, но она была. Демон спешил к небольшому уютному домику, из трубы которого вился аппетитный дымок. Ухнув, Ккув свалился прямо в трубу и покатился по полу, разбрасывая вокруг себя оранжевые огоньки. Находившийся в комнате человек вскочил с деревянной лавки и принялся затаптывать крохотных гонцов надвигающегося пожара. Для верности он плеснул на пол водой из кувшина и лишь потом обратил внимание на демона.