Лабиринт любви
Шрифт:
Об этом же думала и сама Девайна. Однако уехать — значит совершить большую ошибку, тем более когда так больна мама.
Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем их кэб подкатил к магазину. Девайна с любопытством и не без волнения принялась разглядывать его. Витрина была небольшой, и на ней была выставлена лишь очень элегантная шляпка и пара длинных замшевых перчаток.
Девайна щедро заплатила кэбмену, что тот воспринял как должное, даже не поблагодарив ее. Кэб отъехал, и Девайна, в сопровождении Эми, вошла в магазин.
Одетая в черное платье продавщица
— Доброе утро, мадам, чем могу быть полезна? — предельно учтивым тоном произнесла она.
— Я хотела бы видеть мадам д'Арси.
На лице продавщицы отразилось сомнение.
— Боюсь, что мадам очень занята. Но я могу продемонстрировать все, что вас интересует.
— Передайте, пожалуйста, мадам д'Арси, что здесь мисс Девайна Брантфорд.
Продавщица вновь замялась, но потом, словно уступая настойчивости Девайны, отправилась в дальний конец магазина, который, впрочем, был не так уж и велик.
Когда та исчезла за дверью, Девайна с интересом огляделась. Она ожидала увидеть несколько выставленных нарядов, но перед ней висели лишь два платья. Одно из них было элегантным вечерним туалетом с довольно большим турнюром. Девайна подумала, что декольте платья было довольно откровенным.
Другая модель была рассчитана для повседневного ношения. И Девайна с удовольствием купила бы себе такое платье.
В салон вернулась продавщица.
— Будьте добры, мадам, следуйте за мной, — обратилась она к Девайне гораздо более любезным тоном.
— Подожди меня здесь, Эми, — попросила Девайна горничную, указывая ей на стул. — Я думаю, мисс Люси захочет тебя видеть тоже.
Продавщица проводила Девайну к двери в дальнем конце магазина. Когда дверь открылась и Девайна увидела Люси Крофтон, она сразу заметила, как та изменилась со дня их последней встречи.
Отец Люси был учителем в той маленькой деревне, где жил с семьей сэр Теренс. Он был интеллигентным, прекрасно образованным человеком и, если бы он захотел, то мог бы занимать гораздо более значимый пост. Но его в жизни интересовали только две вещи: исторические изыскания и живопись. И его учительство в маленькой деревенской школе предоставляло ему для этого достаточно времени. И каждую выдававшуюся свободную минуту, когда он не обучал грамоте ораву деревенских сорванцов, посвящал чтению и занятиям рисованием. Неудивительно, что и дочь его тоже обладала незаурядным умом. В то время как ее сверстницы играли в куклы, Люси хотела рисовать и пыталась даже писать картины.
Ей было 24 года, когда отец ее скончался. Мама умерла на много лет раньше, и теперь, когда Люси было не о ком больше заботиться, она вознамерилась отправиться в Лондон.
Но еще раньше сэр Теренс, видя ее незаурядные способности, пригласил ее обучать Девайну рисованию.
Через три года Люси уехала из деревни, а еще спустя год о ней уже заговорили, но не как о художнице, а как о модельере женских туалетов.
«Этого я совсем не ожидала», — узнав обо всем, произнесла леди Брантфорд. «Мне кажется, что Люси всегда хотела что-нибудь создавать, — откликнулся сэр Теренс, — и я уверен, что,
По губам сэра Теренса скользнула чуть заметная улыбка.
«Моя дорогая, Люси — очень привлекательная женщина», — уклончиво ответил он.
Тогда Девайна так и не поняла, что он хотел этим сказать. Но теперь, увидев, как изменилась Люси, она принялась с изумлением разглядывать ее.
Люси протянула к ней руки.
— Девайна, как я рада тебя видеть! Когда ты приехала в Лондон?
— Два месяца назад. — ответила Девайна — Я столько раз собиралась к тебе, Люси, но все время мешали какие-то сложности.
— Сложности? Моя дорогая, расскажи мне обо всем.
Люси стояла возле платья, которое показалось Девайне маскарадным костюмом.
— Поторопитесь, это нужно закончить! — обратилась Люси к двум швеям, суетившимся рядом — Я буду наверху.
Она взяла Девайну за руку и повлекла ее за собой из мастерской, в которой Девайна успела разглядеть еще несколько довольно необычных нарядов. Они совсем не были похожи на то, что она ожидала увидеть в магазине Люси.
На второй этаж вела крутая узкая лестница. Когда они поднялись на площадку, Люси открыла дверь и они оказались в прелестной спальне. Все в ней было настолько продумано, что Девайна лишь молча оглядывала комнату с нескрываемым восхищением.
Над кроватью возвышался позолоченный балдахин с шелковыми занавесями. Вдоль стен была расставлена инкрустированная мебель, на стенах висели огромные зеркала в золоченых рамах. Обстановку завершал дорогой ковер.
— Люси, какая замечательная комнатка! — воскликнула Девайна.
— Нам придется разговаривать здесь, — сказала Люси, — потому что вся гостиная (она находится напротив) завалена костюмами для завтрашнего Бала-Маскарада.
— Маскарада! — вновь воскликнула Девайна.
— В Мальборо-Хаус. Да ты, конечно же, слышала об этом!
— Да-да, я читала в газетах, что он должен состояться, — согласилась Девайна. — Но меня так беспокоила мама, что я ни о чем другом и не думала.
— Твоя мама больна?
— Да, кроме того, она находится в такой ужасной депрессии. Ей поможет только одно — возвращение папы.
— А где же сэр Теренс? — поинтересовалась Люси.
— Вот уже четыре месяца, как отец куда-то отправился с очередной секретной миссией. Он собирался вернуться так, чтобы самому начать вывозить меня, но мы уже два месяца ничего о нем не знаем.
По голосу Девайны Люси поняла, как та расстроена.
— О, дорогая! — сочувственно произнесла Люси — Я так огорчена, что твоя милая мама нездорова, но я уверена, что сэр Теренс благополучно вернется, как было всегда.
Девайна грустно улыбнулась.
— Да, так и было. Но пока что мы прозябаем в Лондоне, ничего не предпринимая, ничего не видя, и уж лучше мы бы сидели у себя в деревне.
— Почему же ты не приехала ко мне? — укоризненно спросила Люси, но тут же, бросив какой-то странный взгляд на свою кровать, уже другим тоном добавила: