Лабиринт смерти
Шрифт:
На какую-то долю секунды она задумалась, потом ответила:
– Трудно сказать. Джордж был каким-то нелюдимым и относился к тому типу мужчин, которые мне, в общем-то, не очень нравятся.
– И вы все же вышли за него замуж?
– Женщины чувствуют одиночество сильнее, чем мужчины, и поэтому иногда вступают в трудно объяснимые для себя и других браки. Да, наш союз удачным никак не назовешь, но это стало ясно лишь после того, когда мы уже прожили вместе достаточно долго.
– В последнее время он не говорил вам, что ему угрожают?
Она с недоумением посмотрела на меня.
– Он вам говорил о возможном
– Нет. Как-то, правда, упомянул, что получает письма с угрозами. Упоминал и о телефонных звонках…
– Кто мог быть заинтересован в его смерти?
– Никто.
Я сделал паузу и посмотрел ей прямо в глаза.
– Даже вы, Глория?
Она вздрогнула, ее глаза расширились от удивления. Не возмущения, не оскорбления, а именно – от удивления. Она готова была что-то сказать. Не очень приятное для меня, надо полагать.
– Спокойнее, Глория. Не забывайте, ведь я – частный детектив. К тому же еще и друг Джорджа. Мне нужно получить конкретные ответы на все вопросы и я не хочу упустить ни единой, даже пустяковой детали.
– Чтобы убедиться, что я не имею к этому кошмару ровно никакого отношения?
– Именно. Я хочу быть на шаг впереди полиции, когда она начнет расследование дела.
– Они приходили сюда уже трижды. Некий лейтенант Мэрфи. Он задавал мне примерно те же вопросы, но у меня сложилось впечатление, что он тоже совершенно ничего не понимает. – Она горько улыбнулась. – Так обстоят дела, Ник.
– Я пытаюсь войти в курс этого дела. И вопросы, поверьте, задаю далеко не из праздного любопытства.
– Я понимаю. Когда я вышла замуж за вашего друга, он был практически нищим. Вам интересно, откуда и как у него вдруг появилась эта роскошная вилла, слуги и тому подобное? Ведь в последнее время ему не надо было заботиться о хлебе насущном, за что он боролся изо дня в день в прошлом.
– Вы не слишком-то высокого мнения о нем, – пробурчал я.
– Почему же… Скорее, это вы не слишком справедливы ко мне, приставая с такими вопросами.
Она поднялась, пристально глядя на меня. Затем медленно, покачиваясь на каблуках, медленно произнесла, делая ударение на каждом слове:
– Я выскажу свое личное мнение, мистер Бакстер, а уж согласитесь ли вы со мной или нет, мне в высшей степени безразлично. Я уверена: раскрыть это преступление никому не удастся. И вам тоже. Так что позвольте считать ваше участливое присутствие здесь совершенно излишним. Я знаю, Джордж вызвал вас сюда. Вы примчались по первому его зову, так как он был вашим близким другом. Хорошо, я компенсирую все ваши затраты на эту поездку…
Я с раздражением прервал ее монолог:
– Стоп, вы мне ничего не должны! Я сделал это исключительно во имя дружбы. Да, эта поездка стоила мне очень дорого. Особенно в том смысле, что я лишь случайно не отправился на тот свет, обгоняя Джорджа, стоило мне только появиться в вашем распроклятом знаменитом городишке, – четко говоря все это, я тоже поднялся и теперь мы поменялись ролями: она смотрела на меня снизу вверх. Глория слегка растерялась, но старалась скрыть это.
– Я разрабатываю сюжеты и пишу сценарии для Голливуда, мистер Бакстер, – сменила она ни с того ни с сего пластинку. – Мне сейчас двадцать восемь лет, и вот уже десять лет я занимаюсь деятельностью подобного рода. У меня достаточно высокий рейтинг среди пишущей братии. Мои
– Вполне.
Передо мной стояла совершенно другая женщина, словно с ней произошла мгновенная метаморфоза.
– Я думал, вы вышли за Джорджа по любви, что вас связывали какие-то чувства…
– Любовь? Чувства? – саркастически рассмеялась Глория. – Бог мой, неужели вы не знаете? Ведь Джордж был конченым импотентом.
Глава 3
Перед моими глазами вновь всплыла картина, которая, как мне казалось, давно канула в прошлое: поле битвы, окутанное дымом, крики раненых и умирающих, жуткий свист падающих бомб, треск автоматных очередей, рев самолетов, на бреющем полете летающих над нами. Напалмовые бомбы, которые сжигали своих и чужих. Я вновь увидел Джорджа, падающего с душераздирающим криком. Увидел, как он поддерживает вываливающиеся из него внутренности. Я подбежал к нему и помог санитарам уложить на носилки потерявшего сознание друга. По пути к санитарной палатке были убиты оба санитара, мне до сих пор непонятно, как я все же умудрился дотащить его сквозь клокочущий ад. Я хотел быть рядом с ним до его полного выздоровления, но меня перевели в другую часть, которая принимала участие в еще более ожесточенных боях. К счастью или, кто знает, несчастью, я уцелел, но с Джорджем встретился только год спустя, когда вернулся в Штаты.
– И все же, что вы думаете о мотивах убийства?
Если вначале я не очень-то заострял вопрос, касающийся этих кошмарных событий и старался подбирать слова повежливее, то теперь твердо решил взять быка за рога и называть вещи своими именами. Теперь было не до деликатности. Ведь рано или поздно здесь появятся люди из морга, чтобы забрать тело. Глория хотела похоронить мужа поскорее. Но в дело вмешалась полиция. Медики хотели изучить механизм воздействия кураре на человеческий организм. Я ничего не сказал Глории о своих соображениях относительно покушения на меня, хотя и видел определенную связь между двумя этими преступлениями. И еще я видел, что она не очень-то хочет и спешит ответить на этот вопрос. Я еще раз повторил его. Она откликнулась усталым равнодушным голосом:
– Не имею ни малейшего понятия.
– Но ведь женщина, живущая рядом с мужчиной, знает о нем практически все, даже самые интимные подробности, – возразил я. – Неужели он не говорил вам о своих подозрениях или догадках относительно всех этих угроз?
– Ничего такого не было. С учетом вышесказанного, он не отличался общительным характером, хотя и замкнутым человеком его нельзя назвать. Так что я совершенно не имею представления о мотивах убийства.
– И все же его убили, – напомнил я.
Мне пришла в голову неплохая мысль, и я спросил Глорию:
– Вы не возражаете, если я просмотрю все его записи, документы? Может быть, там найду что-нибудь полезное.
– Делайте все, что считаете нужным, но вряд ли натолкнетесь на какой-нибудь след.
– Расскажите о людях, охранявших его.
– Я уже говорила о них. Я назову вам их имена. Это Сэм Берроу, шофер-негр, муж Мары, потом садовник Герман Грант, бывший полицейский, и еще два каких-то подозрительных субъекта, которые, как мне кажется, были друзьями Джорджа.