Лабиринт

Хольбайн Вольфганг

Ребекка прибавила ходу и первой добежала до стены. Она сразу попыталась забраться на карниз, но пальцы не находили на стене ни единой зацепки. Щели между камнями заросли таким толстым слоем плесени и грязи, что пальцы скользили, будто стену намылили. Том попытался подсадить её, но ничего не получилось. Тогда Том отдал Ребекке свой фонарик и стал сам карабкаться по стенке.

— Эй! — рявкнула Саманта. — А ну сейчас же вернись, трус несчастный! Ты не имеешь права бросать нас в беде!

Ребекка уничтожающим взглядом заставила Саманту замолчать

и продолжала следить, как Том карабкается по стене. Он кряхтел и стонал, но потихоньку продвигался вверх. Разумеется, он это делал не из трусости, а потому что был единственным, кто мог одолеть стену, а потом помочь подняться остальным. Только времени у них оставалось слишком мало.

Ребекка обернулась, луч осветил испуганные лица и потом коридор, из которого они только что вышли. Ей послышалось или топот когтистых лапок становился всё громче? Пока что никого не было видно, но что будет потом…

— Быстро! Ребекка!

По голосу Тома было слышно, каких трудов ему стоило это «восхождение». Он, лёжа на животе, протягивал Ребекке руку, чтобы помочь ей забраться на карниз, но она покачала головой и показала на Таню. Пока Том тащил наверх Таню, Ребекка подталкивала её снизу; и уже через мгновение Таня тоже оказалась в безопасности.

Но едва Ребекка подняла руки, Саманта оттолкнула её в сторону с криком:

— Теперь моя очередь!

Том посмотрел на неё таким уничтожающим взглядом, что она опустила руки и отступила назад словно побитая собака. Том снова протянул руку Ребекке, но она покачала головой и показала на Ульрику. Пока Том и Таня общими усилиями тянули Ульрику, а Регина толкала её снизу, Ребекка с бьющимся сердцем вглядывалась в коридор. Она пока ничего не могла рассмотреть, но шум крысиной армии явно приближался. Она ещё могла успеть, но времени было в обрез.

После того как Регина забралась наверх, Ребекка снова отказалась подниматься и указала на Саманту. Том побледнел, но не стал тратить время на пререкания, а втащил (надо сказать, не слишком бережно) наверх Саманту.

Когда Ребекка наконец ухватилась за его протянутые руки, первые крысы вбежали в зал. Том испуганно вскрикнул и ещё больше напрягся; ноги Ребекки, не находя опоры, заскользили по стене. Крысы понимали, что жертва уходит от них. Со злобным свистом они подбежали к стене, пытаясь вскарабкаться наверх, а некоторые пытались допрыгнуть до ног Ребекки. И одной крысе удалось вцепиться когтями в штанину и даже куснуть её за ногу.

Было больно, однако на этот раз на Ребекке были джинсы и острые зубы не смогли прокусить плотную ткань. Ребекка стряхнула крысу с ноги, прежде чем та попыталась укусить снова, и в следующее мгновение уже была в безопасности. Тяжело дыша, она опустилась на колени рядом с Томом. Всё завертелось вокруг неё, и она чуть не потеряла сознание от напряжения.

—

Чуть было… чёрт побери… — прохрипел Том.

Он дрожал всем телом — так много сил было потрачено, чтобы втащить на карниз пятерых человек.

— Откуда… откуда только эти проклятые твари появились?

— Почему бы тебе не спросить об этом нашу ведьмочку? — фыркнула Саманта.

Она злобно сверкнула глазами в сторону Ребекки, и та снова вспомнила слова директрисы: «Не жди от неё благодарности». Постепенно до неё стало доходить, что Оса имела в виду.

Ребекка решила не отвечать на реплику Саманты — это могло бы привести к бессмысленной перепалке — и пригнулась, озабоченно вглядываясь в темноту.

Крысы по-прежнему были здесь. Некоторые пытались карабкаться по стене, другие подпрыгивали, но большинство просто сидели, враждебно глядя наверх. Ребекку охватил ужас, когда она увидела эти взгляды. В них была и безмерная ненависть, и ум, в котором этим животным нельзя отказать.

— И… и что нам теперь делать? — спросила Ульрика.

Её голос дрожал, и Ребекка, обернувшись к ней, увидела, что та больше не в силах сдерживать слёзы.

— Остаётся только ждать, — ответила Таня. — Рано или поздно эти твари уйдут. — Она робко взглянула на Ребекку: — Правда ведь?

— Конечно, — ответила та с уверенностью, которой на самом деле совсем не ощущала. Она понятия не имела, когда крысы уберутся отсюда, если они вообще намерены это сделать. Она даже не знала, почему они были здесь.

— Но ты же здесь хорошо ориентируешься, — продолжала Таня растерянно. — Я имею в виду, ты… ты же уже бывала здесь? Ты знаешь, как отсюда выбраться?

Ребекка не сразу ответила. Она осматривала помещение, освещая его фонариком. Она побывала в стольких подземных залах, что при самом большом желании не смогла бы вспомнить каждый в отдельности, — кроме того, они все были похожи. Потом она заметила знаки, которые когда-то нацарапала на стене, — три корявых крестика.

— Это не проблема, — ответила Ребекка. — Я найду обратную дорогу.

Таня с облегчением вздохнула, а Саманта сказала:

— Ну, тогда нам придётся ждать, когда наши милые зверушки отсюда уберутся. Если, конечно, у нашей ведьмочки не найдётся несколько заклинаний.

— Ты напрашиваешься на оплеуху, Сэм! — пригрозил Том.

Саманта ухмыльнулась:

— Но-но! Ты же джентльмен и должен знать: даму бить нельзя!

— Даму, наверное, нельзя, а тебя — можно!

— Перестаньте спорить! — сказала Таня. — Посмотри лучше, что делается там, внизу!

Ребекка посветила вниз и испуганно вздрогнула. Крысы перестали беспорядочно перемещаться. Столпившись возле основания стены, они карабкались друг на друга. Ребекка сначала не поверила своим глазам, но потом убедилась, что это правда: крысы не просто забирались друг на дружку — они строили пирамиду, которая медленно, но верно росла.

— Да что же это… Этого не может быть! — воскликнул Том. — Нормальные крысы так не могут!