Лабиринты хаоса
Шрифт:
Небо опустилось совсем низко. Ночь наступала, как армия неприятеля, и каждый шаг требовал осторожности, иначе можно было свернуть себе шею. Горы скрылись за мутной стеной дождя. Яэль выпустила руку Томаса, чтобы откинуть с лица мокрые волосы. Они не прошли еще и четверти пути, а вода уже бурлила у них под ногами.
Молния прорезала темный занавес, опустившийся на долину. Новый удар грома с грохотом прокатился над их головами. Яэль шла уже по колено в воде, а до плотины было еще далеко. Она уже ничего не видела и не слышала и с трудом передвигала ноги.
Молния сверкала все чаще, раскаты грома
Наконец во тьме перед ними воздвиглась темная стена плотины. Яэль заметила тени, которые то появлялись, то пропадали между арками на ее вершине.
— Скорее! — закричала Яэль. — Нужно выбираться отсюда!
Томас искал тропинку, по которой они спустились. Десятки грязных ручьев стекали со скал, огибая кустарники. Бесполезно — он не сможет найти той же дороги. Но времени не осталось, и он полез наугад, преодолевая метр за метром. Мимо по склону, подпрыгивая, катились камни.
Томас карабкался вверх, помогая себе одной рукой, а другой зажимал рану, которая снова начала болеть. Яэль следовала за ним, стараясь не поскользнуться.
На дорогу, ведущую к стоянке, они выбрались, совсем выбившись из сил. Оказавшись в машине, они долго молчали, пытаясь прийти в себя, под шум воды, стекавшей по стеклам, и стук капель, падавших с их одежды.
Яэль дрожала. Перед ней через весь горизонт разворачивалась битва богов. Машина будто плыла в пустоте, которую всеми цветами радуги расцвечивали гигантские огненные стрелы. Пылающие мечи божеств вонзались в землю, и сама смерть шевелила во мраке сверкающими кривыми когтями. Яэль вдруг поняла, что, дожив до двадцати семи лет, ни разу не видела грозы в горах.
Казалось, что адское пламя освещает мир, скрытый во тьме. Щупальца дьявольского фейерверка озаряли небо. Гроза казалась чудовищным черным спрутом, ревниво оберегающим подвластные ему вершины и пропасти.
— Все в порядке? — стуча зубами, спросил Томас.
Яэль улыбнулась в ответ. В машине она чувствовала себя в безопасности. Вокруг сверкали молнии, но резиновые шины изолировали их «опель» от земли, и машина превратилась в своеобразную клетку Фарадея [28] . Яэль надеялась, что скудные познания в физике ее не подводят.
28
Устройство, изобретенное английским физиком Майклом Фарадеем для экранирования аппаратуры от внешних электромагнитных полей. Обычно представляет собой заземленную клетку, выполненную из хорошо проводящего материала.
— Ну что, — сказал Томас. — Посмотрим, что там?
Пакет лежал у нее на коленях. Яэль осторожно разорвала упаковку и вынула завернутый в бумагу револьвер, стараясь не прикасаться к нему. Она развернула послание, надеясь, что теперь они смогут наконец опередить Тени.
Текст был написан тем же затейливым, почти готическим шрифтом, что и послание из бутылки.
«Ложь — одно из средств, скрепляющих Историю. Сознательная ложь или простое замалчивание.
В
Семейные тайны строятся на лжи.
Что вы знаете о своей семье, Яэль? И чего вы не знаете?
Призраки преследуют только тех, кто может их увидеть.
Хотите ли вы увидеть своих призраков, тех, что прячутся под поверхностью видимости?
Некоторые знают. Всегда есть те, кто знает.
Ущелье Дьявола — колодец лжи, но если вы отдадите душу, дьявол расскажет…»
Гроза в последний раз разбросала по небу щупальца молний и, не торопясь, стала удаляться на восток.
Яэль читала и перечитывала текст, пока не выучила его наизусть.
Она начала привыкать к манере, в которой Тени выражали свои мысли. Смысл загадочных на первый взгляд фраз открывался ей все быстрее и быстрее.
На этот раз слова причинили ей боль. Они не только проникали в душу, они били по нервам, доходили до самого сердца.
«Что вы знаете о вашей семье, Яэль? И чего вы не знаете?»
— Покажи мне, — сказал Томас, забирая послание.
Яэль массировала виски.
— На этот раз мы нашли нечто… особенное, — прошептала она.
Томас повернулся и заглянул ей в глаза:
— Боюсь, что… настало время истины. Что ты знаешь о своих близких?
Яэль покачала головой:
— Ничего особенного. Я не понимаю… У меня такое ощущение, что надо мной издеваются!
Томас поглядел на нее, не решаясь заговорить. Он ждал, когда она сможет принять очевидное. Тени не тратили время на насмешки; все, на что они до сих пор указывали, открывало глаза на устройство мира.
Яэль снова оживилась. Она поняла.
— Нужно действовать последовательно, — объявила она. — Сначала первый абзац.
Она прочла вслух:
— «Ложь — одно из средств, скрепляющих Историю. Сознательная ложь или простое замалчивание. В каждой семье есть тайна. В каждой. Просто большинство об этом не знает. Семейные тайны строятся на лжи». Ничего особенного, никакого символического смысла…
— Это напоминание о том, чего ты, возможно, не знаешь… О твоей семейной тайне.
Яэль мрачно кивнула.
— Второй абзац: «Что вы знаете о своей семье, Яэль? И чего не знаете? Призраки преследуют только тех, кто может их увидеть. Хотите ли вы увидеть своих призраков, тех, что скрыты под поверхностью?»
— Под поверхностью — это про озеро.
— И мой призрак — это труп в затопленном доме… — Яэль глубоко вздохнула. Она знала, что тот скелет не перестанет преследовать ее. — И наконец: «Некоторые знают. Всегда есть те, кто знает. Ущелье Дьявола — колодец лжи, но если вы отдадите душу, дьявол расскажет…» Нужно найти того, кто знает.