Лабиринты Иссы
Шрифт:
— Лабиринт должен как-то всё-таки открываться… — размышляла вслух Исса. Её взгляд упал на оружие, пристёгнутое к руке. Ну конечно! Минс говорила, что без него лабиринт не пройти! Исса прицелилась в прозрачную стену, а затем нажала на спуск как учила сестра. Голубая вспышка вздёрнула руку вверх, плечо заболело, но часть трассеров всё-таки попала в преграду. От попаданий на пластине растянулись безобразные проплавленные круги, запахло палёным, но, что самое главное, солнце перепугалось и стремглав ринулось через красный пролом.
— Стой! Это не та дорога, вернись! — крикнула Исса.
— Ну и что! Отстань! — ломающимся голосом
— Патриот — это человек, служащий родине, а родина — это прежде всего народ! — громыхнул один из охотников. Красная трасса вспорола царящую вокруг темноту, выбив из стены под ногами у Иссы крупные куски камня. Не долетая до дна лабиринта, осколки обратились в песок. Исса перепрыгнула на другую секцию, но спрятаться на вершине стены не могла. Спускаться вниз и даже просто оставаться на месте, ей тоже было нельзя. Всё что оставалось, это поднять оружие, прицелиться в красные полосы и выстрелить ловчим в ответ. Голубая трасса взметнулась навстречу шарам, на секунду темнота озарилась оранжевой вспышкой. Одна из сфер была подбита удачным выстрелом. Обломки ловчего упали на жёлтый путь, где моментально оплавились.
— Нельзя предотвратить войну, готовясь к ней! — отбарабанила последняя сфера. Она сделала резкий манёвр, чтобы выстрелить в девочку. Пули непременно попали бы Иссе прямиком в лоб, но в этот момент стена так сильно просела, что выстрелы прошипели у неё над головой. От испуга Исса ответила длинной очередью вразброс. Сфера заложила вираж по широкой дуге, но всё-таки оказалась подбита. Из корпуса посыпались искры. Падая, ловчий бесследно растворился за стенами неосвещённого лабиринта.
Пока Исса сражалась, солнце далеко укатилось вдаль по красной дороге, но где-то снова попало в беду и с раздражением закричало. Исса вздрогнула, подумав, что это ещё один, незамеченный ловчий добрался до капризничающего светила. Она побежала на выручку, рискуя в полутьме свалиться со стен и переломать себе кости.
Шар стал красным. Раскалённый жар так и пыхал от его круглой поверхности. Он напористо стучал боками в глухие белые стены, но не мог проложить себе путь. Солнце оказалось запертым в тупике.
— Я же говорила, что эта дорога неверная! Что ты здесь делаешь? Возвращайся! — не успев отдышаться, начала укорять его Исса.
— Заткнись! — вдруг гневно закричал шар. — Это всё из-за тебя!.. Ненавижу! Чтоб ты сдохла!
Исса поражённо уставилась на него, не ожидая таких грубых слов. Что с ним случилось? Солнце сбежало, но теперь обвиняло её же саму в своей же ошибке?! Правильный путь был ему изначально известен!..
— Я тебе говорила… — попыталась вступиться она, но в ответ солнце неожиданно разревелось и изменило оттенок на синий.
— Я всё буду решать, не ты! Это моё!.. Зачем я здесь? Да мне вообще всё равно! Катись ты…
— Ну послушай, нам нужно быть вместе, иначе лабиринт не пройти! — попыталась уговорить его Исса. — Доверься мне, я знаю дорогу… мне видно сверху, ты только слушайся!
— Отвали… — коротко всхлипнуло солнце. Исса глубоко выдохнула, заставив себя успокоиться. Она приблизилась к светилу по осыпающейся стене. Исса старалась говорить уверенно, ей казалось, что в голосе солнца было больше растерянности,
— Я всегда буду рядом с тобой. Чтобы не произошло, куда бы ты не укатилось, я знаю, как надо вернуться… Просто доверься тому, что я вижу. Ты всегда можешь рассчитывать на меня, я выведу тебя из лабиринта, только следуй за мной!
— Следуй… рассчитывать… Всё дурацкое!.. Никуда не хочу! — передразнивал шар, но сам неуверенно раскачивался на месте. Хрупкий мостик доверия протянувшийся между ними вот-вот мог обрушиться как рассыпающаяся в песок стена. Исса вспомнила слова, слышанные в лабиринте, и повторила их солнцу, вкладывая в эти фразы весь свой полученный опыт.
— Глупо, когда у тебя есть шанс всё изменить, а ты плачешь здесь и боишься… Пусть тебе сейчас тяжело, но если останешься в тупике, то лучше не станет! Никто не пройдёт лабиринт за тебя, но я буду рядом. Обещаю…
В глубине шара робко забился золотой свет. Он разгорался не быстро, наплывами выгоняя загустевшую синеву. Наконец, золотое сияние охватило шар целиком, и солнце, примиряясь с Иссой, вздохнуло. Оно покатилось обратно по красной дороге, пока не вернулось к тому перекрёстку, где до этого произошло нападение ловчих. Попав на золотой путь, солнце припустило дальше по лабиринту. Исса бежала за ним, слыша, как к шару возвращается лёгкий, хоть и более сдержанный смех. От момента рождения в цветке, по прошествии двух третей пути в лабиринте, солнечный смех изменился, стал звучать мелодичнее, но не так беззаботно; будто шар научился хорошо думать, прежде чем позволять себе засмеяться, а также помнил, как он смеётся и вместе с кем.
Новый перекрёсток поставил перед Иссой очередную задачу. Все проёмы между стен закрывались прозрачными перегородками, нигде не было обычных секций, которые можно обрушить. Золотая дорога сворачивала в правую сторону.
Солнце не протестовало, не хотело сбежать, но не могло пройти по дороге. Шар в неуверенности застыл на перекрёстке, не зная, что ему делать дальше.
Исса остановилась, прицелилась двуствольным оружием в пластину, однако нехорошее предчувствие не позволило ей вдавить кнопку спуска. В прошлый раз от грохота выстрелов солнце перепугалось, да и к тому же на них сразу напали чёрные сферы. Минс говорила, что без оружия лабиринт не пройти. Наверное, она имела в виду обстрел пулями расплавляющихся пластин…
А ещё сестра говорила, что в двадцатом лабиринте надо быть гораздо жёстче, чем Исса. Как же тогда Минс поступала с перепуганным солнцем?.. Уговаривала его, или всё-таки угрожала? Как Минс могла заставить шар дойти до луча, если терпением и мягким характером она не отличалась?..
И тогда Иссе стало понятно, каким образом сестра проходила своё испытание. Минс не доверяла обитателям лабиринта, считая их своими врагами. Уговаривать солнце она бы точно не стала.
Без оружия не пройти…
Нет, не только по ловчим и прозрачным пластинам стреляла сестра! Наверняка у неё был свой способ заставить обиженное солнце двигаться куда нужно. Точно такой же способ, какой применяли и к ней — страх перед болью.
Исса поступила иначе: она смогла расположить шар к себе и уговорила его довериться. Оружия в лабиринте вообще не должно было быть! Вот почему сферы охотницы нападали: игра шла не по правилам.
— Это действительно только игра, как я и думала в самом начале, — пробормотала себе Исса. — И в этой игре никто не должен был умирать по-настоящему…