Лада
Шрифт:
— Твой отец лучше делает, — заявил парень.
— Конечно лучше, — согласилась Лада. — Да только он с золотом да серебром работает, а это просто колечки, каждый день носить.
— Лучше одно иметь, но стоящее, — Всемил пошёл дальше. Лада вздохнула и поспешила следом.
— А это случаем не Добрыни Кривого дочь? — спросил Всемил, когда они с Ладой, сидя на чьём-то заборе, ели купленные сласти.
— Она, — Лада скрипнула зубами.
— Ты подумай, — хмыкнул Всемил. — А таким заморышем была.
— Она и сейчас заморыш.
— Да ладно тебе, —
— Мне лучше знать, — возразила Лада. — Нормальному мужику в её сторону смотреть не стоит. Да и отца её вспомни, он-то за эти два года не похорошел и лучше не стал.
— Вот уж точно, — хрюкнул от смеха Всемил.
Лада удовлетворённо кивнула, только брови её мимолётно к переносице сошлись. Не нравилось ей совсем что Всемил на других девок заглядывается, будто её и нет совсем.
— Пойдём ещё потанцуем, Всемилушка, — попросила она.
— Пойдём, — Всемил спрыгнул с забора и осторожно снял с него Ладу. Девушка улыбнулась и обвила его шею руками.
— Какой ты сильный стал.
— Да ты лёгенькая, — улыбнулся парень. — Я тебя на руках через весь город пронести смогу, а потом обратно. И даже не запыхаюсь.
— Ой хвастун, — Лада ласково потрепала кудри Всемила.
— Проверить хочешь?
— Хочу, но не сейчас. Сейчас танцевать хочу.
— Твоё желание для меня закон, — Всемил был рад что Лада отказалась. Всё же через весь город туда и обратно это он погорячился. Вот никак у него не получалось язык за зубами держать, вечно прихвастнуть старался.
Домой Лада вернулась под утро, Всемил проводил её до калитки и ушёл. Девушка смотрела ему вслед, и улыбка сползала с её лица. В доме было тихо, все уже спали. Лада стараясь не шуметь, пробралась в свою комнату и легла. Она старалась не плакать слишком громко, чтобы Дарену не разбудить, но слёз сдержать не могла. Надо было быть полной дурой чтобы не понять что не нужна она Всемилу, весь вечер он на других девок засматривался, будто выбирал. А Лада дурой не была.
В последующие дни и недели Лада умудрилась наговорить Всемилу гадостей почти про всех девушек в городе. Эту назвала гулящей, тут безрукой, третью уродиной. Иногда, когда она оговаривала хороших девушек, ей становилось стыдно, но Лада вспоминала что если она скажет что-то хорошее, то Всемил уйдёт и добавляла ещё чего-нибудь гадкое. Она плакала каждую ночь, возвращаясь после прогулок с Всемилом, и не понимала, ежели она ему не нужна, то зачем приходит, зачем с собой зовёт. А если нужна, то почему с её помощью другую себе ищет.
Не понимала этого не она одна, Любомир и дядька Слав тоже наблюдали за Всемилом и Ладой с недоумением.
— Любомир, — позвал младшего брата Ратибор, что только сменился с дозора и как раз шёл в дружинную избу чтобы выспаться. Шёл, да остановился на главное площади, где молодёжь гуляла. — Что происходит?
— Ты о Всемиле? — Любомир вздохнул.
— А о ком ещё? Смотри, он же с девицей той заигрывает. Лада же тут, ты посмотри, она вон губы стоит кусает.
— Не дай ему уйти, — вдруг попросил Любомир. — Попробую
— Какую ревность? — начал было Ратибор, но Любомир уже ушёл.
— Всемил, — окликнул Ратибор брата. — Поди сюда.
— У тебя что-то важное? — нехотя повернулся Всемил.
— Подойди, тебе говорят, — рассердился дружинник. — Ты что творишь? — спросил он, когда Всемил всё же подошёл.
— Ты о чём?
— Ты чего это с чужими девками заигрываешь?
— А с какими мне заигрывать? — хмыкнул Всемил. — И вообще тебе-то что? Или ты сам на неё глаз положил?
— Ты по что Ладу позоришь? — сердито спросил Ратибор. — У неё на глазах другую обхаживать, это что вообще такое?
— А причём тут Лада? — удивился парень.
— Ты что издеваешься? — Ратибор удивился. — Вы ж с Ладой сговорены едва ли не с младенчества, она тебя ждала, ни с кем больше не гуляла.
— Да брось ты, — не поверил Всемил и обернулся на Ладу, которая с Любомиром разговаривала. — Она же мне как сестра.
— Как сестра? — Ратибор изумился ещё больше. — А она про то знает?
— Про что?
— Про то, что любишь ты её не как девушку, а как сестру?
— Ну конечно, — уверенно заявил Всемил. — Я так думаю, — добавил он совсем неуверенно и снова посмотрел на Ладу.
— Ладушка, — начал Любомир вкрадчиво. — А ты всё хорошеешь.
— Спасибо, — девушка слабо улыбнулась.
— Я тут подумал, — Любомир потёр бородку. — Вспомнил, вернее.
— О чём?
— Должна ты мне кое-что, помнишь?
— Как не помнить? — Лада немного смутилась. — И когда же расчёт по долгу получить хочешь?
— А прямо сейчас, — заявил Любомир.
— Сейчас? Прямо тут?
— Да, а что мешает кто?
Лада бросила испуганный взгляд на Всемила и решилась.
— Нет, — ответила она. — Только, — девушка опустила глаза. — Я ещё ни разу… Ни с кем…, — она смутилась окончательно.
— Не беда, мне не в первой, — Любомир усмехнулся и разгладил усы. — Только целовать буду по настоящему, — предупредил он и притянул девушку к себе. Лада ахнула, но ничего возразить не успела, губы Любомира помешали.
— Что он творит? — возмутился Всемил, но вмешаться ему не дал Ратибор.
— Ах ты потаскуха, — на Ладу с кулаками кинулась дочь Добрыни Кривого, которая считала что раз Любомир её пару раз потискал, то у них всё серьёзно.
— Эй, остынь, — Любомир перехватил возмущающуюся девушку и оттолкнул её в сторону.
— Ах вот как? Так ты значит? Выбирай или я или она, — Бажена Кривая упёрла кулаки в бока.
— Она, — не задумываясь хмыкнул Любомир, которому Баженка надоела уже хуже горькой редьки.
Лада усмехнулась, ну что ж, значит, не она одна поцелуй этот в корыстных целях использовала. Ну и пусть, зато Всемил вон с Ратибором ругается, явно из-за них, а значит, не напрасно было. А то что Любомиру это тоже с пользой, так с неё не убудет. Девушка улыбнулась Любомиру, ещё раз посмотрела на Всемила и решила что сейчас будет лучше уйти, пусть Всемил помучается немножко.