Лагерь
Шрифт:
– Почти пушкинское название. А из неё нигде не вытекает ручеёк Елюдмила?
– шутя полюбопытствовал Лев.
Катя нежно на него посмотрела, улыбнулась.
Я шёл следом, словно заколдованный. Не мог сказать ни слова. Только поглядывал по сторонам, тогда ещё не замечая деталей. А посмотреть и восхититься было чем. Когда мы вышли на небольшую террасу, нам открылся потрясающий вид. Хрустально-голубое небо сверкало на горизонте, сливаясь с более синим морем. Море, словно затаив дыхание, замерло у самой кромки песочного жёлтого берега. Цикады так вокруг грохотали, что приходилось говорить чуть громче обычного. Слева
Лев резюмировал увиденную красоту своими стихами:
Я люблю этот лес, этот сказочный лес.
Лес, где птицы вьют гнёзда у самых небес,
Где на кроны густые спустилась заря
Покачаться под трель соловья.
А затем обратился ко мне:
– А вообще здание похоже на Ноев ковчег. Не находишь?
– Да, и похоже, что на него собирают всякой твари по паре, - ответила за меня Ксюша.
Катя посмотрела внимательно на нас и сказала:
– Ребята, вы вытянули счастливый лотерейный билет. Конечно, ничего не бывает случайным, вытянули, то есть заслужили, но об этом поговорим вечером, на огоньке знакомств. Я уверена, вам очень здесь понравится. Как поётся в лагерной песне: «Земная ось проходит здесь где-то рядом». Это Место Силы!
Ксюша нарушила торжественное молчание:
– Я не поняла, а мы вчетвером - это и есть наш отряд?
– Ты всё правильно поняла, - подтвердила Катя.
– Жить вы будете в комнатах, условно назовём их каютами. В каждой два места, свой душ и уборная. С мальчиками у вас будет общий коридор. А я буду к вам приходить из Дома вожатых. Так что полная свобода действий. Пойдёмте заселять каюты?
– Парни пошли к себе, а Катя с девочками зашли в их комнату.
Каюты оказались просторными, светлыми и очень уютными. Круглое окно было огромным. Из него открывался вид на лес. Перспектива была такая, что лес, сначала редкий, потом более густой, углублялся внутрь.
– Согласна, - поймав взгляд девочек, опередила их вопрос Катя, - ночью бывает страшновато, но есть жалюзи. Прикроете, если что.
– А что - это что?
– спросила Ольга без малейшего страха в голосе.
– Да ничего. Здесь всё спокойно. Мало ли, кто-то боится темноты. Только и всего. Здесь вы в полной безопасности.
Катя попросила девушек на минутку присесть.
– Я заметила, - начала вожатая, - что у Ксюши с Володей как-то не заладилось. Это не совсем хорошо, потому что вам вместе предстоит жить целое лето. И если вы начнёте ругаться, ссориться, то не только испортите себе отдых, но и всем нам. А этого бы совсем не хотелось.
Помолчали. Катя спросила:
– Он тебя чем-то обидел? Ты на него реагируешь, как раскалённый утюг на капли воды.
Ксюше от такого сравнения стало весело.
– Не знаю, но он меня просто бесит. Такой весь воспитанный, окультуренный, без сучка и задоринки, - Ксюша постаралась объяснить свои чувства к Володе.
– А может, он тебе понравился? И ты сама себе в этом боишься признаться?
– предположила Ольга.
Ксюша почесала свою выбритую половину головы, обвела глазами комнату:
– Пусто у нас тут. Голые стены. Если есть краски, то я могла бы это исправить.
Катя улыбнулась и ответила:
– Не уверена, что разрешат на
– Отличная идея!
– воскликнула Ксюша.
Катя встала и уже у двери сказала:
– Ксюш, я прошу тебя: постарайся к Вове относится миролюбиво. Он славный парень.
Ксюша махнула головой и обратилась к Ольге:
– Ты тоже так считаешь?
Та посмотрела на свою новую подругу и кивнула в знак согласия.
Глава 7
Огонёк
Вечером ребята, замешкавшись, позже всех остальных отрядов вышли на палубу своего здания-корабля и восхитились открывшейся картиной. Ночь проглотила Лагерь сразу, как только солнце скрылось за морем. Некоторые отряды уже спустились к своим костровым местам и зажгли огни. Рассыпавшиеся по побережью огоньки, мерцающие, словно земные звёзды, колебали темноту, отчего она не казалась зловещей.
Лев не смог сдержаться, развёл руками и громко, с выражением, прочитал:
Среди тьмы и огня
Есть одна лишь Земля.
И ты должен навек
Сохранить, человек,
Эти дожди и седые туманы,
Шелест берёз и грибные поляны,
Нежность рассвета и пламя заката,
Всплески морей, громовые раскаты,
Снежную даль и речные разливы,
Запахи трав, родников переливы,
Небо в разлёт, птичий полёт.
Пусть на счастье людям
Планета эта будет!
– Пусть!
– подтвердила Ольга.
– Аминь!
– сказала Ксюша и добавила.
– Быть поэтом нелегко, а жить с поэтом ещё тяжелее. Твои стихи?
– Мои!
– гордо ответил Лев.
Катя, стоявшая рядом, повела ребят к их костровому месту.
– Вот тут мы с вами иногда по вечерам будем собираться. А сегодня у нас огонёк знакомств. Я вам немного расскажу о себе. Моя фамилия Цветкова. Екатерина Цветкова. Я родом из Новосибирска, сибирячка, хотя по мне не скажешь, - вожатая улыбнулась.
– Студентка уже второго курса Новосибирского государственного университета. Хочу стать учителем географии. Мои родители - инженеры-геологи, так что детство у меня было палаточным, с кострами, гитарой, мошкарой и другой романтикой. Чтобы попасть в Лагерь, нам, студентам, предложили написать эссе: «Каким мы видим образование России в будущем». Моя работа победила, и вот я здесь.
– Катя, то есть ещё в прошлом году в это время ты сдавала ЕГЭ?
– спросила Оля.
– Справилась?
– Да, ещё в прошлом году, в ковидное лето. Знаешь, ЕГЭ - это совсем не сложно. Я всегда любила учиться, поэтому стала стобалльницей по русскому, математике, а по географии 98 баллов всего набрала. Мне задания настолько показались простыми, что по самоуверенности неправильную цифру в бланк вписала.
– Я тоже считаю, что в пед должны поступать лучшие из лучших. И самые «страшные» конкурсы должны быть в педагогическом, чтобы приёмная комиссия выбирала из золота, а не из тех, кто приносит по русскому проходные 40 баллов, - заметил Вова и почувствовал, как краснеет. «Хорошо, что темно. Зачем только выскочил? Сидел бы и сопел в две дырочки», - начал бичевать себя парень.