Лангольеры
Шрифт:
10
Они все поднялись в самолет, за исключением Боба и Алберта, которые сидели на ступенях трапа и вслушивались в накатывающую на них звуковую волну.
Лорел Стивенсон стояла у открытого люка и смотрела на здание аэропорта. Она думала о том, что же им делать с мистером Туми, когда Бетани дернула ее за блузу.
— Дайна что-то говорит. Она то ли спит, то ли в забытьи.
Лорел поспешила в салон первого класса. Руди Уэрвик сидел рядом с Дайной, держал ее за руку, озабоченно всматривался в лицо девочки.
— Я не уверен, — пробормотал он. —
Лорел пощупала лоб Дайны. Сухой и очень горячий. Кровотечение заметно уменьшилось, а может, прекратилось вовсе. Но дышала девочка по-прежнему с присвистом.
— Я думаю… — начала Лорел, но тут заговорила Дайна, ясно и отчетливо:
— Тебе надо спешить, Крейг. Ты должен появиться перед ними до того, как им надоест ждать и они уйдут.
Лорел и Бетани недоуменно, испуганно переглянулись.
— Кажется, ей снится этот Туми, — предположил Руди. — Она уже называла его имя.
— Да, — вновь заговорила Дайна; глаза ее были закрыты, но создавалось впечатление, что девочка к чему-то прислушивается. — Да, буду. Если ты этого хочешь, буду. Но поторопись. Я знаю, тебе больно, но ты должен поторопиться.
— Она в забытьи, да? — прошептала Бетани.
— Нет, — покачала головой Лорел. — Не думаю. Скорее… ей снится сон.
Но Лорел чувствовала, что сном тут и не пахнет. Она чувствовала, что с Дайной происходит совсем иное: Дайна что-то затеяла. И Лорел не хотелось знать, что именно, хотя мысль эта так и рвалась из подсознания. Лорел знала, что при малейшем желании сможет сформулировать намерения Дайны, но желания такого не испытывала. Потому что происходило что-то очень уж странное, навевающее ужас, и это что-то, пусть ей и не хотелось в это верить, имело непосредственное отношение…
(не убивайте его… он нам понадобится)
…к мистеру Туми.
— Оставьте ее в покое, — сухо добавила Лорел. — Оставьте ее в покое, и пусть она…
(делает с ним то, что считает нужным)
…спит.
— Господи, я надеюсь, что мы скоро взлетим, — жалобно пропищала Бетани, и Руди обнял ее за плечи, чтобы хоть как-то успокоить.
11
Крейг доковылял до багажного транспортера и упал на него. Боль молнией пронзила голову, шею, грудь. Крейг пытался вспомнить, что с ним случилось, и не мог. Он спустился вниз по неработающему эскалатору, спрятался в маленькой комнате, сидел в темноте, рвал бумагу… а потом память как отсекло.
Он поднял голову, волосы падали на глаза, но он увидел сияющую девочку, которая сидела скрестив ноги у листов резины, в дюйме над транспортером. До чего же она красивая! Как он мог подумать, что девочка — одна из них?
— Ты ангел? — прохрипел Крейг.
Да, ответила сияющая девчушка.
И Крейг почувствовал, как боль отступает, сметенная радостью. Из глаз брызнули слезы, первые слезы его взрослой жизни. И внезапно ему вспомнился нежный, пьяный голос матери, которая пела
— Ты утренний ангел? Ты будешь моим утренним ангелом?
Да… Буду. Если ты этого хочешь, буду. Но поторопись. Я знаю, тебе больно, но ты должен поторопиться.
— Да. — Крейг всхлипнул и пополз к ней по багажному транспортеру. Каждое движение отдавалось болью, кровь капала с остатков носа, из разбитого рта. Однако он торопился. Торопился как мог. А впереди маленькая девочка прошла сквозь листы резины, которые при этом даже не шелохнулись.
— Прикоснись к моей щеке, прежде чем покинешь меня, крошка, — прошептал вслед Крейг; отхаркнув кровь: красный плевок повис на стене, как мертвый паук.
Крейг попытался ползти еще быстрее.
12
С востока донесся оглушающий треск. Боб и Алберт вскочили, побледневшие, испуганные. Переглянулись.
— Что это? — спросил Алберт.
— Вроде бы упало дерево. — Боб облизнул пересохшие губы.
— Но ветра нет!
— Нет, — согласился Боб. — Ветра нет. Шумовой фон распался на составляющие. Что-то трещало, визжало, чуть ли не лаяло. Постоянными оставались лишь мерное похрустывание и устойчивый пронзительный вой.
— Что происходит? — Из люка показалась бледная как полотно Бетани.
— Ниче… — начал Алберт, но Боб схватил его за плечо.
— Посмотри! — крикнул он. — Посмотри туда!
Далеко на востоке, на самом горизонте, над лесом возвышались опоры линии электропередачи, шагающие по вершинам холмов с севера на юг. На глазах Алберта одна из опор задрожала, а потом свалилась, потянув за собой провода. Мгновением позже упала вторая опора, потом третья, четвертая…
— Это еще не все, — заметил Алберт. — Посмотрите на деревья. Они трясутся, как кусты.
Но деревья не только тряслись. У них на глазах деревья начали падать и исчезать из виду.
Хрум, бум, хрум, трах, БАХ!
Хрум, бум, БАХ, трах, хрум!
— Нам надо выметаться отсюда. — Боб схватил Алберта за плечи, его глаза широко раскрылись, до краев наполненные ужасом. Умное, интеллигентное лицо застыло маской. — Нам надо немедленно убираться отсюда.
На горизонте, милях в десяти от них, гигантская башня ретранслятора завибрировала от основания до вершины и обрушилась, чтобы исчезнуть среди падающих деревьев. Теперь они чувствовали, что начала дрожать и земля. Дрожь эта поднималась по трапу и передавалась их ногам.
— Прекратите это! — взвизгнула за их спинами Бетани и зажала уши руками. — Пожалуйста, прекратите это!
Но звуковой вал накатывал на них, хрумканье и чавканье, сопровождающие трапезу лангольеров, были совсем рядом.
13
— Не хочу показаться надоедливым, Брайан, но сколько тебе еще нужно времени? — нервно спросил Ник. — В четырех милях к востоку есть река, я заметил ее при посадке, и мне представляется, что эти хрумкающие твари, уж не знаю какие, как раз добрались до нее.