Ларс III

Гросов Виктор

Проследив за тем, как Эса перехватила Ходота, отправившегося умываться после поединка, я отошел от окна и сел за стол.

Комната, которую я занимал, была обставлена довольно скромно для купеческого кабинета. Говорят, что купец, занимавший этот дом, собрал все свои пожитки и отправился по морю в Византию. Судя по некоторым пятнам на стенах, можно предположить, что где-то стояли шкафы, комоды и иная утварь. Сейчас же здесь были только стол, лавки и кровать. Аскетично, но, главное, функционально. И многим моим сотникам нравится

такое отношение к окружению. Царь не стал неженкой, а был в первую очередь воином и полководцем.

— Разрешите войти? — ввалился ко мне Метик, улыбаясь в тридцать два зуба.

Мой советник по здравоохранению, личный лекарь, да и один из немногих людей, которым я полностью доверял, стоял по струнке смирно. Его темно-зеленый кафтан на груди был украшен красивой буквой «Z». Насколько я знаю, у Забавы так же на груди красуется этот значок. У остальных медиков эта латинская буква размещена на рукаве.

— Вольно, — хмыкнул я другу-попадацу.

— Ты в курсе последних новостей? — поинтересовался Эд, присаживаясь напротив меня за стол.

— Про разведчиков Эсы? Знаю, — ответил я.

— Да нет же. Слухи про сокровища кагана.

— Это еще что?

— Говорят, — понизил голос Метик, — что в башне донжона каган Манассия спрятал все сокровища Хазарского каганата.

— И что? — я фыркнул, — Тебе деньги нужны? Давай я тебе выделю на что надо.

— Да при чем тут я? — отмахнулся лекарь, — Ты мне и так нормально платишь, не на что тратить. Знал бы в будущем, что такое скажу «работодателю», да еще и царю — не поверил бы, — засмеялся Эд.

— Тогда зачем ты мне эти слухи рассказываешь? — улыбнулся я.

— Сейчас армия держит в осаде донжон, вяло его обстреливая. Кстати, стены там потолще всех виденных мной.

— Я заметил, — скривился я.

Надежда захватить башню за пару суток уменьшалась с каждым часом, так как бомбардировка требушетными снарядами не увенчалась особым успехом. Стены донжона были очень прочными и толстыми.

— Так вот. Если пообещать воинам часть добычи, находящейся в башне, то каган уже завтра может быть в наших руках.

— Да вроде энтузиазма у армии хватает. Недостатка в стимуле я не наблюдал.

— Так-то оно так, да не так, — философски заметил лекарь, — лишняя монетка в кошельке обычного воина никогда не будет лишней, а с учетом тех слухов, которые гуляют в городе, то глядишь и что-нибудь придумают особо шустрые варяги, — закончил с довольным видом Эд.

— Это что же они придумают? Залезть на крышу и через чердак войти в донжон? Или превратиться в змею и сквозь узкие бойницы пролезть?

Метик удивленно уставился на меня и раскрыл рот. Его глаза, казалось, выскочат из орбит.

— А ведь с чердаком — это классная идея, — прошептал лекарь, — Ты гений, Ларс! — воскликнул друг-попаданец.

— Да успокойся ты! Эса и ее подчиненные уже пробовали — не удалось.

Я задумался над тем, что предлагает

Метик. А ведь что-то в этом есть. Я ведь ничего не теряю. А возиться с каганом мне надоело. Да и толщина стен слегка расстраивает. Нужно будет с Ходотом посоветоваться.

— Ладно, поговорю с Ходотом, предложу твою идею. Может, что и выгорит, — хмыкнул я.

— Вот и хорошо, вот и славненько, — Эд довольно потер руки, — но я не за этим к тебе.

— Во как, — я улыбнулся, — рассказывай.

Я отвык от нормального общения. В последнее время хмурые лица моих подчиненных в связи со смертью Гостомысла и похищением Милены вводили и меня в еще большее уныние. А поведение Эда сейчас выбивается из общей картины. Возможно, он пытается вывести меня из этого мрачного состояния, чтобы не упасть духом. В любом случае, нужно быть благодарным другу. Да и действительно хватит горевать. Я ведь сделаю все, чтобы отомстить за смерть отца и вернуть жену. Наверное. Ну вот, опять я в меланхолию впадаю.

— Есть слухи с Крыма…

— Чего это ты сплетнями начал заниматься? — рассмеялся я.

— А что делать? — Эд развел руками, — Забава прекрасно справляется без меня в полевом госпитале. Да и долгое общение с Эсой не прошло даром — наблюдал, как она информацию собирает, в том числе и сплетни, — многозначительно подняв указательный палец, подчеркнул он, — и делает соответствующие выводы.

— Ладно, рассказывай, сплетник, — вновь рассмеялся я.

— Итак! — ответил улыбкой Метик, — С полуострова пришла инфа о том, что там начинаются волнения.

— Так, стоп! Почему ты об этом рассказываешь, а не Эса или Ходот? — возмутился я.

— Дело в том, что только сегодня я оперировал одного местного купца…

— Частная практика? — я приподнял бровь.

— Именно поэтому у меня денег куры не клюют.

Честно говоря, мне все равно было на подработки ближников. Главное, чтобы это было не в ущерб государству.

— И что же тебе сказал купец, богатей ты наш?

— Он попал в Тьмутаракань за день до осады. Сам — из Корчева, в будущем это Керчь. И когда он уходил с Крыма, там начались волнения. До них дошли вести о переходе под крыло царства. Многих византийцев начали преследовать, особенно после того, как византийская администрация и войска покинули полуостров. Начались погромы, воцарилась анархия.

— Интересные слухи. Насколько можно верить твоему купцу? — задумчиво спросил я.

— Я передал инфу Эсе, она отправит туда лазутчиков. Поэтому она и не говорила тебе ничего, пока не убедится в правдивости сведений. И это она попросила меня рассказать тебе, так как у нее было срочное дело к Ходоту.

— М-да, с каждым днем все больше и больше убеждаюсь, что корона царская жмет мою головушку.

— Это да, — оскалился Эд, — не повезло царству с царь-батюшкой. Слишком ответственный, — нагло заявил Метик, развалившись на лавке.