Льдинка
Шрифт:
Через три минуты накрылось второе полотно, и снова в руках Тух-Туха.
– С такими темпами у нас не хватит полотен, – недовольно заметил Дильс, извлекая из чехольчика третье. Он сдул с него мелкие пылинки и сварливо добавил: – Если будешь так спешить, то придется догрызать решетку зубами. Как этот бедолага, – он показал глазами на череп с деформированной челюстью, который Тух-Тух вчера отодрал от решетки.
– Ладно, – процедил норвежец. Однако пилить Дильс ему не дал, а передал ножовку Артуру.
К тому времени, когда решетка была окончательно
– Надеюсь, никаких преград из решеток и прочего дерьма дальше нет, – сказал Тух-Тух. Он поднялся на ноги и мощным ударом ноги вышиб решетку. – Знаете, что я вам скажу? Только вы не бойтесь.
– Что? – с подозрением спросил Костя.
– По информации Клейна, они тоже пилили здесь решетку. Так что для меня остается загадкой, откуда она появилась тут снова. Если, конечно, Клейн не солгал.
– Уф, я-то думал… – облегченно вздохнул Костя. Вероятно, он подумал, что сейчас Тух-Тух заявит, что никакого клада не существует и все это было веселой шуткой.
Между тем Тух-Тух присел и посветил внутрь фонарем.
– Мне кажется, там впереди светлее, – произнес он и обернулся. – И я слышу голоса.
– Кк-какие голоса? – оторопел Костя.
– Я пошутил, – холодно улыбнулся Тух-Тух. – Ну что, вперед, бродяги Севера?
С этими словами он исчез в темном зеве. Остальные не раздумывая полезли за ним, напоминая со стороны пассажиров на тонущем корабле, в панике бросившихся к единственной шлюпке. Лаз был очень узким, и оставалось только удивляться, как Тух-Туху с его комплекцией удавалось протискивать свое тело дальше.
Яна, кряхтя, ползла за Тимой. Под руками и коленями то и дело попадались какие-то прохладные желеобразные предметы. Приглядевшись внимательней, Тима едва подавил крик отвращения – это были громадные слизни. Они были везде – под ногами, на стенах, над головой. Похожие на раздутые сардельки, они фосфоресцировали мягким зеленоватым светом и лениво ползали, оставляя позади себя густой поблескивающий след.
– Вот вам и фауна, – сказал Артур. – Только ума не приложу, чем они питаются в этом подземелье?
– Маленькими непослушными мальчиками и девочками, – сострил Костя. – Которые без спросу ползают по пещерам и ищут богатства… Тьфу, черт, раздавил одного!
– Не отставать, – донесся глухой голос Дильса, и Тима прибавил скорости, стараясь не смотреть на зеленых мутантов. Интересно, могут ли они кусаться? Все его внимание было сосредоточено на том, чтобы в них не вляпаться. Точнее, в то, что от них осталось, так как те, кто полз впереди, практически всех передавили, и ему казалось, что он ползет по холодной слякоти, только ядовито-зеленого цвета.
Между тем проход поворачивал то вправо, то влево, затем круто пошел вниз. Тиме подумалось, что еще немного, и они покатятся вниз как горох. Однако лаз постепенно выровнялся. Слизней стало чуть поменьше, и впереди стало светлеть.
– Я вижу пещеру! – закричал Тух-Тух. – Давайте быстрее сюда!
Под коленями то и дело чавкали лопавшиеся
Она не была такой светлой, как та, первая. Сталактиты со сталагмитами тоже в ней были, даже крупнее, чем в первой пещере, но вместо голубоватых язычков в этих «сосульках» мерно, волнообразными движениями спиралью крутилась какая-то фиолетовая субстанция с ярко-красными прожилками. Исходящий от нее свет был каким-то тусклым и мрачноватым. При взгляде на это тестообразное вещество, нехотя крутившееся в сталактитах, совершенно некстати возникал образ сырого мяса. Или печени.
Прямо посреди пещеры была навалена гора песка (или гальки, в потемках разобрать было сложно) метра три высотой. Верхушку горы украшали истлевшие обломки дерева. И больше никаких лазов или входов, с решеткой или без.
«Все, конечная остановка, не забывайте свои вещи, всего доброго и прочая херня», – мрачно улыбнулся про себя Тима.
Тух-Тух не без труда взобрался наверх и уныло пнул ногой деревяшку. Она упала с гулким стуком.
– А… А где же клад? – промямлил Костя, озираясь по сторонам.
Тух-Тух наклонился и принялся ожесточенно расшвыривать песок. С сухим шуршанием он ложился на землю, поднимая облачка пыли. Тщетно, под ним тоже ничего не было.
– Ну что ж, – сказал Дильс на редкость спокойным и рассудительным голосом. – Сокровищами, как вы видите, тут и не пахнет. Но в любом случае это путешествие будет самым необычным в моей жизни. Жаль, Злата этого не видит.
– В задницу все ваши путешествия, – ворчливо сказал Костя. Он стал карабкаться на гору, несколько раз сполз вниз, как неуклюжий жук, но все же в итоге оказался рядом с норвежцем. Ни слова не говоря, он встал в «третью» позицию и начал сбрасывать вниз песок, став похожим на пса, увлеченно закапывающего свои кучки.
– И сколько вы собираетесь копать? – крикнул Тима.
– «Пилите, Шура, пилите», – издал смешок Дильс. – Слазьте, дурачки, пора домой.
Первым сдался Тух-Тух. Спотыкаясь, он полусбежал, полусъехал вниз. Он выглядел разбитым, его даже было не узнать – так он был расстроен. Нет, слово «расстроен» тут не подходит. Он был УБИТ. Еще бы, проделать такой путь, чуть не погибнуть от холода и голода, и на тебе…
Дильс и Яна направились к лазу, Антон, каждую секунду оглядываясь, побрел за ними. И уж когда все были готовы покинуть пещеру, раздался дрожащий голос Кости, который буквально разорвал воздух:
– Стойте! См… Смотрите, что я нашел!!!
Медленно-медленно, как во сне, Тима развернулся и на негнущихся ногах подошел к песочной горе, которая благодаря стараниям Тух-Туха и Кости стала значительно ниже. Костя кубарем скатился вниз и протянул ладонь. К тому времени подошли все остальные.