Шрифт:
Перевод Ольвен Тангородримской
J.R.R.Tolkien
ЛЭЙТИАН
или
ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ ОКОВ
Баллада
I.
Король на земле в годы давние жил:
Еще человек по лесам не бродил,
Но была его власть средь пещерных теней,
Держал он леса под рукою своей.
Корона из листьев, зеленый наряд,
Стоят его копья высокие в ряд;
Сияние звезд захватил он щитом,
А солнце с луной появились потом.
Когда к Средиземья простору нескоро
К темному берегу из Валинора
Эльфийского войска вернулись полки,
Знамена летели, зажглись маяки,
Шагали когда короли Эльдамара
Под небом вперед на войну для удара,
Тогда серебром его трубы звучали
И солнце с луною свой путь начинали.
В Белерианде, в далекой дали,
В Дориате, среди огражденной земли
Тингол там на троне своем восседал,
И многоколонным был каменный зал:
Жемчуг, бериллы и бледный опал,
Металл, что работою тонкой сиял,
Мечи, топоры, и доспехи, и щит,
Блестящие копья - все грудой лежит:
За богатство свое он немного бы дал,
Он только одну всех дороже считал,
И за одну все отдал бы взамен -
Прекраснее всех его дочь, Лутиэн.
С гибкостью той никому не бежать
По зеленому лугу под солнцем опять;
Девы такой не бывало с тех пор
От зари до заката, от моря до гор.
Плащ ее был как весной небеса,
Но серыми были как вечер глаза;
Всю ей одежду цветами расшили,
Темны, словно тень, ее волосы были.
Ноги легки, словно птицы полет,
Смех, как веселый источник, течет;
Тонкая ива, наклон тростника,
Аромат, что весной наполняет луга,
Света на листьях игра самого,
Голос воды, много больше того
Прелесть ее и ее красота,
Свет ее ясный, ее чистота.
Жила среди чар она так вдалеке,
Эльфийская сила держала в руке
Дориата лесного просторы, пути;
Тропинку туда невозможно найти,
Никто не посмел бы незваным бродить
И чуткие листья в ветвях шевелить.
К Северу страха лежала страна
И Дунгортеб называлась она,
Тенью вершины вздымаются прочь;
За ней простиралась Смертельная Ночь,
Таур-ну-Фуина чаща темна,
Там солнце померкло,
Край неизведан на юге лежит;
На Западе древнее Море шумит,
Безбрежно, свободно оно, без преград;
Голубые вершины к Востоку стоят,
Туманом своим заслоняя просторы -
То внешнего мира далекие горы.
Тингол ныне в скальном чертоге своем,
В котором и ночью светло, словно днем,
Был королем Менегрота земли:
Смертных дороги к нему не вели.
Его королева с ним рядом была,
Дивная Мелиан тихо ткала
Заклинанья свои, и окутала трон,
И чары ложились на каменный склон;
Длинным и острым владел он мечом,
Буков и вязов он был королем.
Трава зелена была, листья длинны,
Пели дрозды на просторе страны,
Под тенью ветвей и под солнечным светом
Там пробегала зимою и летом
Лутиэн, это дивное Эльфов дитя,
Танцуя в долине, в луга уходя.
Звезды сияли, был чист небосклон,
Искусной рукою играл Даэрон,
Когда в темноту тихо день уплывал,
Дивную музыку он создавал
Серебряной флейтой, спокойной и ясной,
Для Лутиэн, этой девы прекрасной.
Здесь радость была, и легки голоса;
И ночью и утром беспечны леса;
Мерцали алмазы и светлый венец,
И золото красное тонких колец,
И эланор с нифредилем не вяли,
Вновь на траве поутру расцветали,
Бессчетные годы Эльфийской земли
Над Белериандом катились вдали,
Пока роковой день не грянул потом -
Эльфийские арфы поют нам о том.
II.
На Севере дальнем, где каменный склон,
Был в черных пещерах незыблемый трон,
Огнем окруженный, удушливый дым,
Столбами клубясь, поднимался над ним,
Жизнь, убивая, и тьмы глубина
Темницами страшными только полна,
Смерть безнадежным уделом была,
Если судьба в эту тень привела.
Король там сидел, и древнее он был
Всех, кто под небом когда-нибудь жил.
Чем море с землею, и чем небосклон,
Был он древнее, сильнее был он,
Чем Эльфы и Люди помыслить могли.
Он разума бездной в далекой дали
Из силы предвечной был он сотворен;
Мир еще не был тогда возведен,
Когда он во тьме одинокой блуждал,
Огонь в нем неистово-страшный пылал.
Тьму, принеся разрушений и ночь
В Землю Благую, умчался он прочь,
Чтоб в Средиземье отстроить опять
И под горами твердыни поднять,
Снова рабов собирая туда;