Лебединые одежды
Шрифт:
Тихое отчаяние в его голосе заставило Хильд замереть на секунду, затем она расслабилась и больше не сопротивлялась. На пороге Орвар притянул ее к себе и поцеловал, теперь уже в губы.
— Это тоже необходимо?
— Да. Пусть все видят, что ты моя. Если не хочешь носить мое кольцо, то придется действовать по-другому. — И он снова потянулся к ее губам.
— Так, все! — Хильд оттолкнула его, достала из кармана кольцо и натянула на палец. — Доволен?
Он ухмыльнулся, как сытый крокодил:
— Неплохо… для начала. Потом продолжим.
— Даже не надейся.
Она
К тому, что женщины эйги имеют по любому вопросу собственное мнение, часто отличное от мнения их мужчин, Хильд уже привыкла. Когда она жила в усадьбе Орвара, не все были рады приветствовать ее в Стае. Кое-кто кивал без улыбки, кто-то шептался за спиной, а были и такие, что смотрели сквозь нее, отказываясь признавать ее присутствие.
Сегодня ей кланялись, вернее, делали старомодные книксены. Только несколько совсем старых женщин ограничились вежливыми кивками. Кто-то даже улыбался, но были и такие, кто смотрел с благоговением, надеждой или страхом.
— Таращатся на меня, как на мартышку, — проворчала Хильд, предварительно расцеловавшись с Фрейей. — У меня что, хвост вырос?
— Хвостами нас не удивишь, — бодро сообщила та. — Мы сами… с хвостами. А ты чудо чудное. Отбилась от трех колдунов, причем одного взяла на копье. Потом исчезла, а теперь вернулась с золотом Хорфагеров на пальце. Наши кумушки теперь не скоро уймутся, им будет что обсудить, пока шьют одеяла.
Одеяла были повсюду, на столах, на подоконниках, даже на полу. Женщины простегивали пласты овечьей шерсти вручную, как еще сто лет назад, но работа двигалась на удивление быстро. Фрейя сказала, что нескольким мелким Стаям пришлось уходить из домов практическим, в чем были, бросив все свое достояние. Конунг выделил им денежную помощь, а женщины помогали обживаться на новом месте.
— Пойдем-ка, поговорим в спокойном месте, — сестра Орвара взяла Хильд под руку и они направились через площадь к желтому оштукатуренному дому с деревянной вывеской в виде пивной кружки. В верхнем зале сидели люди, вернее, эйги — Хильд сама не понимала, каким шестым чувством она отличает их от обычных людей. Впрочем, нет. Вот тот бледный мужчина у окна не был оборотнем, но и человеком тоже не был.
— Винник, — пояснила Фрейя, проследив за ее взглядом. — Безобидный. А вон там две альпы. Питаются эмоциями, могут спровоцировать на скандал, но здесь ведут себя прилично. Город переполнен. Сдается каждый угол, каждая свободная койка. Будут скандалить, мигом окажутся на улице.
И вздохнула. Раз со своих насиженных мест бежит даже «скрытый народец», значит, дела в городах совсем плохи.
— Пойдем-ка вниз, там спокойнее.
В нижнем зале под старинными кирпичными сводами было действительно малолюдно и тихо. Фрейя заказала им обеим горячий мед, что было правильным
— Итак, я могу тебя поздравить? — Спросила жена конунга, когда официант поставил перед ними две больших глиняных кружки и ушел.
Хильд пошевелила пальцами. Кольцо было тяжелым, но по-варварски красивым: с гладко отполированными рубинами и рунами, вырезанными как внутри, так и снаружи. Наверное, носить его считалось в Стае большой честью, но она этого не хотела.
— Кажется, ты не очень рада, — как всегда, Фрейя была проницательна и предпочитала не избегать неприятных тем. — Мой брат опять тебя принудил?
— Ну, не совсем…
— Но что-то мне говорит, что он не встал на одно колено, когда просил твоей руки.
Нет, он приставил пистолет к голове Хельги Левши.
— Посланец от вельвы опоздал?
— Нет, он прибыл вовремя.
— Он привез мед забвения?
— Да, привез.
Вот только она его не выпила. Колебалась и размышляла почти сутки, и вот результат. Если бы она сразу распечатала рог с волшебным напитком, то к моменту приезда Орвара просто не узнала бы его. И покрутила бы пальцем у виска при виде его брачного договора. И что бы тогда он сделал? Привез ее в Стаю? Тогда в дело вмешался бы конунг. Увез бы куда-нибудь подальше? Тоже не вариант, учитывая, в каком положении оказалась Стая.
Если бы, если бы… короче, сама виновата. Бродила по берегу, сомневалась, думала, а где сейчас Орвар, что с ним? Глупо было врать себе самой: в глубине души Хильд надеялась, что он появится в последний момент, что все исправит. Появился. Исправил, блин.
— Скажи, Хильд, мой брат так уж тебе противен?
Она сглотнула, вспомнив Орвара, каким он сегодня вышел на кухню — босой, в спортивных штанах, с блестящей от пота после утренней тренировки кожей.
— Нет, — Хильд порозовела под пристальным взглядом теперь уже золовки. — То есть сам не противен, но некоторые его поступки… убить за них готова.
— О! — С понимающим видом ухмыльнулась Фрейя. — Узнаю себя шесть лет назад. Добро пожаловать в клуб.
— Что? — У Хильд чуть глаза не выпали. — И ты тоже? Но я видела вас вместе, Хокон на тебя не надышится.
— Угу, а машину самой водить не разрешает. И в город я выходила только с пятью телохранителями. И это, заметь, в мирные времена. И обнюхивают меня при каждом удобном случае, даже брат родной уже не рискует ко мне прикасаться.
У Хильд плечи опустились:
— Ваши мужчины что, все такие?
— А то! — С не очень обоснованной гордостью подтвердила Фрейя. — Наши с тобой еще не самый худший вариант. Они еще достаточно вменяемые.
— И как с этим жить? — Вид у Хильд был действительно растерянный.
— А живи, как хочешь, и будет тебе счастье, — предложила сестра Орвара. — Ты не обязана все время спрашивать у братца разрешения. Делай, что считаешь нужным. Если ему что-то не нравится — это его проблема. Сам прибежит, сам все исправит, а потом еще и извинится. Вот они где у нас! — И потрясла маленьким кулачком.