Лед-15
Шрифт:
6
Рассвет вспыхнул над Голубым хребтом, взорвавшись сказочным многоцветьем. Выглянувшее из-за горы Митчелл солнце щедро залило осеннее небо нафтолом и кадмием, пурпуром и киноварью, равно как и всем прочим сонмом сияющих красок, словно слетевших с палитры восторженного живописца. Сонные вершины и склоны покрывала пока еще темная зелень дубов, лиственниц, кленов, лещины. Казалось, само холодное дыхание гор окутало густым покровом тумана долины и окружило вершины нижних холмов прозрачными кольцами, делая их похожими на монашеские тонзуры.
Джереми Логан остановил взятую напрокат машину у ворот парка, заплатил за въезд и мягко вдавил педаль газа. До цели он мог бы добраться и побыстрей:
В динамиках автомобиля звучала «Богема» в записи Тосканини 1946 года с несравненным сопрано Лючии Альбанезе. Он выключил музыку, чтобы полностью сосредоточиться на проносящемся мимо пейзаже. Вот обзорная площадка долины Шенандоа — он помнил, как они останавливались там с отцом, чтобы купить сэндвичей и сделать несколько фотоснимков. Дальше пошли ущелья: Нижнее, Комптона, Дженкинса. Каждое из них по очереди появлялось перед ветровым стеклом, открывая будто бы с неохотой потрясающий вид на реку и испещренные пятнами растительности холмы у подножия гор. Да, Виргиния оставалась Виргинией, и Логану, росшему в Южной Каролине, казалось и сейчас удивительным, как так много вмещающий в себя ландшафт может тесниться в столь относительно скромных пределах.
У отметки в 27 миль он проскочил мимо поворота, ведшего к горе Ноб. Они с отцом останавливались и там и даже поднялись вверх на две мили. Логан помнил, что день тогда был очень жарким, и висевшая у него на шее фляжка с водой приятно холодила кожу. Отец его был историком, не привыкшим к большим нагрузкам, и восхождение почти лишил его сил. Именно на вершине он сказал Джереми, что у него рак.
Возле ущелья Торнтона Логан свернул со Скайлайн-драйв, проехал по шоссе штата вдоль реки и выехал из национального парка. В окрестностях Сперривиллаон взял курс на юг, выкатился на шоссе 231 и двинулся, глядя на указатели, к гостинице «Олд-Рэг-Лодж».
Десять минут спустя он оказался в тени Олд-Рэг. Гора эта была относительно невысокой, тысячи три с небольшим футов, но знаменитые каменные осыпи крайне затрудняли доступ к ее голой верхушке. Однако наибольшую известность она получила не из-за них, а благодаря роскошному отелю, расположившемуся под ней в котловине. Гостиница «Олд-Рэг-Лодж» напоминала большой сказочный замок, выглядевший крайне неуместно среди окружающей его дикости. Когда Логан свернул на подъездную дорожку и поднялся по плавному склону, этот замок предстал перед ним, поражая взор сочетанием нагромождений экзотически обработанного известняка и ярких витражей в узорчатых рамах. Все это беспорядочное сооружение было увенчано экстравагантными куполами и медными минаретами.
Логан обогнул пышное поле для гольфа на тридцать шесть лунок, после чего тщательно ухоженная дорожка из белого гравия привела его к главному входу. Отдав ключи от машины служащему гостиницы, он шагнул внутрь.
— Заселяетесь, сэр? — спросила женщина за стойкой.
Логан покачал головой.
— Я приехал на экскурсию.
— Осмотр бункера начинается в десять часов.
— Я договорился о личном визите. Моя фамилия Логан.
Он положил визитную карточку на мраморную крышку стойки.
Женщина внимательно изучила карточку, повернулась к монитору компьютера и что-то быстро набрала на клавиатуре.
— Очень хорошо, доктор Логан. Не будете ли вы любезны подождать в вестибюле?
— Спасибо.
Взяв портфель, Логан пересек гулкое пространство под куполом и сел в кресло между двумя громадными коринфскими колоннами, увитыми красными шелковыми лентами.
Хотя этот отель был весьма популярен в течение
1
Официальное прозвище штата Виргиния.
Логан поднял взгляд, увидев идущего к нему невысокого, слегка полноватого человека в белом костюме и панаме, розовое лицо которого украшали круглые черные очки. Мужчина протянул руку.
— Доктор Логан?
Логан поднялся.
— Да.
— Я Перси Хант, официальный историк отеля. Сегодня я буду вашим сопровождающим.
«Сопровождающим, надо же, — подумал Логан, пожимая протянутую руку. — Гид везде гид».
— Буду вам крайне благодарен.
— Вы ведь из Йеля, не так ли? — Хант заглянул в сложенный листок бумаги. — Профессор средневековой истории?
— Да. Хотя в настоящее время я в академическом отпуске.
Хант убрал листок в карман.
— Очень хорошо. Прошу вас следовать за мной.
Он направился к арке в дальнем конце вестибюля, ведшей в застеленный великолепным ковром коридор с изображениями сцен охоты на стенах.
— Есть два входа в бункер, — сказал Хант. — Большие внешние ворота в задней части горы, использовавшиеся для грузовиков и тяжелого транспорта, и лифт позади главного конференц-зала отеля. Именно через него мы и войдем.
Они миновали закрытый плавательный бассейн, украшенный скульптурами в греческом стиле, потом банкетный и танцевальный залы, прежде чем войти в просторный и хорошо оборудованный конференц-зал. Не останавливаясь, Хант направился к двойным дверям в задней стене, покрытым такими же обоями, как и остальные стены.
— Конгресс предполагал использовать это помещение для своих заседаний, если, конечно, оно осталось бы невредимым, — сказал он. — В противном случае им бы пришлось довольствоваться помещениями поменьше, внизу. — Он постучал по стене, к которой они подошли. — Это броня, защищающая подступы к лифту.
С некоторым усилием он открыл двери, за которыми обнаружилось небольшое пространство с еще одной дверью в дальнем его конце. Хант отпер ее висевшим на цепочке ключом и провел Логана в большую, выкрашенную в зеленый цвет кабину. Закрыв дверь, он с помощью того же ключа привел в движение лифт, в котором отсутствовали какие-либо кнопки или индикаторные лампочки.
Спуск длился долго. Секунд через тридцать Хант повернулся к гостю.
— Итак, доктор Логан, — сказал он, — что вас конкретно интересует? Системы жизнеобеспечения? Жилые помещения? Лазарет? Я спрашиваю потому, что обычно исследователи, заказывающие индивидуальный тур, интересуются некоторой определенной областью. Чем больше вы мне расскажете, тем лучше я смогу вам помочь.