Лёд и пламень
Шрифт:
Он поджал губы и удручённо кивнул. Видимо, я обломала все его надежды.
– Ладно, в другой раз, так в другой, — тихо ответил он. — Тебя проводить? — Его голос вновь оживился.
– Нет, спасибо, меня Гёт ждёт в машине, — я указала рукой себе за спину на чёрный Mersedes тренера. — Он-то меня и подвезёт.
Майк недовольно сощурился на меня и как-то презрительно ответил: - Ну, удачи с ним. А затем развернулся и ушёл. Ой, ой, ой, какие мы обидчивые!
Я вернулась в тёплый Mersedes и, поблагодарив Амона за то, что подождал меня, сказала,
– Спасибо, что подбросили меня, — улыбнулась я, и Амон пожал плечами
– Мне не сложно… тот парень, с которым ты вышла из аптеки… вы встречаетесь?
Я не выдержала и засмеялась в голос. Как ему могло прийти такое в голову? Тем более после того, как обиженный Майк с поджатыми губами пошёл прочь от меня, даже не попрощавшись!
– Что вы, нет! Мы просто знакомые.
– Элизабет, тебе, наверное, пора домой.
Моя улыбка мгновенная погасла. Он что выпроваживает меня?
– Да, вы правы.
Я открыла пассажирскую дверцу со своей стороны и, собираясь выбираться из машины, чуть было не наступила в глубокую лужу, образовавшуюся, как всегда после дождя, прямо перед моим подъездом.
Увидев моё замешательство, Гёт подался в мою сторону и заглянул мне через плечо.
– Что такое?
– Там большая лужа, — констатировала я, хотя в свете уличных фонарей Амон и сам всё видел.
– Тогда выйдешь через мою дверцу.
Он вернулся на своё место за рулём, создав поток воздуха, донёсший до меня его вкусный одеколон. Я глубоко вдохнула этот приятный запах, от которого вскоре не осталось и следа.
Гёт открыл свою дверцу и вышел из машины. Я перелезла на его сидение и увидела протянутую перед собой руку Амона. Я была приятно удивлена этим жестом любезности с его стороны, поэтому кокетливо вложила свою ладошку в его большую горячую ладонь, чтобы он помог мне выйти из машины. Слава Богу, по эту сторону Mersedesa никаких луж не было, поэтому я твёрдо ступила на асфальт рядом с Амоном.
– Спасибо, мистер Гёт и до свидания.
Он кивнул и сел в машину, опустив стекло, он сказал:
– До завтра, мисс Тэйт. Я буду ждать вашего звонка, — стекло в его машине сразу же поднялось, но мне всё же показалось, что перед этим он шёпотом добавил: «этой ночью».
Ох, мистер Гёт, так и быть, я позвоню вам. Этой ночью.
========== Глава 4 ==========
Мери усадила меня на диван рядом с собой и, приняв позу лотоса, воззрилась на меня.
– Звони ему.
– Мер, — простонала я. — Он хотел, чтобы я позвонила ему ночью, а не в восемь вечера!
Подруга надула свои маленькие губки.
– Как ты думаешь, о чём он хотел поговорить с тобой ночью? — Ну-у, вообще-то у меня возникало парочку
Её никогда не интересовало фигурное катание, а уж тем более все его тонкости. Она ездила со мной на некоторые соревнования только ради моральной поддержки, но и за это я была ей бесконечно благодарна.
– Получается, он просто хотел поговорить со мной как с человеком.
– Как с девушкой, — подруга задвигала бровями вверх-вниз и я почему-то заулыбалась. Имея смугловатую кожу, мне было не свойственно краснеть, и если я всё же заливалась краской, то очень и очень редко.
– Всё, Ли. Раз не хочешь звонить со мной, то будешь делать это одна, — Мер неуклюже встала с дивана и пошла на кухню за мороженным.
Когда её голову начинали посещать воспоминания о Фреде, она всегда переключалась на еду и пыталась отвлечься, заедая свою депрессию, ведь, как известно, сладости, бананы и отдых — лучшие антидепрессанты.
Пока подруга возилась на кухне, я сбежала в душ, чтобы расслабиться и, как Мер, выгнать из головы лишние мысли. Я набрала полную ванну тёплой воды и, раздевшись, погрузилась туда на несколько секунд с головой.
Почему Амон захотел, чтобы я позвонила ему именно ночью? Или на самом деле он ничего не говорил, а то, что я услышала, было просто игрой моего больного пошлого воображения? Мне срочно нужен мужчина. Настоящий мужчина, с которым в постели я могла бы позабыть обо всём на свете и лишь наслаждаться процессом нашей с ним близости.
Невольно я вспомнила слова тренера о том, что он может трахнуть меня прямо на льду. Я не хотела признаваться сама себе, что в тот момент могла бы запросто согласиться, стоило ему бы просто ещё раз сказать что-нибудь подобное или просто крепко прижать к себе. Ох, как сказала бы Мер, если бы я поделилась с ней своими мыслями: «О-о-о, — протянула бы она. — Подруга, да у тебя жестокий недотрах». И её слова как всегда оказались бы чистой правдой. Но где же мне найти этого самого мужика?
Ночью, лёжа в своей кровати под одеялом, я всё же решилась позвонить Амону. Я попросила Мери оставить меня одну (ведь мы с ней делили одну спальню) и она с радостью выполнила мою просьбу, убежав в другую комнату. В полной темноте, я зарылась под одеяло и, выбрав из телефонной книги номер «А.Г.» зажмурившись, позвонила ему.
Сначала шли долгие гудки, но потом Амон всё же взял трубку.
– Алло, — рассеянно произнёс он.
– Здравствуйте. Это я, Элизабет.
Боже! Кто бы знал, насколько глупо я себя чувствовала в этот момент!
– А-а, Элизабет… — как-то неопределённо сказал он.
Между нами повисло неловкое молчание, как вдруг на том конце «провода» раздался чей-то женский голос: «Амон, милый, кто это?»
Он с женщиной?! Ночью! Значит они…
– Простите, мистер Гёт. Я, наверное, не вовремя.