Лед
Шрифт:
– Вроде. – Я прислушался к своим ощущениям. Согреться согрелся, только кости чего-то ломит. Погода меняться будет? Меновазином бы натереться.
– Вы сейчас куда, на рынок? – Ворон вылил себе в тарелку остатки из супницы.
– Да надо бы, – задумался я.
– Зачем? – Ветрицкий выловил из супа кость и начал обгладывать с нее мясо.
– Еда, лыжи. Может, что-нибудь типа плащ-палаток присмотрим.
– Понятно. – Николай кинул обглоданную кость обратно в тарелку. – Что за мясо, кстати?
– А
– Не-а.
– Вот видишь…
Увидев, что суп съеден, хозяин унес супницу и принес взамен большое блюдо с жареной рыбой, кастрюлю с макаронами и чашку с острым соусом. Не отметить это событие было нельзя, и мы еще раз выпили. Жан ел мало и вскоре, осоловело откинувшись на спинку стула, прикрыл глаза.
– Обожаю карасей! Самая та закусь. – Обрадованный Ворон вытаскивал кости из немаленькой рыбины. Вроде шпендель, а жрет за троих. И куда только девается?
– А на что закупаться будем? – дурацким вопросом испортил мне настроение Макс.
– Вопрос, конечно, интересный, – тяжело вздохнул я. – Поскольку бабок нет, придется продать что-нибудь ненужное.
– Чтобы продать что-нибудь ненужное… – напомнил мне Николай.
– К счастью, не все ненужное приходится покупать, – усмехнулся я.
– На что это ты намекаешь? – забеспокоился Ветрицкий.
– На ножик твой с дракошками он намекает, – загоготал Макс.
– А почему на мой нож, а не на твой кинжал?
– Да пожалуйста, для пользы дела не жалко, – великодушно согласился Макс. Вот и хорошо, никто его за язык не тянул, теперь можно будет раскулачивать без проблем. Парень сплюнул рыбьи кости и гордо улыбнулся. – Мне этот кинжал на фиг не нужен. У меня мачете есть.
– Макс, ты как скажешь что-нибудь, – оторвался от карася Ворон, – хоть стой, хоть падай. Что ты в этой железяке нашел?
– Сам ты железяка. Это труподел.
– Тебя на-это-самое… Ну, ты понял. – Я свинтил пробку со второй бутылки. – Накололи.
Труподел – это клинок, на который наложено комплексное боевое заклинание. Помимо прочности и невероятной остроты такое оружие получало способность пробивать зачарованную броню и практически без помощи владельца находить щели и слабые места в доспехах. Один удар – один труп. Очень в Братстве такие клинки уважали. Вот только не могу себе представить чародея, потратившего кучу времени и сил на корявую железяку Макса. Да и стоил настоящий труподел столько, что дешевле стволами с ног до головы обвешаться. Не по Максовым доходам.
– Много лавэ спустил? – поинтересовался Ворон.
– Да что вы понимаете? – вскипел Макс и обнажил мачете. На широком лезвии без долов и граней засеребрился странный узор. – Мне его со склада выдали.
– Заклинание сильное, постоянного
– А скажи мне, Макс, дружище, – мягко проговорил я, – с какого перепугу кладовщик тебе его выдал?
Раз Жан говорит, что заклинание настоящее, значит, так и есть. Но если продукты теоретически еще можно незаметно умыкнуть со склада, то с оружием такой номер не прокатит. Тем более с магическим.
– Ну… – замялся парень, – я с ним договорился…
– Каким образом? – Я кое-что заподозрил и не собирался закрывать эту тему.
– Это экспериментальный клинок, одна из первых серий. – Чувствовалось, что Макс что-то недоговаривает. – Все равно только зря на складе пылился…
– Лук тоже пылился? – Мне пришла в голову одна идея, и я закинул пробный шар.
– Ну да, пылился, – отвел глаза Макс. Мой выпад попал точно в цель.
– Что такое с моим луком? – очнулся Ветрицкий.
– Да все нормально. – Я нервно постучал по столу вилкой. – Ты взял этот хлам и оставил кладовщику второй «Калашников»?
– Да, – словно признание вытягивали из него клещами, прохрипел Макс.
– Что еще?
– Что – еще?
– Дурочку не включай! – рявкнул я. – Что ты ему еще оставил?
– Бинокль морской, пару амулетов: «Кошачий глаз» и «Игла поиска»… – начал перечислять побледневший Макс.
– Ну ты и свистишь. – В отличие от Ветрицкого, до Ворона сразу дошло, чем это чревато.
– Зачем? – тихо спросил я и выпил горилку. Список выходил приличный. Часть имущества получится списать, но и на мне нехило повиснет.
– Мне деньги нужны были.
– Зачем тебе деньги в рейде? – устало поморщился я, прикидывая, не пристрелить ли мне его прямо сейчас – благо, и до ружья тянуться не надо. Нет, не время, да и причина не та. В Форте сочтемся.
– Я верну, как только в Форт вернемся, сразу верну, – зачастил Макс, словно прочтя мои мысли. – Честно. У меня деньги будут.
– Зачем тебе нужны были деньги?
– Я на Араба поставил, – выдохнув, сознался Макс.
– Бой с Магометовым на следующей неделе? – догадался я.
– Да.
– Один к трем ставил?
– Ну.
– Хоть не у Гонзы? – Я почесал кончик носа.
– У него.
– Зажмет он твой выигрыш, – с набитым ртом проговорил Ворон. – Меня эта сволочь один раз кинула.
– Посмотрим… – пробурчал я. Связываться с этим гаденышем не хочется, но мой выигрыш – да, теперь уже именно мой – ему не достанется. Надо будет, на куски порежу. И плевать, что он не только Торговому Союзу, но и Семёре процент отстегивает. Главное, чтобы Араб Магометова сделал. – Ладно, Макс, отложим этот разговор до возвращения.