Леди ангел
Шрифт:
— Думаю, что вскоре познакомлюсь с ним. У меня почему-то есть в этом уверенность. Похоже, ты нашла себе хорошего поклонника, — произнесла Анджела с особой лаской в голосе, благодарная Присцилле за то, что та прервала расспросы своей матери о Джо Мэнтоне.
— Мы все могли бы приехать в Истон через неделю, — с особой интонацией проговорила Шарлотта, с лица которой не сходила легкая усмешка, — в том случае, конечно, если бы ты пригласила нас.
— Неплохая мысль, — заметила Анджела, улыбнувшись. — Но мне думается, господин Брэддок предпочтет заняться чем-нибудь другим, более интересным. Мы живем в Истоне очень просто, без затей.
— А я уверена, что он предпочтет делать
— Да он, похоже, у тебя совсем ручной.
— Поскольку в нынешнем сезоне моя Присцилла самая красивая девушка на выданье — а это бесспорно, — с его стороны было бы верхом глупости не влюбиться в нее без памяти, — изрекла леди Энсли, будто удивившись, как столь очевидная истина может быть кем-то еще не усвоена. — Ну так что скажешь, милая? Мы приглашены или нет?
Шарлотта напрашивалась в гости на правах давней подруги, наверняка зная, что ей не будет отказа. Когда ей что-нибудь требовалось, она шла к цели, не особенно заботясь о светских условностях.
— Конечно, если вас не утомит наша ленивая жизнь, — изящно капитулировала Анджела перед таким напором. — В Истоне нечего предложить гостям, кроме простых деревенских забав. Правда, приедут Милли и Сазерленд. Может быть, будут также Долли и Карсонс.
— Истон — настоящая жемчужина! К тому же, милая, никто не умеет развлечь гостей так, как умеешь ты. Похоже, у тебя там намечается нечто вроде уютной семейной встречи с участием твоих сестер. Мы были бы рады присоединиться.
Истон был загородным поместьем, которое Анджела унаследовала от деда. Поскольку владения ее мужа находились далеко от этой усадьбы, супруги виделись нечасто, что не было столь уж необычно в высшем свете. Как и многие другие браки, основанные исключительно на финансовых и иных практических соображениях, их союз со временем превратился в нечто, пропитанное натянутой вежливостью и холодным равнодушием друг к другу.
— Что ж, в таком случае решено, — весело произнесла Анджела, хотя в эту секунду напряженно размышляла над тем, каким образом можно было бы нарушить «уют» предстоящего сборища. Выходные дни на природе неизменно означали отчаянный флирт. И хотя ей не хотелось предвзято судить о намерениях Кита Брэддока в отношении Присуиллы, а также о собственных порывах в краткие минуты, проведенные с ним наедине, было бы гораздо спокойнее, если бы рядом с ней там оказалось еще несколько человек.
— Скажи, — осторожно предложила она Присцилле, — а не пригласить ли мне еще несколько гостей твоего возраста, чтобы вам с господином Брэддоком не было там слишком скучно?
Шелковые фиалки на соломенной шляпке Присциллы возмущенно подпрыгнули, блеснув на солнце.
— Только, ради Бога, не вздумай пригласить Гарриетту Вилье, Фанни Фрэмптон или кого-нибудь еще из этих дебютанток, — с жаром произнесла она. — Они все до одной — вертихвостки. Всем известно, что Фанни румянится, а про Гарриетту даже ее собственная тетушка говорит, что она шустра не в меру. Взгляните хотя бы на Сеси-ли: на вид — сама невинность, а на вечеринке у лорда Олбмарла затащила Кита в оранжерею, так я его буквально вырвала из ее щупалец. И я вовсе не хочу, чтобы все эти маленькие шлюшки снова увивались вокруг него.
— Господи, да откуда ты набралась таких выражений? — сделала ей замечание мать. — Что подумает о тебе Кит, когда услышит, что ты разговариваешь, как какая-нибудь простолюдинка?
Анджела понимала, что Кита Брэддока трудно поддеть на крючок. Спокойствие и невозмутимость, судя по всему, были его жизненным принципом. Однако, учитывая антипатию Присциллы в отношении соперниц, графиня предложила:
—
— Смотрите, «Дезире» впереди!
И хотя ее палец показывал всего лишь на крохотный силуэт парусника, появившийся далеко к востоку от Коуза, она была не единственной, кто заметил яхту. Компания принца, расположившаяся у самых перил ограждения палубы, взорвалась возгласами ликования.
— Принц Уэльский просто обожает Кита, — Прис-цилла выговаривала каждое слово с нескрываемым самодовольством, как если бы дружба Кита Брэддока с принцем была просто еще одним свидетельством ее собственного обаяния.
— Кит всегда находится подле принца, — гордо добавила Шарлотта.
— В таком случае он, должно быть, умеет развеселить любую компанию, — отметила Анджела, переведя взгляд с гоночных яхт на своих спутниц. Она знала, что Берти не выносит скуки.
— О, Кит такой милашка, такой забавннк! Он кого угодно рассмешит, хоть самого папу римского.
«В их глазах это достоинство едва ли не самое главное», — не без иронии подумала Анджела. Арнольд Пемброук отличался нравом тяжелым и властным, к тому же начисто был лишен чувства юмора.
— А еще Кит помогает его королевскому высочеству со скаковыми лошадьми, — торопливо добавила Присцил-ла. — Они вместе побывали в Ньюмаркете.
— Ты разве не слышала, что он помог на прошлой неделе команде Нолтона выиграть чемпионат в Хэрлинге-ме? — подхватила новую тему Шарлотта.
— То-то, должно быть, у Чарли радости было, — усмехнулась Анджела. Однако, представив себе Кита Брэд-дока во время игры в поло, скачущего во весь опор, рискуя свернуть себе шею, она неожиданно почувствовала странное беспокойство. Графиня почти наяву ощутила его безудержную страсть и силу. — Не забудь же прислать мне список имен, — нервно напомнила она Присцилле, — и чем раньше, тем лучше. — Толпа гостей должна была помочь ей уберечься от безрассудства.
— У меня есть блестящая идея! — радостно объявила Шарлотта. — Почему бы нам сегодня вечером не прихватить с собой Кита Брэддока на ужин в Иден-хаус?
— Браво, maman! — восторженно вскричала При-сцилла, одновременно одарив Анджелу одной из своих самых обворожительных улыбок. — Анджела, у тебя всегда такне великолепные ужины, и люди на них собираются самые лучшие — самые избранные! Ну пожалуйста, скажи, что можно!
В это время практически все зрители и болельщики стояли у перил, наблюдая за тем, как «Дезире» неудержимо приближается к финишу, оставив французскую яхту далеко позади. Что же касается итальянцев, то их вообще еще не было видно. Только Шарлотта и Присцилла казались абсолютно спокойными в этой атмосфере дикого возбуждения. Глядя на изящные, стремительные очертания яхты, легко разрезающей морские волны, Анджела сознавала, что сейчас не может отказать им в этой просьбе, даже если бы желала этого. И согласие, уже готовое вырваться, было продиктовано не только вежливостью по отношению к хорошим знакомым. С высокой палубы, где собрались возбужденные зрители, было хорошо видно мускулистое тело Кита, помогавшего экипажу управляться с парусами. Его обнаженный торс, орошенный морскими брызгами, блестел, будто смазанный оливковым маслом, подобно телу гладиатора, вышедшего на арену. Вид крепкой разгоряченной плоти волновал, заставляя забыть обо всем на свете.