Леди-бунтарка

Осборн Мэгги

– Вы хотите сказать, что Бо Билли Морган и теперь бывает в Лондоне?

– Вы, конечно же, обратили внимание, о чем пишут лондонские газеты, миледи. Кто-то намеренно нагнетает страсти… На прошлой неделе повесили Черного Рейфа, известного пирата. Газеты пишут, десять тысяч человек пришли полюбоваться на казнь. И народ жаждет новой крови. – Месье нахмурился и проворчал: – Имя Бо Билли тоже упоминалось.

– Господь всемогущий! – У Кэтрин подогнулись колени, и она рухнула в кресло. Лицо ее стало белым как полотно. – Если Уильям появится в Лондоне, его

повесят.

– Да, миледи. Но он скорее сам отправится прямехонько в королевскую тюрьму, чем позволит, чтобы хотя бы один волосок упал с головы Блузетт. Если Морган узнает, что ее похитили и будут держать в заточении, пока он не явится к воротам Ньюгейтской тюрьмы, он не станет долго раздумывать.

– Если похититель достаточно умен, Уильям, должно быть, уже на пути в Лондон.

Месье закрыл ладонями лицо.

– Мы тоже так думаем, миледи.

– Кто-то следил за ней?! – взревел Томас. – И я только сейчас впервые об этом слышу?! – Его кулак с треском обрушился на крышку бюро.

– Она просила…

– А вы бы прогулялись в голом виде по Лондону, если бы она попросила? Силы небесные! О чем вы только думали? Следовало немедленно поставить меня в известность!

Герцог шагнул к окну, отдернул портьеру и посмотрел вниз. Под окнами клубился туман. Где-то там, под покровом тумана, томилась Блузетт. Одна, в лапах каких-то мерзавцев.

– Что ж, ладно, – сказал он, возвращаясь к бюро. – Мы сошлись на том, что Блузетт скорее всего похищена. – Осушив бокал портвейна, Томас закурил сигару. – Давайте рассуждать дальше. Если бы у нее была возможность освободиться, она бы это сделала. Так кто же похитил ее? Мистера Джеймисона мы исключили.

«Может быть, здесь замешан кто-то с вашего судна?» – показал знаками немой страж. Лицо его исказилось от гнева, и он в отчаянии сжимал и разжимал кулаки.

– Возможно, – кивнул Томас, – хотя едва ли.

Руки Моутона снова пришли в движение, и он жестами показал: «Ведь ваша команда знала, что Блу – дочь Бо Билли Моргана».

– Но никто на борту «Уильяма Портера» не знал, что Блузетт направлялась к леди Паджет, – возразил Томас, в волнении расхаживая по комнате. – Даже я этого не знал.

– Да, верно, – сказал Месье. – Ваши матросы, должно быть, подумали, что она направляется в какой-нибудь лондонский бордель.

Томас выпустил к потолку клубы сигарного дыма.

– Думаю, мы можем исключить моих людей. Они ничего не знали о намерениях Блу, да и вряд ли кто-либо из них случайно столкнулся бы с ней потом.

– Но кто-то узнал ее или сумел выяснить, кто она такая, – заметил Месье. – Может, кто-то с Морганз-Маунд?

«Нет. Только не с Морганз-Маунд, – возразил Моутон. – Мы бы знали об этом».

– Кем бы ни был похититель, он прекрасно знал, что мы станем ее искать, – продолжал Томас. – И он должен был подготовить место, где собирался ее держать. Можно долго гадать, кто похитил Блу, и как именно, но это никуда нас не приведет. Давайте лучше подумаем о том, что теперь предпримет похититель.

– Если

наши предположения верны, Бо Билли уже направляется в Лондон, – сказал Месье. – Видите ли, он предполагал, что такое может случиться. Боже, мы с ним об этом говорили.

Томас вспомнил о своей беседе с Билли Морганом накануне отплытия с острова.

– Когда впервые вы заметили слежку, Моутон? – Гигант ответил, и Томас, нахмурившись, пробормотал: – Что ж, теперь понятно. За Блу начали следить, когда из Лондона отплыл корабль на Морганз-Маунд. Вероятно, им не было нужды похищать девушку раньше. Ее пришлось бы где-то держать долгие недели, а может быть, и месяцы.

Месье протер стекла очков и вновь заговорил:

– Когда Бо Билли прибудет в Лондон, он потребует доказательств, что Блу находится у них в руках. Только после этого он отправится сдаваться властям.

– Тысяча чертей! – вскричал Томас. – Ведь я предупреждал Бо Билли об опасности. И надо же такому случиться, что Моргана толкают к виселице именно сейчас, когда он давным-давно отошел от дел. К сожалению, у нас остается слишком мало времени. Но если мы все же найдем Блузетт до того, как корабль Бо Билли причалит к берегу, то нам удастся спасти Моргана от виселицы.

Моутон и Месье переглянулись и недоверчиво посмотрели на герцога.

– Бо Билли уже не спасти, ваша светлость, – со вздохом проговорил Месье. – Но мы должны во что бы то ни стало найти Блузетт. Ведь ей наверняка перережут горло, после того как она станет им уже не нужна.

Ножка бокала хрустнула у герцога в руке, и по столу расползлось красное пятно. Если они посмеют тронуть Блу… Без Блузетт Морган ему незачем жить на этом свете. Он убьет любого, кто осмелится прикоснуться к ней. Томас в ярости сжал кулаки и, проклиная собственное бессилие, выбежал из библиотеки.

В темнице Блу не было окон, но когда девушка очнулась, ей показалось, что уже наступило утро. Ужасно болела голова и перед глазами словно стояла пелена. Блу приподнялась на узкой койке и протерла глаза. Затем спустила ноги на пол и осмотрелась.

Ее новое обиталище тоже оказалось подвалом. И похоже, что ее здесь ждали. Темницу тщательно подготовили к появлению пленницы. И кто-то недавно здесь побывал: на перевернутом ящике рядом с койкой горела совсем новая свеча. Блу заметила лохань с водой для умывания, а также гребень и щетку для волос. Подняв над головой свечу, она подошла к дальней стене. Невысокая лестница вела к двери. Блузетт поднялась по ступеням и подергала за ручку. Конечно же, дверь оказалась заперта.

Было совершенно очевидно, что ее собирались держать здесь какое-то время. Сделав этот вывод, Блузетт снова осмотрела свою новую тюрьму в поисках хоть какого-нибудь предмета, который мог бы послужить оружием. Но поиски оказались тщетными. Видимо, похититель знал, с кем имеет дело. Рядом с лоханью Блу нашла миску с едой и ложку, но ни ножа, ни вилки ей не оставили. Даже миска, ложка и бокал для вина были из дерева.