Леди

Шумыло Анасия

Наша встреча была предсказана судьбой

Я хочу, чтобы ты осталась со мной...

Странно, но эту песню я уже слышала. Теперь она звучала очень торжественно. Оказалось - связывала нас. Меня будто что-то толкнуло ответить ему:

– Я хочу принадлежать только тебе, готова идти за тобой до конца. Я просто хочу, чтобы наши сердца бились в одном ритме. С тобой мне хочется быть лучше, и улыбаться, даже засыпая. Рядом с тобой я чувствую себя самой любимой, самой спокойной и самой желанной. Хочу с тобой читать, взрослеть, сопереживать, творить, строить, планировать, тратить, экономить,

воспитывать детей, править и быть на поле боя вместе. Все делать вместе. Ты знаешь, я хочу от тебя сына, с такой же улыбкой милой. Чтобы во всем был похож на папу, и любил меня с такою же силой. Я хочу, что бы первое слово в этой жизни сказал он 'папа'. Очень хочется сделать приятно, чтобы ты потом хвастался брату. Я хочу наблюдать за вами, как ты часто дурачишься с сыном. Я хочу видеть, как ты учишь его и читать гордость за него в твоих зеленых глазах. Я боюсь новой боли, и непонимания. Я хочу быть с тобой,- я смотрела ему в глаза боясь моргнуть или отвести взгляд в сторону.

– Я, Ярослав Альвикер Лисовский. Повелитель Шеасса, планеты Траумваль беру в жены Анну Ламер, отныне и на века, с этого часа и в следующей жизни, - вокруг нас начали собираться листья с Великого Дерева.

– Я, Анна Ламер, беру в мужья Ярослава Альвикер Лисовского отныне и навека, с этого часа и в следующей жизни,- листья Великого Дерева вокруг нас начали пульсировать и проникать в наши тела, разнося тепло и одновременно с этим собираясь на запястьях. С каждым таким листочком на руках появлялся символ.

– Верность, любовь, доверие, дружба, вечность,- читал каждый из этих знаков Ярослав, стоило последнему листику впитаться в наши тела, как мой муж потянулся ко мне.

Ярослав взял в ладони мое лицо и нежно-нежно поцеловал, от чего по телу пронеслась дрожь возбуждения.

– Анна, я безумно тебя люблю. И можешь меня убить за то, что я конкретный влюбленный дурак, совершенно теряющий голову от тебя. Анна, я...

– Заткнись,- и где только эта смелость появилась или может, я просто не знала этой стороны своей натуры, но!

Я поддалась вперед и повалила мужчину на спину. Прикоснулась к его губам в нежном поцелуе, ладонями провела по горячей коже Ярослава. Мужчина со стоном притянул меня к себе и перекатился, теперь нависая надо мной. А дальше было безумство наших губ и рук, безумство тел и движений. Нежная феерия любви и страсти, когда твое сознание рассыпается на мириады звезд, которые вспыхивают, как искры и не могут собраться назад. Наш шепот признаний и громкие крики удовольствия, казалось, разносятся по всей вселенной. Когда эта феерия закончилась, мы лежали, крепко обнявшись, переплетя руки, ноги, волосы и даже души, а на нас медленно осыпались листочки с Великого Дерева.

– Прости, что был настолько глуп,- прошептал Ярослав.

– Я тебя еще "поубиваю" немного, а потом прощу, -улыбаясь проговорила.

– Хорошо, - еще крепче прижал меня к себе Ярослав.

Великое Дерево... Странное место. Здесь не хочешь ни есть, ни пить, так же напрочь отсутствует чувство времени. Сколько мы пробыли под сенью Дерева, предаваясь любви и счастью, только ему и известно, а выбравшись, застали интересную картину.

На поляне перед деревом были натянуты несколько

шатров. От них шел одуряющий запах готовящейся пищи. Мы переглянулись и я смутилась. Мне-то было чем прикрыться. Как ни крути, а волосы длинные. А вот Ярослав щеголял своей обнаженной красотой. Из-за одного из шатров выглянуло личико Лины, и она округлившимися глазами посмотрела на нас.

– Туда,- ткнула пальцем в соседний шатер. Мы направились в него.

Сам шатер был поделен на две части. Я не задумываясь зашла в левую. Посмотрела по сторонам и, хихикнув, вышла.

– Твоя половина с другой стороны,- улыбнулась Ярославу.

– Да, уже понял,- он нежно поцеловал меня,- прекрасное платье.

И только после этих слов я осмотрелась и увидела свое свадебное платье.

– Для тебя выбирала,- хитро посмотрела на мужчину.

– Я уже хочу увидеть тебя в нем, моя Повелительница, но оставляю тебя наедине с этим нарядом,- он поклонился и поцеловал мне руку, потом вышел.

Я осмотрелась и увидела наполненную горячей водой ванную, в которую сразу забралась, довольно вздохнув.

– Анна,- позвал Ярослав.

– Да,- я плеснула воду себе на грудь и услышала тихий плеск с той стороны.

– Мы сейчас прилетим в город и приземлимся на центральной площади, от которой должны будем пройти ко дворцу, где я представлю тебе нашему народу.

– Это обязательно?- я вдруг испугалась.

– Обязательно,- ответила Ясения, вместо Ярослава, заходя в мою часть шатра.

– Ясения,- улыбнулась сестре.

– Кто же еще, - хмыкнула она,- поможет тебе надеть эту красоту,- и она махнула рукой на платье.

– Давно вы здесь?- снова послышался голос Ярослава. По официальному тону я поняла, что он обращался к моей сестре.

– Уже три дня.

– Ого,- удивилась я, выбравшись из ванной, сестра сразу же завернула меня в большую простынь. Как в детстве.

– Повелитель,- с другой стороны шатра я услышала голос Зеда,- брат, мы все подготовили для празднования вашей свадьбы. Горожане ждут только вас.

– Лекс,- окликнула я мужчину,- не нужно заставлять людей ждать, мы сегодня же будем перед нашим народом,- сообщила ему, как истинная Повелительница. Ясения одобрительно кивнула и приступила к моему макияжу.

– Слушаюсь, моя госпожа!
– Руководитель Тайной Службы Повелителя Шеасса, мой бывший начальник, назвал меня госпожей?

– Прибью!- пригрозила.

– Как скажете, госпожа,- и он громко рассмеялся.

– Лекс, что вы сделали с Селеной?- услышала я Ярослава, а сама напряглась. Уж больно голос его был холоден.

– Она в ожидании решения суда.

– А мне можно узнать, почему любовницу судят?- спросила я. Ясения в это время делала мне прическу.

– Она обвиняется в шпионаже на пользу людей,- сообщил Ярослав, а я присвистнула.

– Ну и поделом,- подвела итог сестра.- Ярослав, если уже оделся, марш на улицу,- приказала она, и мы услышали, как хлопнула на ветру ткань шатра.- Надевай нижнее белье,- улыбнулась сестра, подталкивая меня за ширму.

Зайдя за нее, я увидела кружевное нечто, которое можно было назвать бельем. Трусики и чулки заняли свои места, а вот лиф под платье не предполагалось надевать.