Ледяной ад
Шрифт:
Косясь одним глазом на загадочную жидкость, плескавшуюся за иллюминатором, Драй поглядел вторым на пилота:
– Ли, поднимите корабль миль на десять и летите на этой высоте. Все равно куда.
Тот молча выполнил приказ. Хотя Ли выбрал не самую короткую дорогу к океану, скорость корабля даже в атмосфере позволила им добраться до пресловутой «равнины» за несколько минут - ни один из них за все предыдущие двадцать саррианских лет не рискнул бы приближаться к ней так близко. Босс молча указал вниз, и вскоре они висели в нескольких сотнях футов над волнами. Драй долго смотрел
– Достаньте образец.
Ученый на мгновение задумался, затем отыскал тот самый автоклав, в который собирал на Марсе образцы, выкачал из него воздух и закрыл клапан. Снова надев скафандр, он вышел в шлюз, предупредив Ли, чтобы тот непременно держал корабль на одной и той же высоте. Затем Кен прикрепил один трос к самому автоклаву, а другой - к рукоятке клапана, после чего открыл внешнюю дверь и стал опускать прибор до тех пор, пока уменьшившийся вес не сказал ему, что тот погрузился в воду. Он потянул за второй трос, подождал немного, вытащил наверх заполненный автоклав, снова закрыл клапан, а потом и внешнюю дверь шлюза.
Естественно, автоклав взорвался, прежде чем сера перестала конденсироваться на его поверхности. Кен только порадовался, что так и не снял скафандра, - осколки звонко ударили по металлу. Подумав немного, он предпринял новую попытку. На сей раз он опустил вниз маленькую стекленную губку, надеясь, что эта жидкость станет подниматься по капиллярам. Губку он положил в другой автоклав, после чего определил молекулярный вес вещества тем же методом, что и при высадке на Марс. Вес этот оказался немного больше, чем в первый раз, но ему удалось обнаружить на губке отложения солей, и он сделал поправку на них. На сей раз результат не оставлял сомнений в том, что это и впрямь оксид водорода.
Некоторое время Кен смотрел на волнистую голубую поверхность, пытаясь представить, какая под ней кроется глубина и насколько эта жидкость может быть важна для экологии Ледяной планеты. Затем он повернулся, выбрался из скафандра (после взрыва он предпочел не снимать его до самого конца эксперимента) и пошел докладывать Драю о результатах.
Тот молча выслушал его, явно еще не оправившись от потрясения, вызванного опровержением всех его прежних представлений. Он долго не произносил ни слова, пока наконец не принял решение:
– Летим на Первую, Ли. Мне надо подумать.
Кен и Фет переглянулись, из-за всех сил стараясь скрыть свое веселье.
20
– Ну что ж, с этим ты покончил, - Фет опять был мрачен.
– В каком смысле?
– не понял Кен. Для вида они оба сейчас занимались проверкой работы холодильных установок в вегетационных камерах.
– Я много лет трудился, поддерживая этот миф о равнинах, хотя прекрасно понимал, что это не более чем теория. Вот только для Драя такие вещи совсем не очевидны. Я делал все, что мог, чтобы свести к минимуму поставки тафака.
– Но так, чтобы совсем они не прекратились, - недружелюбно перебил его Кен.
– Верно. А теперь ты уничтожил ту легенду, которая только и удерживала от его исследования планеты, да еще и дал ему средство получить
– Я бы так не сказал. Ты видел, в каком состоянии был Драй, когда выходил из корабля.
– Да, конечно, он жалеет о напрасно потраченном времени и Деньгах. Это продлится недолго - он проведет в прострации максимум несколько дней. А потом…
Все то время, пока техник предавался мрачным рассуждениям, мозги Кена отчаянно работали. Теперь он перебил техника:
– А потом будет уже поздно. Фет, тебе придется сейчас довериться мне. Я обещаю, ты не останешься без своей дозы. Мне сейчас надо будет поработать в шлюзе примерно пару часов. Ли все еще на борту. Я хочу, чтобы ты отыскал его и занял его чем-нибудь хотя бы на это время. Мне нужно, чтобы он не видел, чем я занимаюсь. Ты знаешь его дольше меня, так что сам придумай, как отвлечь его внимание. Только не убивай его, он нам еще понадобится.
Некоторое время Фет смотрел на ученого с явным сомнением. Кен благоразумно не стал продолжать, оставив техника бороться с совершенно естественным страхом. Он был рад, но не слишком удивлен, когда тот в конце концов пробурчал: «Ладно», и отправился в рубку управления. Кен еще немного подождал. Уверившись, что ему сейчас не помешают, он закрыл внутреннюю дверь шлюза, надел обычный скафандр и принялся за работу. Ему было немного жаль, что придется пожертвовать несколькими живыми экземплярами растений, но он утешил себя тем, что позже наверняка удастся легко раздобыть новые. Кроме того, в камере, которой он собирался сейчас воспользоваться, было не так уж много растений - пожар начался прежде, чем дети успели толком ею заняться. Это было не случайностью, а заранее продуманным решением - выбирать один из контейнеров ему нужно было не сейчас, а еще до того, как он покинул планету.
Между тем находившийся в рубке управления Фет довольно легко справился со своей задачей. Он не был особенно дружен с пилотом, но хотя бы не испытывал к нему такой горячей ненависти, как к его боссу. Ли тоже не отличался щепетильностью, и в прошлом это не раз проявлялось - но, по крайней мере, Фет не знал о нем ничего такого, что вызвало бы у него чувство омерзения. Как следствие, нельзя было усмотреть ничего странного в том, что техник заглянул в рубку немного поболтать. Пилот читал, что было обычным его занятием в свободное время; он спросил, где Кен, и техник ответил, то тот возится в шлюзе со своим сеном.
– И что он вечно использует шлюз как лабораторию?
– недовольно заметил пилот.
– Я уже говорил ему так не делать. У него есть лаборатория на станции, так почему он не может перетащить их туда?
– Думаю, он рассчитывает в случае неполадок с рефрижератором откачать из шлюза воздух и таким образом дать образцам шанс дожить до окончания ремонта, - ответил Фет.
– Хотя на самом деле имеет смысл спросить его самого. Меня это все не беспокоит: нас на борту всего трое, а ящики не настолько велики, чтобы в случае неполадок со здешней техникой через них оказалось трудно перебраться.