Ледяные объятия
Шрифт:
– Пошли. Куда ты там шла.
Его звали Макс Анциферов, он учился на последнем курсе математического факультета и работал программистом в бурно развивающемся стартапе. Его профиль с длинным тонким носом, худая шея с выдающимся кадыком, сутулая спина и неуклюжая походка не казались ей ни красивыми, ни привлекательными. Высокий, нескладный подросток – да и только! Слишком умный, слишком странный. Но когда он начал рассказывать о своём детстве, родном Алматы, высоких, покрытых снегом горах и бескрайних степях Казахстана, Света пропала. Она чувствовала жаркий ветер на лице и аромат сочных дынь, тающих на губах, собственными глазами видела
Они бесцельно гуляли по студенческому городку до середины ночи, и Свете не хотелось ни спать, ни есть. На следующее утро она сидела в аудитории с лёгкой и пустой головой, расслабленная, равнодушная даже к будущей оценке. Света механически оттараторила Льву Фадеевичу всё, что знала, без дрожи в голосе ответила на все каверзные вопросы и, получив зачётку, даже не взглянула на заслуженную пятёрку.
– Ну как?
Выплыв из аудитории, Света вздрогнула от неожиданного вопроса, раздавшегося за спиной. Макс стоял, прислонившись к стене: руки в карманах джинсов, волосы заправлены за уши, взгляд исподлобья, голос с хрипотцой. Сердце подпрыгнуло в груди от неожиданного впрыска адреналина. Он ждал её!
Света ощутила покалывание в губах, как будто сделала глоток шампанского, и тут же закружилась голова.
– Пятёрка.
Эйфория придала ей смелости. Она подошла к Максу и взяла его за руку. В этот момент ей казалось, что она готова пойти с ним на край света, и, если бы он повёл её в свою комнату, раздел и уложил на кровать, она бы с радостью подчинилась. Но Макс лишь улыбнулся уголками губ и предложил угостить её самым вкусным пирожным, которое продавали в университетской столовой.
Они встречались каждый день после занятий в университете, и скоро Света поняла, что с утра до ночи думает только о Максе. Ей стало всё равно, какие оценки она получает на зачётах и экзаменах, экономика уплывала от неё в туманные дали, стоило только возникнуть образу черноволосого парня. По ночам, ворочаясь в постели, она спрашивала себя, почему у них до сих пор нет секса? Макс старше её, наверняка опытнее. И он мужчина. Из рассказов студенток она сделала вывод, что всей сильной половине человечества во все времена нужно только одно – женское тело. «Может, я ему не нравлюсь? Что же делать? Как узнать? Может, спросить у Жанны?»
Выслушав вопрос, Жанна сделала круглые глаза:
– Ты до сих пор не спала с ним? Какой ужас! Он же бросит тебя при первой возможности. Слушай, в нём что-то есть. Если не поторопишься, я его у тебя уведу!
Света обиделась, но не подала виду. Жанна всегда сыпала остротами, никогда ничего не приукрашивала, но если что-то советовала, то говорила дело.
– Да ладно, шучу. Он слишком тощий. Одно могу сказать: поскорее выпрыгивай из трусиков.
На вечеринку по поводу окончания первого курса Света пришла с Максом. Он явно неловко себя чувствовал среди быстро опьяневшего молодняка, устроившего весёлый пикник на закате прямо посреди футбольного поля. Сидел поодаль, обнимая ладонями всё не заканчивающуюся бутылку пива. Света разрывалась между ним и одногруппниками. Ей хотелось, чтобы Макс влился в компанию и все бы оценили, какой он начитанный, остроумный, взрослый. Но ничего не получалось.
Отлучившись в туалет, Света и представить не могла, какую картину застанет, когда вернётся.
Почти стемнело, но крики и смех разносились далеко вокруг места попойки.
Сердце Светы подскочило к горлу и тут же ухнуло куда-то в желудок. Колени мелко затряслись. Она почувствовала непреодолимое желание развернуться и убежать. «Сбегу сейчас, и всё будет кончено». Непонятно откуда взявшаяся злость горячей волной прошлась по телу и заставила щёки пылать. Света решительно направилась вперёд и рявкнула:
– Убери от него руки!
Жанна захихикала и пьяно пролепетала:
– Я же говорила, что уведу его.
– Это мы ещё посмотрим. Предательница!
– Идите оба к чёрту! Не умеете развлекаться.
Неровной походкой раздосадованная Жанна вернулась к остальной компании.
– Что у тебя с ней? – спросила Света у Макса.
– Ничего.
– Почему она тебя обнимала?
– Немного перебрала. Не обращай внимания. Я её не обнимал.
– Если ты… если хочешь… можешь идти к ней.
Макс удивлённо вскинул бровь и, кажется, даже криво усмехнулся. Потом сделал глубокий вдох, оглянулся по сторонам и тихо спросил:
– Можно тебя обнять? Тебя, не её.
Света не протестовала. Почувствовав тёплые руки на спине и уткнувшись носом в его грудь, она моментально обмякла. Мысли разбежались в разные стороны, но кровь всё ещё стучала в висках. Она подняла голову и заглянула ему в лицо. В темноте глаз было почти не различить, но ей показалось, что из них струится мягкое обволакивающее сияние.
– Пойдём к тебе, – сказала Света, и он в ответ так сильно сжал её в объятиях, что перехватило дыхание.
Ноги несли её вперёд, словно подчиняясь чужой воле. Всё, чего она хотела, – остаться с ним наедине. Пусть потом она пожалеет, пусть её сердце разобьётся на тысячу осколков, тело не слушалось разума.
В крошечной комнатке, где Макс, как старшекурсник, жил один, Света, не зажигая лампы, стянула с себя одежду. Не думать, не решать, не сомневаться. Просто отдаться вспыхнувшему желанию, хотя бы раз в жизни отключить мозг, уступить, расслабиться. Тело вдруг стало чужим, руки и ноги не гнулись, и только в животе пульсировало что-то горячее, влажное, требовательное. Она замерла, не зная, что делать дальше, зажмурилась. Провалиться бы сквозь землю, оказаться где-нибудь в спасительном, безопасном одиночестве, исчезнуть! И тут же почувствовала близость Макса.
– Ты светишься в темноте. Я никогда не видел ничего красивее. Не бойся, – прошептал он и нежно прижал к себе.
Света выдохнула и обвила Макса руками в ответ.
Он стал её первым мужчиной: робким и страстным одновременно. В тот день Света поняла, что любовь – не для принцесс. Чувство, которое способно так выжигать душу и тело, может вынести только сильный человек.
Они гуляли, ходили в кино, иногда просто садились на электричку и ехали в самый дальний конец железнодорожной ветки, молча, держа друг друга за руку и глядя, как за окном мелькают жёлтые деревья, незнакомые станции, крохотные озерца.