Легион выродков
Шрифт:
А у меня сейчас ситуация ровно наоборот. Мало того, что я с хубом разговаривал всего лишь однажды, так еще и разговор этот положительным назвать трудно. Да уж, Эрик прав, хочешь не хочешь, а ноги в руки, дэ-ка шесть, и марш покорять сердце красавицы. Я бы, конечно, предпочел другую, но тут уж что выросло, то выросло. Командиру вовсе необязательно иметь хорошие отношения с пилотами, у него другие задачи, ресурсы и цели.
Ну, что ж, за неимением, а вернее, за невозможностью обладания королевой, то бишь командиром,
Видимо, что-то из этих мыслей отразилось на моем лице, поскольку Эрик расплылся в одной из своих фирменных улыбок.
– Ты, давай там по делу общайся, а то привезешь послезавтра нас куда-нить не туда.
– Туда-туда, – клятвенно заверил его я. – Как раз туда и привезу, можешь не волноваться.
– Ну-ну! – фыркнул Сванич. – Давай расскажешь потом, а то вдруг мне тоже захочется получить немного «инструктажа»?
– Ты уже получил, – я осмотрел свою новенькую форму на предмет наличия пятен после еды (всякое бывает, знаете ли), помятостей-потертостей и прочих мелочей, способных испортить имидж: к женщине иду как-никак. – С тебя хватит. Теперь очередь хороших парней.
– Иди, хороший парень, – расхохотался Сванич. – Придешь, расскажешь, – повторил он.
– Счас тебе, – оскалился я. – У нас, крейс-пилотов, с хубами отдельные разговоры, всяким опорникам знать не положено.
Так, задрав нос, сопровождаемый подначками Сванича, я и вышел в коридор. А хорошо, что этот Бабеж Миста нам коммуникаторы выдал уже с закачанными схемами корабля. А то в подобном муравейнике я бы точно заблудился.
Там более, в такой-то компании… Двух шагов не успел пройти.
– Привет, – свистнуло надо мной.
– Здрас-сьте, – машинально ответил я, судорожно соображая, что от меня может хотеть это насекомое.
– Прогуляться вышел? – поинтересовался высоченный богомол с лицом грустного ребенка.
А-а, вспомнил, этот, как его, огневик, тьфу, оружейник. Дада, социол. Надо же, запомнил.
– Ну, типа того, – состорожничал я.
Поймите меня правильно, еще несколько дней назад для меня и декрот был в новинку, а всяких инопланетников я большей частью наблюдал только в спецотчетах. Поэтому вселенский паноптикум, который вдруг начал меня окружать, несколько э-э-э… нервировал.
В коридорах жилого блока, куда все отправились сразу после инструктажа, закипела жизнь. Писки, шорохи, скрежет. Поминутно открывающиеся двери, несущиеся с разной скоростью существа. Мимо меня, едва не задев, проструилась какая-то змея. Я чуть не подпрыгнул на месте. Протопал какой-то здоровяк с клешнями, растущими из поясницы, прохлюпал чан со странным желе внутри. Прошло несколько гуманоидов.
– Поберегись, – справа, чудом не оторвав мне руку,
– И как? – свистнуло у меня над ухом.
Я повернулся и чуть не обделался от страха. Еще бы, в сантиметрах от моего носа висела уродливая пародия на человеческое лицо. Ужас.
– Что как? – мне пришлось очень сильно постараться, чтобы отшатнуться не сразу, а малость погодя.
– Как тебе у нас? – скорчил рожу социол. – Нравится?
– Как тебе сказать, – протянул я, – э-э, безумно.
– Правда? – он вроде бы даже обрадовался. – Это здорово. Подожди, ты еще поживешь и решишь остаться, на легионера подашь.
– Нет, спасибо, – меня передернуло. – У меня, понимаешь, еще других дел дома полно.
Ага, защищать свой дом от таких, как ты, и твоих друзей, например. И, конечно, вы будете нас убивать без всякой злобы. Просто у вас контракты не обсуждаются, и точка. Поэтому ты с такой же грустной рожей станешь рассматривать в прицел наши корабли. Угу, жди, останусь я с вами.
– Вот увидишь, – пообещал Дада. – Тебе понравится.
Вышло угрожающе.
– Хорошо, – согласился я, чтобы от него отвязаться. – Понравится – останусь.
– Точно, – скривился Дада. Надо полагать, это он так выражает радость. – А пока не хочешь до бара пройтись? Посидим, с народом пообщаемся. Всем же интересно, кто вы, откуда и как вы оказались у нас?
Вот ни хрена это неинтересно! Интересующиеся нашлись, тоже мне. Цирк, что ли, тут галактический?
– Э-э, ты знаешь, в другой раз как-нибудь, – я начал потихоньку отползать в сторону. – У меня еще дела есть.
– Да? – широко улыбнулся социол. – Жаль.
Я как-то запутался: у него что, вся мимика ровно наоборот по сравнению с человеческой? Чего он лыбится на слове «жаль»?
– Потому что сегодня последний день, когда можно выпить, – доверительно сообщил Дада. – С завтрашнего дня никаких релаксирующих материалов и процедур. Сухой закон, как его командоре называет.
– А-а, – сочувственно покивал я, внутренне обрадовавшись. Вот и ладушки, что пить нельзя, не хватало мне брататься со всякой нечистью. – Ну, я пойду.
И тут же вспомнил.
– Оп, подожди.
Социол с готовностью повернулся, всей своей скривившейся, словно от отвращения, рожей демонстрируя готовность помочь.
– Да?
– Как мне найти хуба?
– Иллу? – казалось, Дада вот-вот расплачется. Надо думать, это означало высшую степень радости. – Так она у себя.
– Спасибо, – стараясь не злиться, поблагодарил его я. – А «у себя» – это где?
– Давай коммуникатор. – Вот тут-то я и понял, что если бы мы со Сваничем полезли в драку там, в старт-каюте, то ни одного шанса у нас бы не было.