Лекарь
Шрифт:
Выглянув в окно, я с удивлением обнаружил на пепелище села Борка несколько свежих построек. То ли враги убили не всех жителей, кому-то удалось спрятаться или убежать, то ли пришли новые поселенцы, которым эта местность показалась привлекательной. Выяснять это было некогда, но новые подданные точно не помешают. Земля это моя, осталось только замок построить, или хоть дом господский.
Экипаж нёс нас в столицу, а вокруг видны были многочисленные следы войны. Чаще всего попадались повешенные. Это были мародёры, пойманные солдатами королевской армии, дезертиры, бежавшие и от них и от нас, просто пленные, которых сочли неразумным ставить на довольствие. За полдня насчитал почти сотню, на мой взгляд,
Попадались и нищие, просящие хлеба. Места здесь богатые и плодородные, но огромная армия, словно саранча, сожрала все запасы, а солдаты, не помещаясь в дороги, вытаптывали поля, далеко не на всех из которых успели собрать урожай. Нам было дорого время, но однажды я приказал остановиться. Группа детей в возрасте от пяти до десяти лет, оборванных и грязных, вышла на дорогу. Понять, что им нужно, было несложно. Все они, а было их одиннадцать человек, находились в состоянии, близком к дистрофии, ели они последний раз явно не сегодня.
Я раздал им небольшой запас сухарей, мясо давать побоялся, могут после голодовки отравиться. Отдал также и запас овса, который приготовили для лошадей. Нам столько не нужно, а лошадей мы будем регулярно менять. Обрадовало, что добычу разделили поровну, никто из старших ничего не отбирал у малышей. Я задумался, а Оскар напомнил мне, что пора в дорогу.
— Мне жалко их.
— Мне тоже, но что мы можем?
— На крышу только посадить, — добавил Ян.
Я посмотрел на крышу и кивнул. Крыша экипажа была приспособлена под багаж, там был небольшой бортик, позволяющий не упасть. Детей дважды просить не было нужно, они бодро полезли наверх, а тем, кто не имел на это сил, помогали другие. Только старшие побежали в лес, а уже минут через пять вернулись, каждый нёс на руках маленькую, лет трёх девочку. Детский сад, таким образом, увеличился до тринадцати человек, но места хватило всем.
— Куда мы их? — спросил Оскар, когда мы снова тронулись в путь.
— До почтовой станции, — ответил я, — там точно есть еда, им не дадут умереть, а на обратном пути заберу с собой. Моё поместье в последнее время сильно обезлюдело.
Так мы и поступили, пока нам меняли лошадей, я привёл начальника станции и, показав на детей, приказал:
— Накормить, отмыть, одеть, потом дать работу по силам, на обратном пути, через пару недель я их заберу, если кто-то погибнет, спрос будет с тебя. Станционный смотритель активно закивал и бросился отдавать распоряжения. Так, одной проблемой меньше. А свежие лошади уже были готовы. Вместо уставшего Яна, управлять ими сел Хорват, который, хоть и испытывал к лошадям некоторую предубеждённость, но управлять ими мог. Ели мы на ходу, а спали по очереди. Не стоит заставлять короля ждать.
Больше в пути нас ничего не встретило, со временем выехали в более обжитые места, которые война обошла стороной. Здесь всё пошло гораздо веселее, один раз даже заехали на постоялый двор, чтобы поесть горячей пищи, да (как без этого) выпить всё того же эля.
Несколько дней спустя на горизонте показались стены стольного города. Тут всё было, как раньше, словно и не было никакой войны. Разве что обилие солдат на улицах. И благородные рыцари в сверкающих доспехах, что разъезжали по улицам на лошадях, и презренная пехота в ржавых кирасах с чужого плеча, которые осаждали кабаки и бордели. Я подозреваю, что выручка у всех этих заведений за последние пару месяцев была просто астрономической. Солдату после
Нас никто не задерживал, охрана на въезде даже не глянула в бумаги, моё лицо здесь уже примелькалось. Доктор Вольдемар? Значит, к королю, да по особо важным вопросам. Во дворце меня тоже приняли быстро. Только фраза «Его Величество неважно себя чувствует» насторожила. Король действительно был нездоров, а потому принял меня не в тронном зале, а в спальных покоях, лёжа в постели. К счастью, оказалось, что у него банальная простуда. Иммунитет у старика уже не тот, так что сопли, кашель, температура, — полный набор. С порога выдал ему жаропонижающее и антибиотик. Сопли у него зелёные, так что инфекция бактериальная, антибиотики будут кстати. Сделают работу, на которую изношенный организм уже не способен.
Процедуры не заняли много времени, и король слабым голосом произнёс:
— Так уж получилось, продуло ветром на реке. Хотел посмотреть на новые корабли, те, что без паруса и вёсел. Это чудо какое-то. Магия на такое не способна. Просто уголь или дрова. Много дыма и корабль идёт против течения.
— На них есть пушки?
— Да, конечно, по двенадцать с каждого борта.
— Немного. А что у противника?
— Послы уже прибыли, но я пока не принимал их. А в устье реки, на юге, стоит их флот. Большой флот, две сотни кораблей, а на них солдаты. Тоже наёмная пехота, вроде той, что мы встретили в битве.
— Сколько вмещает корабль?
— По-разному, обычно от пятидесяти до ста человек.
— Не меньше десяти тысяч. Я так понял, что они поднимутся по реке и высадятся уже здесь?
— Так, хотя нужно сперва с ними поговорить.
— Сумма велика?
— Десять миллионов талеров. Если разорить страну, то за пару лет я бы эту сумму выплатил. Если не хватит денег, можно дать торговые льготы, за которые они с радостью ухватятся. Но только…
— Это унизительно?
— Да, я король, королями были мои отец и дед, и теперь они, никогда никому не платившие за мир, смотрят на меня из загробного мира, смотрят и думают, сломаюсь я, или выстою.
— А, собственно, чего переживать? Разве не разгромили мы ещё большую армию Конрада.
— Армия понесла потери, часть пехоты разошлась, остальных очень накладно держать в готовности. Вряд ли сможем выставить больше семи тысяч. Не забывай и о том, что нам перекроют торговлю и начнут нападать на наши корабли.
— У кораблей есть замечательное свойство, они могут тонуть. Есть на реке узкие места?
— Есть, а что ты придумал?
— Выбрать самое узкое место и поставить там пушки по обоим берегам, они обстреляют флот и нанесут большие потери, каждый утопленный корабль — это сто убитых.
— Это толковый план, только вряд ли потери будут такими критичными. Да и что если они успеют высадиться?
— Прикроем их мушкетёрами, на одном берегу, а на другом прикрывать буду я, есть у меня одна штука.
— Я в тебе не сомневался, но попытка остановить отряд врага, хотя бы, в тысячу человек, будет неудачной, и тут вряд ли поможет какая-то штука.
— Увидим. Когда приём послов?
— Вот отлежусь ещё пару дней, не хочу, чтобы видели меня развалиной.
На этом аудиенция была окончена, я оставил таблетки, на вечер и завтрашнее утро. А сам отправился в выделенные мне покои. А там… ну, конечно, как же без неё. Алиса сидела и весело щебетала, когда снимала с меня верхнюю одежду. Она уже принесла ужин и вино, а теперь была готова к согреванию постели. Лучше Наталье сюда не попадать. Однако.