Лекарь
Шрифт:
Обстановка на кухне небогатая, где-то на грани с бедностью. Даже чайник и тот давнишний и с несколькими вмятинами на корпусе, но отчищенный и отдраенный. В доме чистота, все на своих местах, но как-то уныло, не за что глазу зацепиться и порадоваться. И это при том, что на улице совсем другая картина.
— Недавно тут живете? — спросил учительницу, заметив вышедшую серую кошку из-за печки.
— Третий год, дом от бабушки достался, — немного смущенно, пояснила Марианна. — Пуся, чего не подходишь? — обратилась она к насторожено смотрящей
Хозяйка дома пошла к холодильнику и достала трехлитровую банку с молоком, а потом стала искать кошкину миску. Хвостатая же с меня взгляда не сводит и медленно когти выпускает. Хм, чем-то я ей не приглянулся. Попытался установить ментальную связь, но ничего не получилось, Пуся не ответила, хотя и в удивлении села на задницу и даже мяукнула, но потом встрепенулась и за печку метнулась.
— Вот, опять убежала, — вздохнула географичка. — Никак не приучу, дикая и своенравная. Когда бабушку приехала хоронить, Пуся тут мелким комочком посреди кухни лежала. Тощая, еле живая, выходила ее, а она редко дозволяет себя погладить. Правда, замечала, что в кровать ко мне спать приходит. Но когда бы ни проснулась, ее нет, только вмятина на одеяле, да пара шерстинок.
— Характер, — покивал я головой и предположил: — Зато, думаю, проблем с мышами нет.
— Это да, на свою территорию она ни мышей, ни крыс не пускает, — подтвердила Марианна и сняла закипевший чайник с плиты.
Разлила чай по стаканам в старинных подстаканниках с вычурной росписью и поставила на стол сахарницу.
— Угощайся, а я пока реферат твой полистаю и пару вопросов задам, — сказала географичка.
Медленно пью чай, заварка так себе, покупная, средней паршивости. А вот подстаканник меня заинтересовал. Металл напоминает тот, что на ящике, который на хранении у дуба. Кстати, выбитые символы очень схожи.
— Интересно, а что тут написано? Никогда с таким языком не сталкивался! — провел пальцем по металлу, который ни грамма не нагрелся от горячих стенок стакана.
— Жизни нет без воды, но и она может ее лишить, — механически ответила женщина.
— Вы знаете перевод? — удивился я.
— Нет, это бабушка говорила, а ей ее бабушка. Ты прав в том, что этот язык мертв и о нем почти никто не знает. Может и не права, но чего-то подобного нигде не встречала, — перелистывая страницы моей писанины, сказала Марианна.
Постарался запомнить эту фразу и расположенные на подстаканнике символы, вполне возможно, что это ключ к дешифровке. Если только из поколения в поколение никто не переврал изначальную фразу. На ящике много чего написано, вполне можно буквы подставить и текст понять, если только сами названия слов не отличаются от русского языка. Гм, а стоит ли этим заморачиваться? Со всеми предосторожностями вскрыть ящик и посмотреть содержимое, а перевод могу неправильно интерпретировать, да и не факт, что надпись совпадет с содержимым!
— О чем так задумался? — посмотрела на меня сквозь свои очки Марианна.
— Скажите,
Гонять чаи и отвечать на вопросы по реферату нет желания, да и вечер уже скоро. Черт, время летит, а дел не переделать.
— Эм, что-то такое кто-то говорил, — пожала Марианна плечами и указала на зелье: — Что это?
— Настойка для восстановления зрения, — честно признался и добавил: — Сеанс одноразовый и лет на двадцать вы забудете об очках.
— Ты очень самоуверен, — нахмурилась географичка. — Это плохо, но в твоем возрасте простительно. У меня врожденный порок с глазами, ни в детстве, ни в более взрослом возрасте ни один врач ничем не смог помочь. Даже операции и те не предлагали.
— А целители? — немного обескураженно спросил я, мысленно ища причину, по которой могло такое произойти.
— Однажды к кому-то меня отец приводил, лет семь тогда исполнилось, толком ничего не помню, но результат, — она усмехнулась, сняла очки и близоруко сощурилась, — на лицо.
— А почему потом не обращались?
— Какой смысл? — пожала плечами и водрузила очки на нос и уже сердитым голосом сказала: — Стас, ты хоть представляешь зарплату учителя и стоимость приема у целителя?
— Так давайте я попытаюсь, — предложил ей и поспешил добавить: — Денег не возьму, ну, если получится, то попрошу отнестись к моим знаниям с пониманием и послабления делать.
— Ну ты наглец! — покачала головой географичка.
— Жизнь такая, — хмыкнул я, подумал и добавил: — Да, еще один момент, одежда.
— Не поняла, — оторопело посмотрела на меня Марианна.
— Вы одеваетесь, гм, странно, но ведь молодая и красивая, поэтому и хочу, чтобы выглядели соответственно, а не составляли конкуренцию старушкам, — сложил руки на груди.
Учительница не нашлась с ответом, встала и прошла к плите, чем-то там грохнула, налила себя чаю и медленными глотками стала пить. Жду, понимаю, что ей необходимо собраться с мыслями.
— Эм, Стас Иванов, твое предложение интересное, — не смотря в мою сторону, медленно проговорила Марианна, помолчала и продолжила: — Как мне одеваться, позволь решать самой. Зрение… — она вздохнула, — его тебе не исправить. Реферат засчитываю, как и попытку наладить контакт, но требований к предмету не снижу. Чай попил? Можешь идти и не тратить ни мое, ни свое время!
Распаляет себя, начинает заводиться, значит где-то на больную «мозоль» наступил своими словами.
— А как насчет пари? — хмыкнул я, не подумав встать и покинуть дом.
— Какое еще пари?!
— Обычное, если не помогу, то готов ваш предмет зубрить и на каждый урок по реферату приносить на любые темы!
— А если выиграешь?
— Так уже озвучивал, — широко улыбнулся я, почему-то представляя, что если собеседницу одеть в нормальную одежду, сделать макияж, то… гм, а стоит ли ее одевать? Вот в чем вопрос!