Лениград - 43

Савин Влад

Так вот, в газетах и биржевых сводках любой может прочесть, кто владеет контрольным пакетом, например, «Стандарт ойл». Если вы очень любопытны, то можете найти и список прочих акционеров. Но разобраться, являются ли они подлинными владельцами, или чьими-то подставными лицами… а есть еще такая вещь как «холдинг», это компания, которая сама ничего не производит, а лишь владеет чужими акциями — и у нее есть акции свои, которыми тоже владеют… в общем, разобраться во всем этом хитросплетении постороннему человеку решительно невозможно. Так посторонний и не должен разбираться.

И в итоге оказывается, что фактически большинство акций всемирно известной корпорации принадлежит например, не Рокфеллеру-десятому,

а совсем другому человеку. И ему же может принадлежать контрольный пакет корпорации-конкурента, но это не волнует никого. И совершенно необязательно, чтобы этот «мистер Икс» был публичной фигурой, скорее наоборот. Так что американцев (и не только их) можно поздравить, вами правит не демократия а криптократия, тайное общество безликих, для публики, разумеется — те, кто надо, отлично знают, кто есть кто. Ведь им же надо как-то договариваться друг с другом?

Так что в престижном гольф-клубе во Флориде был самый обычный день. Удивляли конечно, беспрецедентные меры безопасности, количество охраны — но после ажиотажа с «белым радием», когда любой человек, подозреваемый в том, что имеет хоть какое-то отношение, мог стать мишенью для похищения или шантажа… Ученые авторитетно уверяли, что эликсира бессмертия не существует, и никто не спорил — о, конечно, это миф, если уж официально заявлено. Но имейте в виду, если вам удастся достать хоть миллиграмм, плачу любые деньги, окей? И находились отдельные ушлые личности, кто предлагал этот радий — вот только это было очень опасным занятием, потому что покупатели часто тоже были людьми не последними, и уже нескольких таких ушлых после нашли мертвыми, причем иных в весьма поганом виде, или вовсе по частям, а еще больше продавцов исчезли бесследно, и оставалось лишь гадать, успели они сбежать быстро и далеко, или пока останки не нашли? И любая богатая и влиятельная персона спешила окружить охраной себя, свою семью, и свой бизнес — а у частных детективных и охранных контор настали золотые дни.

И уж тем более ни у кого не возникало вопросов при виде группы оживленно беседующих джентльменов. Персонал клуба давно усвоил, что излишнее любопытство и длинный язык как минимум, будет стоить потери места — а работа была непыльная, и платили очень хорошо. Сознательная же утечка информации легко могла привести к тому, что виновный становился жертвой несчастного случая, или просто бесследно исчезал, были уже прецеденты. Да и мало ли какие дела могли быть у этих, без всякого сомнения, достойных людей? Хотя разговор временами носил очень напряженный характер.

— Что происходит? — резко спросил человек в ковбойской шляпе, похожий на техасца — я полагал, что предмет нашей встречи, это что должен будет наш президент предъявить русским. И вдруг слышу какие-то обвинения, в свой адрес?

— Пока никто никого не обвиняет, иначе мы бы здесь не собрались — ответил лощеный джентльмен, похожий на истинно английского аристократа — но очень похоже, что кто-то, возможно один из нас, ведет свою игру, не согласованную с остальными. И этому кому-то очень мешает известный всем остров в Нью-Йорке. Хотя мы вроде как договорились, и разделили доли в будущей прибыли.

— Ну а я тут при чем? — спросил «ковбой» — и кстати, ваша доля в «Стандарт ойл» лишь ненамного меньше моей! И вам не кажется, что нас выводят на ложный след — вы верите, что в ближайшие двадцать, тридцать лет атомный котел может встать на автомобили, самолеты, даже корабли — основные потребители нефти? Разве что на электростанции — но там в большинстве, и сегодня сжигают не нефть а уголь. Так что закрытие проекта точно не выгодно мне — настолько, чтобы ради этого затевать войну!

— Вношу ясность, как лицо, имеющее некоторое отношение к расследованию — вмешался в разговор третий джентльмен

с военной выправкой — считаются доказанными три случая явных диверсий. Ровно половина — про остальные три инцидента даже умники не могут дать однозначный ответ, что и отчего пошло не так! Однако установлено, что явного взрыва или поджога там не было — из чего следуют выводы: или это действительно неудачный эксперимент и теория яйцеголовых в чем-то ошибочна, или же те, кто играют против нас, имеют свой проект, опережающий наш. И я бы дал девять шансов из десяти за первое — но один за второе все же остается.

— Точно ли диверсии? — спросил четвертый, толстяк с сигарой, похожий на британского премьера — если даже сами ученые не могут знать, что происходит в «котле», какие реакции. Это не мог быть какой-то неучтенный эффект?

— Следы взрывчатых веществ и термита на обломках можно считать доказательством? — усмехнулся «военный» — но в половине случаев их не обнаружено, а в лаборатории клянутся, что ошибка исключена. Также, к диверсионным актам я бы отнес распространение слухов, идущих во вред. Причем четко отслеживается зависимость: сначала диверсии, или «неудачи». Как только мы резко ужесточили полицейские меры, начались эти слухи, в кулуарах и в газетах. Когда же вся информация была запрещена и распространение ее строжайше пресекалось… Тут я снимаю шляпу перед нашим противником, мгновенно отработавшим запасной вариант. Как можно запретить то, чего нет? В слухах про «белый радий» нет ни одного прямого указания на остров в Нью-Йорке, ни одного конкретного имени. Лишь намеки — и, ищите там, где больше всего засекречивают. А дальше, я подозреваю, лавина пошла уже сама.

— И не удалось узнать, кто был первым? — произнес толстяк — зная ваших мальчиков, вот уж не поверю!

— Удалось — сказал «военный» — самым первым был репортеришка одной газетенки в Чикаго. Но вот незадача, он пытался продать «эликсир» некоему боссу мафии — в общем, тела так и не нашли. Вторым был, как выяснилось позже, знакомый этого репортера. Тоже исчез, причем незадолго до того его видели с высоким блондином, говорящим с британским акцентом.

— Ну, если это «кузены», то беда невелика — хищно усмехнулся «аристократ» — как раз наш Фрэнки едет вместе с их Уинни, и объяснит по дороге, как нехорошо они поступают? Хотя странно, как они могут знать о предмете больше нас? И они ведь тоже, в некотором роде, заинтересованы, раз передали нам всю информацию?

— А мы разве собираемся выполнить обещание, прибыль поровну? — спросил «военный» — и что если Уинни догадался или узнал? Что до информации — то британцы не раз уже поступали с нами ну совершено не по-джентльменски. Они честно сообщали нам все, за исключением малой части. Правда, после оказывалось, что это была ключевая часть, меняющая весь смысл. Если они знали что-то уже тогда, но не сказали нам? Или решили проверить, за наш счет?

— Фрэнки разберется — сказал «аристократ» — но если самое худшее? И против нас играют гунны? Ведь пропавший уран так и не нашли?

— По нашим сведениям, они отстают, хотя начали раньше нас — ответил «военный» — и у них проблемы с тяжелой водой. Кроме того, они дробят силы на целых три команды.

— Вот вы сами и ответили! — вмешался толстяк — три команды, независимые, а значит идущая каждая своим путем, что если кто-то наткнулся именно на наш? Или они нашли что-то еще, более эффективное — уж если наши ученые не могут разобраться, что там происходит, вы можете однозначно исключить эту возможность? Вдруг их Гейзенберг не блефовал, обещав своему фюреру «бомбу размером с ананас, но силой в тысячи тонн тротила»? И если они уже в шаге от появления такого в своих арсеналах? Нам тогда — сразу капитулировать, поскольку исход войны сразу станет заранее известен?