Ленивый сын

С раннего детства Кристофер знал, что в нём есть что-то особенное, и не только потому, что мать говорила об этом, кстати, часто. Сколько он себя помнил, вокруг него постоянно что-то происходило. И это что-то было необъяснимое.

В подростковом возрасте приёмные родители и социальные работники заставляли его посещать психиатров, которые пытались убедить, что странности, с которыми он столкнулся — огромные странности, например, видеть то, что никто другой не мог — лишь плод его воображения. Они утверждали, что он лгал.

Например, когда парик его приёмной матери

спонтанно загорелся — и этот парик был отвратительной штуковиной, которая выглядела намного лучше в виде кучки пепла — они обвинили Криса, утверждая, что он, должно быть, бросил спичку. Что же касается парня, который думал, что сможет списать у Криса домашнее задание и выдать его за своё, они решили, что пробежка голого мальчишки по футбольному полю с надписью «Я — враль» на груди простое совпадение. Они говорили, что мальчишку просто замучила совесть. И совсем не поверили Крису, когда он заявил, что существо из другого измерения с острыми, как бритва зубами, украло пирог с прилавка, где он остывал. Лжец. Этот инцидент можно полностью свалить на Криса, но в его защиту нужно сказать, что ему пришлось его украсть, ведь лизнуть жабу он бы не смог. Все знали, что когда мальчик получает коробку с едой, он должен её съесть.

Но вернёмся к психотерапевтам и убеждениям, что странности в его жизни были просто совпадением. Они сваливали всё на логическое объяснение и живое воображение. Похоже, они думали, что после того, как Крис провёл несколько лет в качестве единственного ребёнка в культе, верящего, что Крис — антихрист — я им и являюсь — могло повлиять на чувства, что мир для него иной.

«Они никогда не могли понять, что мир вращается вокруг меня, потому что мне суждено стать Разрушителем Наций».

Многие психиатры словами и даже куклами — «Кто-нибудь прикасался к тебе тут?» — пытались убедить Криса, что он обычный ребёнок. Они говорили о диссоциотивном расстройстве, религиозных убеждениях и шизофрении. Один назвал его нарциссическим социопатом, а второй утверждал, что у него проблемы с отцом.

Крис был не согласен. Ему плевать вообще было на то, кто пожертвовал сперму для яйцеклетки. В его мире всё было связано с судьбой, которую предрекала ему мать. С самого рождения культ и мать скармливали истории о том, какие великие свершения ожидают Криса. Всё, что он делал, было достойно праздника — первый раз покакал, выпал зуб, первая двойка за контрольную. А за отстранение от уроков после ссоры с учителем он получил торт.

Крис не мог поступить неправильно — или это правильно? — потому что сам устанавливал правила. Он отдавал приказы, поэтому какое-то время весь культ на завтрак, обед и ужин ел только пиццу.

Всё изменилось в день, когда полиция арестовала его маму за убийство. В её защиту стоит сказать, что она защищала Кристофера. Похоже, Фредди, её тогдашний бойфренд, едва не умерев — после употребления грибочков — уверовал. Фредди считал, что его миссия в жизни — избавить мир от сына Дьявола. Другими словами, он хотел убить Криса, Антихриста, которого мать называла восходящим солнцем, когда гладила по волосам. Конечно, мать Криса, Кларисса, не оценила попытки бойфренда отравить Криса святой водой. От этой проклятой дряни у него сильно болел живот. Крис просто сказал:

— Убери его. Он мне не нравится.

Так что, мама убила своего бойфренда. А когда полицейские пришли арестовать её,

гордо заявила о своём поступке. Всё время вынесения приговора Кларисса хихикала и посылала Крису воздушные поцелуи. Ему тогда было десять лет, и с тех пор он навещал её в тюрьме каждый День матери, в единственный день, когда Клариссу неохотно выпускали из карцера, потому что ей нравилось приносить в жертву охранников — коз же ей не давали — чтобы читать будущее по внутренностям. Пребывание за решёткой нисколько не изменило Клариссу. Благослови её психически больное сердце.

Поскольку Крис вырос в культе, можно подумать, что он сильно верит в Бога и Дьявола. Нет. Он считал, что все религии — эпическая мистификация мира, ищущего лёгких ответов, и идиотов, которые любят швырять деньги в толстых, напыщенных людей в мантиях.

Несмотря на всё пережитое и титул Антихриста, Принца Грядущего и, его любимое, Гнус Уныния, Крис не верил ни во что, кроме очевидного превосходства над всеми остальными. Если бы только мир знал об этом.

Пока же Криса не осыпали богатствами, он был вынужден работать и зарабатывать на жизнь. Да, истинный ужас. Если он действительно принц, который чего-то ждёт, разве люди не должны работать на него?

В настоящее время Крис жил в Южной Каролине, на кладбище, и нет, у него не было домика в шести футах под землёй. Нет, он жив — даже если груда пустых бутылок из-под спиртного в мусорных баках указывала на ужасное состоянии печени. Крис предпочитал жить на кладбище, потому что, во-первых, так ближе до работы, а во-вторых, это дёшево. Забавно, но никто не хотел оставаться в маленьком домике смотрителя на краю участка из-за утверждений, что там водятся привидения.

Однако то, что тут холодно, хлопают двери и звенят цепи, Криса не волновало. Он охотно поселился там, тем более что не платил за квартиру, а вдобавок получал жалованье.

В чём хитрость? Иногда приходилось выкапывать могилы, когда машины ломались, и не позволять подросткам рисовать граффити и ломать надгробия. Ему пришлось всего лишь пару раз прижать нескольких хулиганов и нарисовать у них на лбу несмываемым маркером пенисы и счастливые лица. Больше ребята не приходили.

А ещё есть неофициальная часть работы, включающая в себя убийство нежити. Но Крис знал, что однажды мёртвые восстанут, и когда это произойдёт, он будет готов. Пока он отрабатывал навыки убийства зомби, которые, как, оказалось, невозможно было объяснить Марти, полицейскому, патрулирующему этот район. Когда Криса нашли с телом той девушки, он попытался объяснить, что такое тренировка по уничтожению зомби, и настоял на том, что не снимал собственный прямой эфир последнего танца Мэри Джейн. Но полицейский не слушал. Марти назвал его извращенцем и заявил, что донесёт на Криса. Что было бы отстойно и, вероятно, означало бы новый срок в психиатрической больнице.

Увы, бедный Марти так и не подал тот рапорт. Согласно новостям, Марти не увидел сурка, из-за которого свернул в канаву, полную воды. Через несколько дней Крис похоронил его, и до сих пор Марти не поднялся. Жаль, потому что, как только Марти это сделает, Крис скажет:

— Я же говорил.

Но не только зомби приближались. Когда-то и судьба Криса нагрянет. Когда-нибудь. Оставалось надеяться, что это случится совсем скоро, потому что такую жизнь можно описать двумя словами: скучно и отстойно.