Лес
Шрифт:
Дистанции запуска аппаратов разведки «Ищущий» достиг спустя полтора часа бортового времени.
Расчет капитана был несложен. Четыре комплексных разведывательных аппарата совершают по нескольку витков на разных орбитах, затем входят в атмосферу планеты, чтобы взять пробы грунта в местах, где будут обнаружены залежи полезных ископаемых. После этого аппараты догонят базовый корабль, которому потребуются почти сутки на полную заправку опустевших емкостей для активного вещества, питающего бортовой реактор.
– Зонды, минутная готовность.
В обшивке «Ищущего» сдвинулось несколько бронеплит, обнажая
– К запуску готов, отклонений в работе автоматики нет, зарядка стартовых стволов – девяносто процентов. – Раздался голос КСАПа.
– Старт разрешаю. – Ответил Мьют Анг.
В принципе с такой элементарной задачей справилась бы и автоматика, но капитан по возможности старался не нарушать регламента процессов, – в длительном полете это помогало сохранять форму, не поддаваться ощущению самоуспокоенности. Он знал немало печальных случаев, когда люди, полностью полагаясь на автоматику, не контролируя необходимые, кажущиеся рутинными действия, в конечном итоге расслаблялись, начинали откровенно скучать, отчего возникало эмоциональное напряжение, а в случае нештатных ситуаций любой член экипажа, привыкший полностью полагаться на автоматические системы, как правило, терялся, упуская драгоценные секунды, в моменты принятия ответственных, критических решений.
…Серия легких толчков возвестила об успешном завершении работа стартовых катапульт.
– Десять секунд, полет стабильный. – Климов внимательно следил за траекторией сближения зондов с планетой.
Мьют дождался, пока аппараты разведки совершат первый орбитальный виток, затем углубился в изучение файлов сканирования.
– Горячая планетка. – Прокомментировал принимаемые данные Сергей. – Терраформирование тут невозможно.
– Зато для заданных критериев поиска подходит идеально. – Отозвался Мьют.
Действительно мир, мимо которого сейчас двигался «Ищущий» оказался слишком молод (по меркам геологического времени), чтобы на его поверхности в обозримом будущем могли возникнуть поселения людей, но для корпораций, занятых разработкой полезных ископаемых ядовитая атмосфера и наличие множества вулканов не являлось помехой.
– Командир, быть может, не будем разрешать разведзондам посадку? – Сергей посмотрен на изображение, транслируемое из-под густого покрова облачности.
– Почему?
– Всюду вулканы. Поля застывшей лавы сейсмически неустойчивы. Я думаю при таких условиях достаточно сбросить пару сейсмокапсул. Они зафиксируют распределение полезных ископаемых в радиусе нескольких сот километров от точки падения [4] .
– Хорошо. – Согласился Мьют Анг. Он был доволен предварительными результатами. Даже без тщательной разведки было понятно – планета абсолютно бесперспективна в плане колонизации, но для корпораций добывающих ресурсы, она подойдет как нельзя лучше. Здесь полезные ископаемые можно разрабатывать открытым способом, не возводя дорогостоящих, долгосрочных баз. Достаточно вывести на орбиту рудоперерабатывающий комплекс и черпать продукты извержения недр прямо с поверхности при помощи дешевой и надежной автоматизированной техники.
4
Сейсмокапсула взрывается при столкновении с поверхностью планеты, а сканеры разведывательного аппарата записывают данные по скорости прохождения взрывной волны. Известно, что в различных
Пока он размышлял над перспективами постепенно удаляющегося мира («Ищущий» шел к точке встречи с танкером), три зонда успешно отработали программу, передав на борт данные сейсмосканирования.
– Сергей, почему нет связи с четвертым аппаратом?
– Разбираюсь командир. Он на другой стороне планеты. Выйдет из «мертвой» зоны через минуту.
Спустя семьдесят секунд четвертый разведывательный аппарат действительно вышел на связь передав данные по составу планетной коры и… украсив карту планеты невероятным (для данного мира) условным знаком.
Несколько секунд Мьют и Сергей молчали.
– Программа дала сбой? – Осторожно предположил Климов.
– Похоже. – Мьют Анг смотрел на условное изображение лесного массива, площадь которого по оценкам аппаратуры зонда достигала нескольких десятков гектар, не находя здравого объяснения подобному феномену.
Нет, в таких условиях жизнь может существовать разве что на уровне микроорганизмов, да и то не факт… – Подумал он, и тут же мысленно прикинул, что этот маркер сколь ни парадоксально он выглядит, ставит жирный крест на коммерческой ценности всей полученной информации. Если на планете в адских условиях существует лес, его нужно изучать, и ни о каком присутствии здесь корпораций уже не может быть и речи. Конечно, Мьют не верил, что там действительно существует растительность, но чем не шутит космос? Он может удалить часть данных полученных с зонда, и что? Вдруг потом выясниться, что это не сбой, и там действительно существует покров растительности?
– Сергей, отмени программу возвращения для четвертого зонда. Пусть вернется к месту обнаружения растительности. Остальные аппараты переориентируй так, чтобы они служили ретрансляторами сигнала. Я хочу увидеть это место и лично убедиться во всем.
– Понял, сейчас сделаю. – Сергей сам был далеко не в восторге от внезапной выходки автоматических систем.
– Готово, командир. – Доложил он спустя некоторое время.
– Где видеоряд? – Мьют посмотрел на осветившийся информационный экран, который застилала серая мгла.
– Сольный ветер. Над равниной сейчас несет облака вулканической пыли.
– То есть зонд не фиксировал лес видеодатчиками?
– Нет. Данные получены от комплексных систем сканирования.
– Хорошо. Пусть опуститься ниже.
Мьют Анг пристально всматривался в однообразную картину где серые частички пепла, увлекаемые порывами ветра, образовывали сплошную непроницаемую завесу.
– Сто метров до поверхности… Семьдесят… Пятьдесят… Тридцать…
В этот миг командир «Ищущего» увидел как из мглы навстречу снижающемуся аппарату выхлестнулось что-то длинное и гибкое, ему показалось, что это похоже на лианоподобное растение, зеленовато-бурого цвета.
В следующий миг сигнал от аппарата разведки пропал.
Попытки восстановить связь успехом не увенчались.
– Что будем делать? – Хмуро поинтересовался Климов.
Мьют ответил не сразу. Нельзя сказать, что в его душе шла борьба между алчностью и здравым смыслом, нет, командир «Ищущего» не был столь жаден и безрассуден, чтобы переживать по поводу потери разведывательного аппарата и вероятных проблем с продажей данных по планете заинтересованным промышленным группам.