Летаргия
Шрифт:
До вечера я так и не встретила как не одного поселения, так и не одного человека. Практически затемно наткнулась на небольшую речушку, немногим глубже ручья. Дав напиться лошади и наполнив снова опустевшую ёмкость я отвела коня подальше от воды привязав толстой верёвкой, найденной в седельной сумке за узду к дереву покрепче. Рассёдлывать его я не стала, лишь немного ослабила подпругу. Мало ли кто ночью в гости заглянет.
Перекусив хлебом с сушёным мясом я стала готовить себе ночлег, комаров здесь не было. Не званных гостей, к радости, тоже, как впрочем и званных. Я всё же рискнула отправить вызов директору,
Когда проснулась, солнце уже перекатилось за середину неба. Конь, каким то образом, сбросил седло и теперь обнюхивал уже пустую сумку с моим запасом еды на день. Нет, я всё понимаю, но мясо то он зачем съел? Лошади же вроде травоядные? Хотя здесь всё возможно…
Оседлав ворюгу, я забралась на него, превозмогая боль во всём теле. Сказался и прошлый день проведённый в седле и лесная ночёвка, не давшая как следует выспаться. Немного углубившись в чащу, я снова стала двигаться в никуда. В этом месте лес был особенно густым и диким, так что двигались мы со скоростью улитки. Ближе к вечеру я снова попробовала связаться с директором, снова не получив ответа не на шутку занервничала. Что же происходит?! И куда меня забросило? Не кстати всплыли мысли о доме и близких. Тяжело вдохнув, я поняла что возможно их больше не увижу. Впервые это мне показалось таким реальным. Единственная моя возможность попасть на Землю — телепартационный камень, который Его Величество намеренно скрывал. Возможность эта, как я поняла не сто процентная.
От раздумий меня отвлёк массивный каменный столб, маячивший в просвете деревьев. Выехав из лесу я увидела широкую дорогу, которая у столба с треугольными табличками-указателями разветвлялась на четыре дорожки. Прямо было нечто именуемое Беломорьем, слева — Чёрный берег, справа Новая и Старая. Что именно новое и старое — не подписали. Поехав вперёд, в Беломорье я даже не задумалась о Чёрном береге, прекрасно помня рассказы о местных амазонках: нимфах населяющих его. Ехать пришлось не долго, минут через десять, за поворотом показалась небольшая деревушка, в домиков тридцать. Навряд ли меня здесь будут искать. Нужно хотя бы еды купить, благо деньги я прихватила.
Первый домик был на отшибе. Небольшой, старый, окружённый низким, покосившимся от времени частоколом. С противоположной стороны, облокотившись на забор, меня изучал взглядом худощавый старик. Пригладив бороду он отчего то усмехнулся в усы.
— Вот молодёжь дурная пошла! Сама на рожон лезет. Девка, ты бы плащ свой сняла, да убрала куда подальше, а ещё лучше сожгла на ближайшем привале.
Я остановила лошадь и спросила:
— Зачем?
Старик посмотрел на меня как на умалишённую, но всё же ответил:
— В таких расхаживают только члены Каантской академии, а их здесь не жалуют, тебе ли не знать?
— Да, — растерянно ответила, снимая плащ. — Я знаю…
— Оно видно, — не без упрёка сказал старик.
— Не подскажите, как до столицы добраться? — решив не выдавать себя окончательно,
— Оооо, — протянул он, — это тебе далеко, не меньше месяца ехать. Можешь, конечно, через чёрный берег путь срезать, но я бы не советовал, сейчас там очень не спокойно, да и граница рядом.
— Спасибо, дедушка, — сказала я и сжала коня ногами, всхрапнув, он лениво побрёл вперёд.
— Ты бы на ночлег в деревне осталась. И сама отдохнула, и конь бы пободрее завтра был. Здесь есть те, кто к себе пускают. Только принадлежность к Каанте не афишируй - добавил усмехнувшись в усы.
Дед, однозначно странный, но он прав. Кивнув, я собралась продолжить путь, но старик снова меня окликнул.
— Деньги то у тебя наверно тоже не местные. Обменяться не хочешь? За них ты здесь всё равно ничего не купишь. А вот головы лишиться можешь.
Развернув лошадь, я подъехала к забору и спешилась.
— Но вам то они зачем?
— Коллекционирую, — важно погладив бороду, сказал дедушка. — Так что? Много у тебя их?
— Да нет, вот. — Сняв из за пояса мешочек и развязав его показала старику. Он в свою очередь, достал аналогичный из за пазухи и протянул мне со словами.
— Здесь примерно столько же.
— Откуда вы знали? — Ошарашенно уставилась на старика, который уже не казался мне таким безобидным.
— В прошлом я был силён в магии, молод и красив, — протянул он с улыбкой. — Теперь стар и немощен, но некоторые навыки всё же остались. И знаешь что я скажу, присмотрись к окружающим тебя людям. И не руби с плеча ни в настоящем, ни в будущем.
Нет, всё же он странный. Забрав мешочек я отдала ему свой и поблагодарив, побрела к дома, ведя коня на поводу. Пару раз обернулась - он всё так же стоял, оперевшись на низенький забор и с задумчивым взглядом смотрел мне в след.
Миновав с десяток домов, я заметила трёх бабушек, сидящих на лавочке и что то громко обсуждающих. Одна из них, заметив меня, прервала своих подружек громким:
— О, девоньки, гляньте, путница!
Вторая тут же встрепенулась и махнула мне со словами:
— Поди сюда, дочка, расскажи бабушкам что в стране твориться. Уж больно долго у нас гости не появлялись.
Подойдя, я поздоровалась и ответила:
— Да ничего интересного. Всё так же. Не подскажите где переночевать можно и еду запасти?
— Отчего ж не подскажем? Со зверьём у нас тётка Жудка и вроде бы Зерк принимают. Жудка на этой улице живёт. Вона тот старый двухэтажный домик с покосившемся забором, - указав рукой, она продолжила, — а Зерк на озёрной улице, крайний дом, у него на калитке подкова прибита. Еды у них же спроси.
— Спасибо, пойду договариваться.
И как только я сделала пару шагов, бабульки снова вернулись к спору, причём так, будто то их ни кто и не прерывал.
Остановилась я у Жуды, за сравнительно не большую плату в пятнадцать монет. Здешние деньги отличались от Каантсих. Все они были рыжего цвета. Вот только часть были целыми, а часть половинные, аккуратно распиленные посередине. Пообедав, поднялась на верх в свою комнату, и закрыв дверь изнутри на обыкновенный засов упала на кровать. После вчерашней «постели», эта казалась настоящим королевским ложе: мягким, тёплым и таким удобным что я практически сразу провалилась в сон.