Летающие цветы
Шрифт:
Завьялов достал контрольный аппарат и, надев наушники, исследовал образцы на содержание радиоактивных элементов, поиски которых были задачей экспедиции. Граниты и гнейсы дали два-три щелчка в минуту - обычное содержание урана в таких породах. При испытании прочих образцов аппарат вообще безмолвствовал.
– У меня сегодня тоже пусто,- сказал Завьялов,- прячется волшебный металл. А где-то здесь его должно быть очень много. Чувствую. Нюх мой никогда меня не обманывал. Ну, об этом завтра. А сейчас - немедленно ужинать.
За ужином Завьялов рассказал о выбитых на скале изображениях и пещере. Он умолчал о своей попытке
На усталых студентов сообщение не произвело почти никакого эффекта. Зато откликнулся четвертый член группы-проводник, местный охотник. Звали его обычно фамильярно и дружелюбно - папаша.
– Это место "Гамаюнов крест" называется, а пещера - Гамаюновой. Но дороги нет в ту пещеру. Никто до нее не добирался. Только горные духи могут в нее перенести. Для этого волшебное слово надо знать.
– Как же никто не добирался, если там на скале фигуры и крест выбиты?
– А про фигурки рассказ особливый. Это Гамаюн их вырезал.
– Расскажите, какой Гамаюн?
– вмешалась Ольга.
– Гамаюн - это, сказывают, был один богатый охотник, кулак по-теперешнему. Злой и жадный, никому пощады не давал. Была у него дочь, звали ее Дин. Такая красавица! Не было парня в деревне, чтобы не вздыхал по ней. Первые богачи огромный калым предлагали. Полюбила же она работника своего отца, пастуха Гица. Порешили они бежать от Гамаюна и пожениться. "Мир велик,- говорил Гиц,неужели я в другом месте не добуду стрелой горного барана и не подниму медведя на рогатину". Узнал об этом Гамаюн - он колдун был, ничего скрыть от него было нельзя - и в ночь, когда должен был совершиться побег, опоил с вечера свою дочь снотворным зельем, призвал горных духов и унес ее с их помощью в такое скрытое место, что даже Гиц, который знал все тропки в горах, не смог бы найти. У отца на Дин свои планы были: хотел выдать ее за старика (богача из соседней деревни) и большой калым взять. Хотя у старика и так три жены было, он на Дин давно заглядывался. А было ей в то время пятнадцать лет - самый возраст для невесты в наших местах.
Прождал Гиц полночи с конями на краю селения и решил, что изменила ему Дин. С первыми лучами солнца вскочил он в седло и поскакал в горы. К полудню притомился конь, спешился Гиц, сел у родника. Что ему делать, не знает... А Дин меж тем проснулась в пещере, куда ее отнесли горные духи. Как раз в той пещере, которую, Сергей Андреевич, вы сегодня заметили. Мокрая насквозь - ее духи в поток окунули. Встала -она с травянистого ложа, подошла к отверстию и видит, что перед ней отвесная скала и внизу водопад гремит. Нет выхода! Что делать?! И вдруг слышит, травинки, прилепившиеся к скале, человеческим голосом к ней обращаются.
– Хочешь скажем Гицу, где тебя искать?
– спрашивают травинки.
– Хочу,- отвечает Дин.
– А что ты дашь нам за это?
– А что вы хотите, травинки?
– Красоту и силу твою.
– Зачем вам они?
– удивилась Дин.
– Сила - за камни держаться, с ветром спорить, красота - чтобы любовались нами. Видишь, мы сейчас какие слабенькие и некрасивые?
– А что же мне самой останется, если я красоту и силу вам отдам?
– Тебе любовь останется.
Подумала Дин: действительно, зачем ей сила и красота, если не будет с нею ее любовь? И согласилась.
И сразу расцвели кругом цветы изумительной красоты. Колокольчики взяли себе голубизну Дининых глаз, гвоздики - алый цвет губ, фиалку - белизну рук и плеч. Не знала Дин, что все это у нее взято, только почувствовала вдруг слабость какую-то во всем теле и опустилась на гранит скалы. А взглянув на руки свои, увидела, что стали они серыми, шершавыми, дряблыми, как у старухи. Но и это не огорчило Дин, ибо в сердце ее ничего, кроме любви, не осталось.
– Ну когда же вы выполните свое обещание?
– спросила Дин.
Один из цветков оторвался от стебля и полетел, перебирая лепестками. Он поднимался все выше и выше; так высоко, что смог из поднебесья увидеть Гица, сидящего над ручьем. Тогда он упал к нему на плечо и сказал, где найти Дин.
Вскочил Гиц на коня и поскакал. Он был могучий и смелый человек. Но только с помощью горных духов можно пробраться в Гамаюнову пещеру. Полпути прополз Гиц и понял, что выше подняться нельзя. Висит он на выступе скалы, сидит у пещеры Дин, а между ними кипит водопад.
Встал Гиц, укрепил ноги в трещинах и крикнул так, что, несмотря на рев потока, услышала его Дин:
– Прыгай ко мне!
Прежняя Дин перепрыгнула бы поток и упала бы прямо в руки Гица, а, отдавшая всю свою силу, она допрыгнула едва до середины. Схватил ее водопад и понес вниз мимо Гица. Вытянул руки Гиц и поймал свою любовь. Чуть-чуть оба не погибли. Спустился со скалы, вскочил вместе с ней на коня и поскакал.
Вернулся в свою пещеру Гамаюн - нет Дин. Понял он, что похитил ее отсюда Гиц, и решил послать на них погибель. Для волшебства надо ему было нарисовать Гица и его противников. Но нечем было ему рисовать. Тогда схватил он камень и начал вырубать изображения на скале. Первым послал он против Гица охотника со стрелой. Услышал охотник топот, думал, что враг это, и послал стрелу. Но Гиц поймал ее рукой в воздухе и, повернув, бросил назад. И пробила она грудь охотнику. Многих врагов, посланных Гамаюном в эту ночь, победил Гиц. Настоящая любовь может победить все на свете...
И, наконец, Гиц вместе с Дин ускакали так далеко, что перестало доставать волшебство Гамаюна. Спешился Гиц, развел костер. Положил около него Днн, ослабевшую до того, что она уже и сидеть не могла. Ведь ничего не осталось в ее сердце, кроме любви, а одной любовью не может жить человек. И умерла она, положив голову на колени Гица и закинув руки к нему на плечи...
Гиц, рассказывают, тоже умер вскоре. Да и как мог бы он жить, когда каждый цветок напоминал ему о Дин- розы о нежной краске ее щек, колокольчики - о голубизне глаз...
– А Гамаюн,- тихо спросила Ольга, давно кончившая ужин,- что случилось с ним?
– С ним? Бают, как узнал Гамаюн о смерти Дин, начало детоубийцу мучить раскаяние. Взял он камень и выбил на скале крест. И горные духи оставили его они креста боятся. Или он умер в пещере, или бросился в водопад - этого никто не знает... Только не видели его больше никогда...
– Давно это случилось?
– спросил Завьялов.
– Мне рассказывал мой дед, он слышал от своего деда, а тот рассказывал, что его дед в молодости знал старика, который еще мальчишкой видел Гамаюна!..