Шрифт:
Рэй Олдридж. Летающие замки
Ray Aldridge. Floating Castles,
The Magazine of Fantasy & Science Fiction, December 1988, p. 30-51
Перевод 07.2021
ОНИ ВЫШЛИ ВТРОЕМ из своей великолепной машины и, пошатываясь, двинулись к нам по неровному бетону Промышленной Площади. Я улыбнулся, глядя на их слабость. Рядом со мною стояли моя подруга Нефрете и
Главной была маленькая древняя двуногая. Несколько редких прядей грязных седых волос спутались на ее хлипком черепе. Ее кожа была темной; не совсем черная, но и не мертвенно-белая, как у двух ее спутников, которые выглядели почти неразумными – две бледных червеличинки, вышагивующие подобия людей с пустыми взглядами.
– Я Кауа Моала, торговец и исследователь, – сказала она, подняв вверх пустую руку.
Я махнул ей в ответ своей церемониальной аркебузой, в знак приветствия.
– Я Таладин Бондави, зови меня Повелителем, – ответил я звучным голосом.
Торговка наклонила голову, показав тонкую, костлявую шею.
– Да, Повелитель. Приветствую вас от имени Сид-Корпа.
– Чего тебе здесь надо? – прервал я ее. Я не видел необходимости быть вежливым. В конце концов, она была ниже меня по положению, ниже всех. Гонор – это все. Я часто так говорил. Я все еще верю в это, несмотря ни на что.
Она сохраняла невозмутимость, а ее маленькие глазки оставались оскорбительно самоуверенными. Мой инстинкт повелевал мне убить ее, да и дело с концом, и я сжал руку на аркебузе.
– Торговать…, – произнесла она. Прозвучало это почти как вопрос. – Чтобы предложить вам воссоединение с пангалактическими мирами, которые когда-то засеяли вашу планету.
– Что за создания ходят по этим мирам?
– Люди, подобные нам. И другие создания.
– Люди, подобные нам? – Я скомкал кусок ее туники и рывком притянул ее к себе, к моим зубам. Она повисла на моей руке как кукла, с вежливой улыбкой. – Я-то человек, – сказал я. – А вот кто ты?
Наши глаза были в нескольких дюймах друг от друга, но она не выказывала никаких признаков страха. Я ощутил прилив невольного уважения. Я отпустил ее, и она спокойно отступила назад, расправляя тунику.
– Мы с вами одного племени, – ответила она. – Есть и другие расы, похожие на вашу. Их корабли-матки садились на неблагоприятные планеты, и эти расы становились такими же сильными. Однако вы необычны. Немногие из Трудных Миров смогли развить тяжелую промышленность, подобную вашей.
– И чем мы можем торговать?
– Вещями, уникальными для вашего народа. Вот к примеру. – Она указала на моего коня, припаркованного на краю Площади. – Люди в пангалактических мирах хорошо заплатили бы за копии вот этого. – Внезапно она рассмеялась. – Подумать только! Позолоченная паровая колесница. Прелестно.
Был насмешливый оттенок в ее словах, и я вновь ощутил позыв к убийству. И тем не менее, я продолжил переговоры.
–
– О, мы не заберем ее. Просто одолжим ее для анализа; потом, вы получите ее обратно.
– А взамен что? – Ее наглость бесила меня, но я не мог прервать разговор, не узнав, что она может предложить. Сила законов в этом горном районе всегда была зыбкой. У меня были серьезные проблемы с агентами Молтреадо на наших северных плантациях кошачьих яблок. Немало хлопот доставляли профсоюзные лидеры и прочие саботажники. – Мы желали бы получить оружие в обмен на наши… уникальные вещи.
– Оружие не может экспортироваться в миры, где его еще не существует. Боюсь, это одно из самых строгих правил Сид-Корпа.
– Как насчет трубок, которые твои помощники носят на поясах? Это оружие?
– Да. – Она улыбнулась. – Но для вас оно бесполезно. Парализаторы стреляют только из руки их законного владельца.
Я был слишком зол, чтобы говорить. Она считала нас дикарями, на которых можно произвести впечатление разговорами о магии. Я подал знак своему бойцу.
Свинфермо был невысок и быстр, с обманчиво безмятежным лицом. Шагнув вперед, он поднял свою аркебузу и взвел курок. Торговка отпрянула назад, и ее пальцы судорожно сжались на поясе.
Одно из бледных существ-личинок не спеша нацеливало свое оружие, когда Свинфермо снес ему голову. Свинфермо начал перезаряжать, в то время как второе существо вскинуло свою маленькую стеклянную трубку. Основным достоинством Свинфермо была одна из разновидностей безрассудства – фаталистическая отвага. После вспышки неяркого света, он упал без единого звука.
Еще шестеро выстрелили мгновением позже, и второе существо, дергаясь, улеглось на бетоне. Медленно и осторожно торговка снова подняла свои пустые руки.
– Подождите, – произнесла она. – Над нами, на орбите находится мой корабль. Имплантат в моем черепе ведет передачу – у вас ведь опять есть радио, понимаете о чем я говорю? Он сообщает наверх о моем местоположении и состоянии здоровья. Если я умру, мой корабль жестоко отомстит.
– Ну разумеется, – с презрением ответил я, но потом посмотрел на ее изумительную машину и подумал: быть может, она и не блефует.
Она пожала плечами, и вновь появилась эта ее улыбка.
– Я не прошу вас верить мне прямо сейчас. Я договорилась о демонстрации мощи корабля. Это будет через час после наступления темноты.
– И я должен позволить тебе жить до тех пор?
– Именно. Если я не доживу до показа шоу, вас тоже не станет.
Я приказал отвести ее в арестантскую камеру. Понадобилось лишь несколько мгновений для того, чтобы убедиться, что ее информация о «парализаторах» была правдивой. Я поискал добровольцев, и их нашлось несколько, так как Свинфермо начал приходить в себя. Но какие бы не были у них опасения, они оказались излишними; сколько мы ни жали на кнопку, свет из трубки не появлялся.