Лев с ножом в сердце
Шрифт:
— Допустим. И что? Таинственный человек с медальоном был, разумеется, в зеленом пальто и резиновых сапогах, лысый, без руки. Тут источник для достоверности будет путаться в показаниях — не то без правой, не то без левой.
— Зачем? — изумился Зотов.
— Откуда я знаю? — Федор пожал плечами. — Значит, нужно… зачем-то.
— Савелий, не слушай Федьку, это вредно для здоровья, — заметил капитан. — Это был мужчина лет сорока, ничем не примечательный. Немногословный. За все время пребывания в лавке он произнес всего два-три слова. Протянул медальон и буркнул что-то вроде: «Интересуетесь?» Источник запомнил шрам на правой руке около большого
— Какие кадры! — вскричал Федор. — Какова наблюдательность! Одноглазому давно пора присваивать очередное звание. Он у вас кто? Все еще старший ефрейтор? Несолидно. Надо бы повысить.
— Повысим, — ответил капитан хладнокровно. — Не волнуйся.
— А фоторобот? — вспомнил Савелий. — Фоторобот будете делать?
— А надо? — спросил Астахов.
— Ну, во всех детективах… составляют фоторобот, — пробормотал Зотов.
— Ну, раз во всех детективах, тогда, может, и сделаем.
— Странно, — заметил Федор. — Серьезный грабитель-убийца идет к скупщику краденого и предлагает ему «грязное» ювелирное изделие, будто ему не хватает на жизнь. Туфта полная!
— А может, ему срочно понадобились деньги? — предположил Зотов.
— Преступник, разбирающийся в антиквариате, не пойдет к дешевому барыге, Савелий. Не тот уровень.
— Да знаю! — сказал с досадой Николай. — Но вещь-то краденая. Где-то он ее взял!
— Пахнет жареным, — сказал Федор. — Я бы попрессовал Одноглазого. Врет он. На нем пробы негде ставить. Грабитель и убийца, поиздержавшись, запросто приходит к первому попавшемуся ювелиру и сует ему краденую вещь? Так?
— Может, и так. Возможно, гастролер без связей. А за Одноглазым присмотрим, — отреагировал капитан на удивление спокойно, но спокойствие это напоминало штиль перед бурей. — Мне и самому, как вы понимаете… А больше ничего. Никаких зацепок. Жена Краснухина обвиняет секретаря, какие-то тайные делишки у него были с покойным. Тот показал, что по просьбе покойного нанял частного детектива, который предоставил компромат на жену — у нее был любовник, а она якобы узнала об этом и приняла меры. Боялась развода. Вернее, не она узнала, а любовник — бывший сотрудник охранного агентства, ныне безработный. На пятнадцать лет моложе дамы. Типичный альфонс. Но на убийцу не тянет, тем более не разбирается в антиквариате. Она рыдает на допросах, а морда радостная: наследница. Альфонс тоже настроен оптимистично, даже не скрывает. Мыльная опера, тошнит уже. Ненавидят друг друга, но живут вместе, не разводятся. Пока не доходит до убийства.
— Как печально, — заметил Савелий.
— Да уж…
— Не там копаете, — вдруг произнес Федор. — Не там.
Тут капитан не выдержал и взорвался.
— Федька, тебя что, из бурсы вышибли? — резко спросил он. — Сколько можно из меня кишки тянуть? Ты думаешь, я не знаю цену Одно… этому фраеру?
— Пока не вышибли. Ладно, Коля, — примирительно сказал Федор, — это я так, не обращай внимания. Завидую, наверное.
— Возвращайся, делов-то!
— А что… может, и вернусь, — произнес Алексеев задумчиво.
— А вдруг это убийца приходил? — наконец сообразил Савелий. — К ювелиру?
— Конечно, убийца! — ответил ему Федор. — Теперь Коля сделает фоторобот, как ты и советовал, и он, считай, у нас в кармане. Но! Несмотря на разный почерк, как ты опять-таки заметил, я склонен думать, что здесь действовал один и тот же персонаж. Почерк, может, и разный, а схема одна. Суди сам, Савелий. Отсутствие следов взлома — раз. Присутствие женщины — два. Некий химический
— Если это один и тот же преступник, то, значит, и женщина одна и та же, — рассудительно заметил Савелий.
— Резонно, — отозвался Федор. — Хотя необязательно. Правда, Коля?
— Вы меня уже достали, — с горечью сказал капитан. — Везде одна и та же лажа. Я зачем сюда прихожу? Расслабиться. А мне тут баки забивают… Кто будет? — он взялся за графин с водкой.
— Мне немного, — предупредил Зотов.
— Ежу понятно, — ответил капитан, разливая спиртное. — Только продукт переводить. За что пьем?
— Савелий? За что пьем? — спросил Федор. — Ты у нас самый… оптимистичный. Давай тост!
— Чтобы все было хорошо… — поколебавшись, предложил Савелий.
— Отлично сказано! — воскликнул Алексеев. — Чтобы все было хорошо!
Друзья чокнулись. Огорченный капитан Астахов принял водку одним глотком. Федор растянул на три. Савелий Зотов, стараясь не дышать, страшно сморщившись, пил мелкими глотками…
Глава 11
Омут
— Доброе утро, — поздоровался Вениамин Сырников, появляясь на пороге кабинета Илларии. — Занята?
— Ну? — спросила она, отрываясь от бумаг.
— Спасибо, хорошо, — ответил адвокат язвительно. — А ты как?
— Вениамин, не морочь мне голову! — нетерпеливо воскликнула Иллария. — Нашел?
Адвокат, выдерживая паузу, уселся в кресло, положил на стол перед собой папку, раскрыл. Поднял глаза на Илларию и неторопливо сказал:
— Нашел. Кирилл Александрович Пушкарев. Предприниматель. Владелец фирмы по импорту пищевых продуктов, а также вин из Греции и Португалии. В бизнесе три года. Дела идут неплохо. До этого занимался продажей электроники, медицинского оборудования, медицинским страхованием. На людях господин Пушкарев почти не бывает, на тусовках не светится, о личной жизни подозреваемого ничего не известно. Домашний адрес, к сожалению, достать не удалось. Равно как и домашний телефон.
— Твой новый знакомый не любит, чтобы его беспокоили, — заключил свой доклад Вениамин. — Ходят слухи, что он собирается не то начать ресторанный бизнес, не то купить пару уже существующих ресторанов. Все, пожалуй. Я думаю, он делает ставку на тебя, — добавил он. — Ты у нас в городе фигура публичная, со связями. Трудно сказать, кто кому нужнее.
— И что чует твой длинный нос? — спросила Иллария.
— Ничего. Фирмочка захудаленькая, малоизвестная. Но деньги у него есть. Если он предлагает помощь, то почему бы и нет? Только имей в виду, говорить с ним буду я.
— Конечно, ты, — успокоила его Иллария. — За что я тебе деньги плачу?
— И никакой самодеятельности, — добавил Сырников.
— Никакой, — согласилась Иллария.
— Он не звонил?
— Нет. Мы договорились, что позвоню я.
— Давай, — разрешил адвокат. — Но имей в виду…
— Вениамин! — вскричала Иллария нетерпеливо. — Сколько можно?
— Я тебя слишком хорошо знаю, — ответил он.
Иллария даже себе не призналась бы, что странный человек заинтересовал ее. Похож на мальчишку, рыжий, конопатый, в затрапезных джинсах и свитере. Он даже не счел нужным переодеться перед встречей. Что это? Стиль? Бравада? Желание заинтересовать?