Лев Троцкий
Шрифт:
Находясь в Кисловодске, Троцкий общался с отдыхавшими на Кавминводах людьми, расширяя связи, выступал в санаториях с краткими речами, где почти не касался разногласий. Видимо, партбоссами было спровоцировано грубоватое анонимное письмо, полученное Троцким в конце августа: «Лев Давидович! Не находите ли вы не совсем тактичным ваше «хождение по массам» (по санаториям) в связи с последними событиями в Цека? Кажется, другие члены П[олит]бюро этого не делают!» Письмо имело характерную подпись: «Член КПБУ п[арт]б[илет] 294 557 и другие». [984]
984
Коммунистическая оппозиция в СССР 1923–1927. Т. 2. С. 55.
Отпускной период Троцкий использовал
985
Там же. С. 60–63.
Троцкий приходил к выводу, что правительственные расчеты означают мизерную программу развития экономики. Для него становилось очевидным, что «необходимо перестать отделываться от вопросов промышленности общими фразами, а подойти к делу с конкретными расчетами», понять, что темп развития промышленности недостаточен, что необходимо начать перераспределение накоплений, чтобы смягчить диспропорцию между промышленностью и сельским хозяйством. «Необходимо прекратить легкомысленную болтовню о сверхиндустриализаторстве, перевести резолюцию XIV партсъезда на язык цифр и точных директив и приступить к ее выполнению в полном объеме».
Внутренняя борьба в высших органах, поначалу охватывавшая только ограниченный круг вопросов, постепенно разгоралась и распространялась на все новые области. Эта борьба стремительно взвилась после «отпускного периода», когда и Троцкий, и ряд сторонников Сталина, поднакопив силы, возвратились в Москву для продолжения схваток. Взлет, однако, на этот раз был очень недолгим и завершился очередным поражением Троцкого.
Третьего октября Зиновьев, Пятаков и Троцкий направили в Политбюро протест против распространения партруководством сплетен о линии деятелей оппозиции. Авторы подчеркивали, что только открытая дискуссия и скорейшее проведение съезда способны вывести партию из перманентного кризиса. [986] На следующий день последовало еще одно заявление с предложением найти «мирный выход» из создавшегося положения. [987] Ничего принципиально нового в этом документе не было. Он был направлен в различные партийные органы, чтобы как можно шире осветить деятельность оппозиции. Инициатором всей этой повышенной активности явно был Троцкий.
986
Стенограммы заседаний Политбюро ЦК РКП(б) — ВКП(б). 1923–1938 гг. М.: РОССПЭН, 2007. Т. 2. С. 420–423.
987
Там же. С. 423–424.
Пятого октября оппозиционеры потребовали немедленного созыва Политбюро «для обсуждения практических мер, которые должны иметь своей целью ограждение партии от потрясений и революции от опасностей». [988] В ответ Бухарин и Томский, за спиной которых стоял Сталин, распространили документ с жесткими обвинениями по адресу «партийных баронов», которые «разыгрывают на спине партии свои фантазии». [989]
Именно на этом фоне борзописец Демьян Бедный, послушно выполнявший любые «идеологические задания» Сталина, донес до всей читающей публики, а отнюдь не только до «партийного актива», как поступали ранее, факт серьезнейших разногласий в верхах, опубликовав в «Правде» стишата, причем под заголовком, который ничего хорошего оппозиционерам не предвещал, — «Всему
988
Там же. С. 425–427.
989
Там же. С. 430–434.
Так с его подачи стали распространяться версии о «бонапартизме» Троцкого, о том, что если он пока не готовит государственный переворот, то при благоприятных условиях от такового не откажется.
990
Правда. 1926. 7 октября.
Попытки смягчить разногласия и их неудача
Восьмого и одиннадцатого октября на Политбюро рассматривался вопрос о внутрипартийном положении. Каменев предложил компромиссную резолюцию, но она была отвергнута. Оппозиционеры вынуждены были вновь занять оборонительную позицию. 13 октября они выступили с заявлением, в котором, сделав ряд оговорок, признали, что допустили нарушения партийной дисциплины и отказываются от фракционных методов. [991]
991
Стенограммы заседаний Политбюро ЦК РКП(б) — ВКП(б). Т. 2. С. 442–443.
Через несколько дней пленум ЦК исключил Троцкого из состава Политбюро. Зиновьев был снят с поста председателя ИККИ (из Политбюро он был выведен в июле), а Каменев исключен из кандидатов в члены Политбюро и снят с поста директора Института Ленина. Одновременно Троцкий был устранен с поста председателя Научно-технического комитета.
Было ясно, что речь идет только о временном отступлении оппозиционных лидеров. Оно будет использовано для собирания сил, перестройки авангардных рядов, поисков новой аргументации с целью свести к минимуму отступничество, привлечь новых сторонников из числа членов партии, которые по разного рода причинам не были удовлетворены курсом «правых», каковыми Троцкий считал Бухарина, Рыкова и Томского, и «центристов», то есть Сталина с его ближайшим окружением.
Важным средством активизации сторонников, привлечения новых приверженцев, широкого освещения своих взглядов Троцкий считал партийную дискуссию. В ходе ее он надеялся рассеять клеветнические оценки его позиции, которые распространяли бухаринцы и сталинисты (они еще были почти едины и только самые тонкие наблюдатели, в том числе Лев Давидович, замечали нюансы в их позициях), разъяснить, к чему он стремился в действительности. Дискуссия позволила бы перевести пропаганду взглядов в легальное русло, в какой-то мере восстановила бы паритет позиций.
Именно этому вопросу Троцкий посвятил ряд статей, тезисов, заявлений, написанных в октябре — декабре 1926 года, во время подготовки к XV партконференции (она состоялась 26 октября — 3 ноября 1926 года), и непосредственно после нее.
В работе «Нужна ли дискуссия?» [992] Троцкий настаивал на ее проведении немедленно, уже накануне конференции. Он предлагал обсудить вопросы о падении реальной зарплаты рабочих, товарном голоде, отставании промышленности и т. д. Тот, кто заявляет, что дискуссия вредна и опасна, по сути дела уже ведет дискуссию, утверждал Троцкий, но она носит односторонний характер, не встречая отповеди. Все эти пламенные речи, однако, никакого впечатления не производили на партийный аппарат. Дискуссия так и не была проведена.
992
Коммунистическая оппозиция в СССР 1923–1927. Т. 2. С. 111–114.