Шрифт:
ГЛАВА 1
Дверь кабинета с надписью «Директор» распахнулась, и в коридор шагнул высокий мужчина в очках:
– Кто тут у нас? – обратился он к коридору и сам себе ответил:
– М-м, девятый «А». Абагян, иди сюда!
Приятный темноволосый юноша в толстовке с капюшоном, задержав удивлённый взгляд на своих одноклассниках, бодро шагнул в сторону директора. За раскрытой дверью рядом с ним стояла девочка.
Директор, обращаясь к ней, сказал:
– Вот тебе временная охрана
Абагян посмотрел на директора, делая расстроенно-умоляющее лицо. А девочка, осмотрев предложенного старшеклассника, резюмировала:
– С ним не пойду.
– Почему? – изумился директор.
– У него имя некрасивое, – сказала она, недоверчиво обводя взглядом спортивную фигуру.
– Имя у него очень даже красивое, он – Лев, – ответил директор удивлённой девочке. – А фамилия – Абагян, такая же, между прочим, как у одного известного учёного. А ещё он у нас лучше всех играет на гитаре. Захочешь, – он и тебя научит.
– О-о-о, – беззвучно произнесла она в ответ, с уважением глядя на Льва Абагяна.
– Ну, Виталий Сергеевич… – умоляюще произнёс Лев, сморщив недовольное лицо.
– Давай-давай, Лев, проводи до второго «Б», это Алёнка – очень важный человек, моя помощница, – объяснил директор и добавил: – И у тебя доклад по обществознанию, не забудь, я жду!
Довольная Алёнка одним скачком прыгнула и встала рядом с Абагяном. Тот изобразил перед одноклассниками, наблюдавшими со стороны, лицо жертвы, и обречённо сказал Алёнке: «Пойдём!»
– За что же ты к Виталичу угодила? – спросил Лев, пройдя несколько шагов рядом с девочкой, – я во втором классе и не знал как директор выглядит.
– И я не знала! – остановилась Алёнка, распахивая голубые глаза на Льва. – А он как начал мне шнурок развязывать, я и рассказала ему как у нас учительница оценки путает и в угол ставит. Сегодня прихожу, – у нас новая учительница… – она развела руками, приостановившись.
– А почему он тебе шнурки развязывал? – продолжил рулить Лев между большими и маленькими скоплениями учеников в коридоре.
– Ну, дождь же был, он и намок, запутался… Я не могла развязать, на пол-урока опоздала, в углу потом стояла… Эрик тоже стоял… опоздал тоже. Мы там рожицы друг другу корчили, скучно же стоять.
– Что-то у вас в классе в углах жизнь кипит прям…
– Ага, – согласилась Алёнка, – но это раньше, а теперь новая учительница, – она приостановилась, глядя на Льва и делая вопросительное лицо, – Ви… талич?.. заменил.
– Ну, значит, хорошо, что заменил? – ободряюще подытожил Лев.
– Ну… да, – согласилась не сразу она. – Но он обманул и я пошла разбираться.
Лев приостановился, отгораживая её от пробегающих ребят спиной.
– Разбираться… – повторил он.
– Ну, я же думала: он чей-то папа, кто
– Н-да-а… – повеселел Лев, – Виталич классный!
– Хороший, – согласилась Алёнка, – а что ты так говоришь – Виталич?
– Почему Виталич? – Лев взял её за руку, приближаясь к толпе толкающихся рюкзаками учеников, но почувствовал сопротивление. Он остановился.
Алёнка смотрела на него немного строго и вопросительно. Она руку не забирала, но чувствовалось, что это из-за неё. Он сосредоточился на её лице и потихоньку отпустил руку, она забрала и спрятала её в кармашек, как будто это была важная для неё вещь. Ему пришлось встать задом к пинающимся мальчишкам и упереть руку в стену, отгораживаясь от них и закрывая девочку.
– Виталич, – продолжил он, слегка наклонившись к Алёнке, – это прозвище, понимаешь? Его все так называют, когда он не слышит.
– Я знаю, что такое прозвище, – сказала она, глядя исподлобья, – это обидное.
– Да нет, не всегда, – Лев следил за весёлой толпой, перегородившей диковатыми игрищами коридор, он повернулся к девочке, – вот тебя же называют Алёнкой, тебе не обидно? Ты, наверное, Алёна или Лена?
Толпа немного поутихла и появился спокойный просвет между ребятами, Лев раскрыл ладонь перед Алёнкой, глядя на неё. Она хитро улыбнулась:
– Правильно, Лена, но мама называет меня Алёнкой, мы так договорились, потому что мне нравится. Мама сказала, что Лена – это когда я стану большая и сама захочу, – она посмотрела в Лёвину ладонь и положила туда свою.
Он продолжил путь по коридору, держа её за руку. Делать манёвры стало проще.
– Ну вот, ты просто знаешь своё второе имя и любишь его, а другие не знают, вот и всё, – подытожил Лев.
– А у тебя какое прозвище?
– У меня?.. – Лев даже приостановился. – Представляешь? Не знаю! – сказал он весело. – Имя короткое, фамилия – тоже, ничего не прицепилось, наверное.
– Прозвище не всегда, ведь, от фамилии или имени, – рассуждала Алёнка.
– Конечно, – согласился Лев.
Он смотрел, чтобы она не споткнулась на лестнице, ему пришлось идти медленнее.
– У нас есть учительница Минерва, – рассказывал он, – она всё время повторяет: «мои нервы, мои нервы»,– он посмотрел на Алёнку, – ты знаешь, что такое нервы?
Она кивнула:
– Конечно, это когда плачешь.
– Ну… это тоже, да.
Они вошли в застеклённый переход между корпусами старшей и младшей школы, сразу стало тише и спокойнее. Лев оглянулся и отпустил Алёнкину руку. Она, приостановившись, посмотрела на него, потом зашагала дальше. После перехода перед ними открылся просторный вестибюль младшей школы, заставленный по контуру мягкой мебелью.