Левша
Шрифт:
Нда, дела… десять лет. Вот, черт.
Я ведь не сделал ничего из того, в чем меня обвинила семья. Хм. Бывшая семья. Не то чтобы я был паинькой и примерным сыночком, так-то, если припомнить всякое, тем еще мелким говнюком я был. А чего ожидать от избалованного сынка хоть и мелкого, но все же аристократа. Да еще и при деньгах. Но тюрьма меняет людей.
Ха-ха. Ха.
Но я и правда этого не делал. Только это чувство несправедливости, со временем ставшее жаждой мести, а потом ненавистью и помогло мне выкарабкаться. Помогло просыпаться по утрам, не опускать руки. Ну, и сама принципиальная возможность дать на лапу нужным людям тоже оказалась
Не так-то просто что-то расследовать или мстить кому-то, когда у тебя ни денег, ни положения, ни связей, ни навыков для этого. Мне было под двадцать восемь, и единственным, в чем я мог бы назвать себя специалистом, был сбор гребанного планктона в Песочнице. Так себе строчка в резюме.
Ушли годы, да чего уж там — по сути десятилетия, чтобы сначала найти, потом втереться в доверие, а позже и убедить нужных людей, что я подходящий кандидат в агенты Тайной Канцелярии. Да, было непросто. Годами лебезить, подкупать, пресмыкаться — я не чурался никаких способов подняться по карьерной лестнице.
Если честно, плевать я хотел на обеспечение безопасности как Империи, так и конкретно императорской семьи. Не трогали меня и подковерные игры и прочая возня спецслужб. Что наших, что иностранных. На деньги было насрать. Что мне было на самом деле нужно, так это доступ в их архивы. И я его получил. Вот только отыскал там совсем не то, что ожидал.
А потом и не осталось никого, кому можно было бы отомстить. Страдали в разборках родов не только обычные люди. Ошеломляюще пустым ощущаешь себя, когда одним утром разом все, кого ты ненавидел, внезапно оказываются мертвы. Это… совсем не так я себе это представлял. Никакой радости или облегчения. Только пустота и разочарование.
Уже какое-то время грузовик катил вдоль высокой бетонной стены с щедро накрученной поверху колючкой. Как-то мимоходом я отметил, что вижу ее уже в третий раз — меня везли сюда, потом на волю, и вот мы снова встретились. Жизнь странная.
Мы подкатили к воротам, где грузовик остановила охрана. Ну, вот и оно. Замирье.
Что тут особо скажешь? Перемещения между мирами были достаточно скучным и унылым занятием. Когда-то давно подобные путешествия были уделом избранных, сильнейших магов, но с развитием гомункологии и, как следствие, анимакультизма, стали чем-то практически обыденным. Знай себе плати и вперед. Конечно, далеко не все могли себе это позволить. Но, если так разобраться, какие-нибудь билеты первого класса тоже никогда не были доступны кому попало. В том и смысл. Собственно, в большинстве миров и смотреть было особо не на что. Но это только пока не попадались миры обитаемые, или пока в них не обнаруживали нечто, особо интересное Империи.
Вот и сейчас… Грузовик заезжал в портальную, нас проверяли. Иногда обыскивали. Искали артефакты или контрабанду. Может, что-то еще. Затем невидимый оператор нажимал кнопку или дергал за рычаг и распахивались двустворчатые железные ворота ангара. За ними — короткий тоннель с мясорубкой, снова двери и вуаля, мы в ином мире.
Мясорубка — это, конечно, жаргонное название. Не знаю, как по бумагам официально. Короче, порталы помимо вооруженной охраны были защищены какими-то искажающими артефактами. Сунешься, пока он активирован, — на другом конце примут тебя в виде аккуратной или
Все, как в моих воспоминаниях.
Разница лишь в том, — продолжал я рассуждать, пока у очередных перехода нас проверяли по списку, подсвечивая лица фонарем, хмурые вооруженные охранники. — Что на этот раз у меня куда больше пространства для маневра. И я куда лучше видел врага, настоящего врага. Действительно стоящего противника.
Пока не знаю точно как, но на этот раз я собирался отомстить богам.
Глава 2
Время и место действия: утро, сутки с лишним спустя. Песочница. Просторная комната без окон заставлена шкафчиками в несколько рядов. Между рядами скамейки. В комнате один вход без двери, у него стоят два охранника, хмуро наблюдающие за сборами тройки заключенных. Выход на противоположном конце закрывает поделенный на широкие вертикальные полосы тканевый полог, крепящийся к потолку. За ним массивная герметично закрывающаяся дверь, ведущая в шлюзовую камеру.
Вечер, как и весь следующий день прошли именно так, как я и запомнил. Едва ли не слово в слово. Инструктаж, распределение, кормежка. Ну и я старался на всякий случай вести себя примерно так же. Не знаю уж, насколько хорошо получилось. И важно ли это вообще. Крайне сомнительно, что у меня выйдет все делать точь в точь.
Что тогда, что сейчас обезболивающее в какой-то момент перестало действовать, так что большую часть времени мне было довольно хреново. Даже с учетом таблеток, которые по предписанию выдавал местный врач.
— Все-таки это дикое западло и гадство. Ну, какого хрена, а? Почему инвалида к нам? Это же ну совсем дичь же, а? — это Мух. Первый из моих сокамерников и по совместительству напарник по сбору. Невысокий, тощий как палка. Весь какой-то угловатый. И дерганый. Он просто не мог спокойно усидеть на месте. Мерял шагами камеру из конца в конец. Стучал резиновым мячиком по стене. Вдруг вскакивал, но передумав ложился обратно. Даже спал и то беспокойно, ворочался всю ночь. А еще болтал. — Не, ну согласись же? Как что, так мы крайние. Верно говорю?
— Успокойся уже. Не барагозь. Помоги лучше новику с обвесом, — а это Багрян. Последний и главный, что в камере, что в тройке. Широкий, крепкий, упитанный. При знакомстве он показался мне очень основательным, рассудительным и вообще положительным мужиком. Особенно на фоне Муха. Был спокоен, не лез ко мне с претензиями и много чего рассказал и объяснил по первому времени. Чертов хитрый сукин сын. На деле он оказался куда опаснее и коварнее что Муха, что большинства других зеков. Скорее всего его придется убрать при первом удобном случае.
Кстати, именно Багрян выдумал мне кличку. Еще тогда, в прошлый раз. В этот же я немного подсказал, помахав в воздухе обрубком правой, когда пришлось представляться. Левша. Ну а чего? Имя как имя. Другого не было, да и привык я уже.
— Не надо, — подал голос я. — Я сам. Просто проверьте потом.
Костюм не был рассчитан на то, что одевать его будут лишь с одной рабочей рукой. Конечно, я в итоге наловчился управляться с ним, но сейчас демонстрировать такие навыки было явно излишним. Я и так уже пару раз замечал странные взгляды Багряна. Умная скотина. Вот и сидел, намеренно возился с застежками.