Левша
Шрифт:
— У меня есть проблема, — я продемонстрировал правую. — И решить ее стандартными средствами, скажем магией, невозможно.
Док нахмурилась и требовательно протянула руку через стол. Я послушно дал ей осмотреть культю. Она использовала несколько заклинаний. Наверное, что-то диагностическое. Возрастающей сложности, судя по длительности плетения. В итоге она странно на меня посмотрела и кивнула.
— Но это не значит, что сделать совсем ничего нельзя. Наука тоже не стоит на месте…
— Ага, наука, как же. Наука моей жопы, — приглушенно
— …Поэтому я хочу установить себе протез. Опытный образец, — я подвинул накрытое куском ткани устройство в центр стола. И убрал тряпку.
Волшебница коротко взглянула на результат наших трудов. Подняла глаза на меня.
Похоже, ее не особо-то и впечатлило. Не удивительно.
Выглядело и правда не особо. Металлические стержни, следы сварки, вкрапления работы Искры. Но это и неплохо. Мне и не нужно, чтобы в глаза бросалось. В любом случае, если бы не дар, то толку от этой железяки как бы не меньше было, чем без нее.
Но Искра меняла все. Я не до конца сам верил, что все заработает. Но что-то внутри настойчиво твердило, что все будет, как задумано.
Меня охватило тревожное предвкушение. Если только все сложится, если только получится… Больше тридцати лет у меня не было правой руки.
Я развернул устройство к Док той стороной, которой оно будет крепиться к руке.
— Я собираюсь сделать его своей частью. Напрямую присоединить к себе.
— Невозможно.
— Конечно, — кивнул я. — Без вашей помощи.
— Невозможно, — все так же монотонно повторила она.
Но хотя бы не пошла сразу на выход, уже хороший знак.
— Пусть так, — я не стал спорить. Едва ли мне удалось бы переспорить опытного целителя. — Вы получите деньги в любом случае. Вот они, кстати.
Я передал ей небольшой мешок из грубой ткани — ничего лучше в мастерской не нашлось. Женщина невозмутимо приняла его, взвесила в руке, раскрыла и заглянула внутрь.
— Все, что от вас требуется, убедиться, что я не помру в процессе, — я продолжил торопливо. Нельзя было упустить ее. — От потери крови там, или от шока.
Она подняла на меня глаза.
— Что-то еще?
— Мне нужно оставаться в сознании. Нельзя допускать, чтобы я отключался. Сможете?
Пауза. Короткий кивок.
— И еще одно. Боль. Ее надо приглушить, но не убирать полностью, — я совсем не был уверен, что действительно хочу этого. Чувствовать боль в смысле. Но насколько я понимал устройство человеческого тела, это было необходимо. Если я хотел в будущем пользоваться этой рукой, конечно.
До последнего момента я не был уверен, что Док не встанет и не уйдет. Но время шло, она продолжала задавать свои короткие вопросы. Уточнять детали. Крайне сложно было понять, о чем именно она думала. Но у меня создалось впечатление, что сама возможность поучаствовать в такой необычной операции интересовала ее куда больше, чем мешок с
Так или иначе, но где-то через час мы приступили к делу. Потребовалось сделать некоторые перестановки по просьбе Док. Ей понадобилось дополнительное место, чтобы разложить свои инструменты и пару гомункул-батарей. Да и стол по ее настоянии мы подвинули поближе к стоку в полу. Чтобы было потом проще чистить. Если что не так пойдет…
Я был одновременно возбужден до предела и столь же сильно напуган. Чего-чего, а кромсать самого себя мне не приходилось. Что если я что-нибудь перепутаю?
Не перепутаю. Я сжал зубы. Я справлюсь.
— Начинаем, — кивнул я Док. Она надела белый халат и перчатки. Маску. И в руках сейчас держала скальпель. Острый, очень острый скальпель.
Женщина кивнула и склонилась над столом и моей рукой, делая первый надрез…
Это заняло два или, может, даже три часа. Я быстро потерял счет времени. Приходилось прикладывать все силы, чтобы думать только о своей роли. Не о боли. Не о том, что запах паленой плоти — это я, самолично поджаривал сам себя. Буквально сплавлял ткани и кости с металлом.
Не уверен, что “плавить” правильное тут слово. Но более подходящего определения я придумать не смог.
Вопреки ожиданиям крови было не так и много. Это помогало. А то свалился бы в обморок, герой-экспериментатор… Да уж, Док определенно не подкачала. Привлечь ее было верным решением. Даже боль была вполне терпимой, хоть временами и хотелось орать и биться лицом о стол.
Куда страшнее был сам вид. Фу… Очень неприятно. Но человек ко всему привыкает.
Когда Док нанесла на предплечье мазь и покрутила мое предплечье, в очередной раз осматривая, я замер. Но она удовлетворенно кивнула, и я облегченно выдохнул. Я был уже на пределе…Хоть я и старался не показывать, но устал просто смертельно.
Но… мы закончили! И я даже не помер!
Я оглядел "коллег". Устал, похоже, не только я. Что Петр, что Док выглядели изрядно вымотанными.
— Наконец-то… — пробормотал я, раскинувшись на кресле в подсобке. — Спасибо всем…
— Спи, — коротко приказала Док. И я не нашел в себе сил спорить.
Мне показалось, что проснулся я тут же. Может через десять минут. Я с трудом разлепил тяжелые веки.
За окном было все еще темно. Или уже темно?.. Наверное, несколько часов все же прошло.
Я покрутил шеей, разминая затекшие мышцы. Руку, неприятно пульсирующую, я аккуратно удерживал на весу. Нужно будет соорудить под нее эту штуку, которую при переломах используют. Через шею.
— Очнулся? — холодный вопрос.
Я перевел взгляд на Док. Она сидела напротив. Пила чай.
— А… ага, — хрипло выдавил я. — А Петр где?
— Отдыхает, — она поставила чашку на стол. Поднялась на ноги и сладко потянулась. От неожиданного зрелища я и дышать забыл. Хороша! Как же хороша!