Лэя
Шрифт:
Лонк при слове «купаться» сморщился, как от какой-нибудь кислятины, но прекословить маме не посмел. Только вздохнул и попробовал внести контрпредложение:
— А может, за грибами пойдем? — Коротыш был заядлый грибник.
— Ну, по пути можешь пособирать, если найдешь, — смилостивилась Лэя. — Пойдем скорей, а то ребята уже, наверное, собрались.
— Сейчас! Только папе скажу. — И Хлюп припустил к конюшне. Он звал взрослых так же, как и Лэя. Если для нее кто-то был папой, то и для лонка он был папой.
Лэя потихоньку вышла со двора. Ступив на дорогу, она услышала
— Ну наконец-то! Мы тут уже на солнце свариться успели. Все, идем на большой пруд!
Лэя встала, набычившись, и, чуть не плача, заявила:
— Меня туда не пускают.
— Подумаешь! — сразу ответил один мальчишка. — На то они и родители, чтобы их не слушаться.
Однако Зар, лучше зная Лэю и ее родителей, сразу понял, что на большой пруд кузина не пойдет. Подумав, он предложил:
— Может, нам разделиться: маленькие — на маленький пруд, большие — на большой?
Лэя с явным облегчением согласилась и, забрав двух подружек и одного паренька, отправилась в сопровождении Хлюпа на ближнюю запруду. Они, весело щебеча, бежали по тропинке среди некошеного поля. Лонк вырвался вперед и пытался иногда катиться кубарем, что ему неплохо удавалось. Выбежав на песчаный берег, ватага без задержки ринулась в воду. Один лишь Хлюп забрался на дерево, чтобы его не обрызгали, и присматривал оттуда за ребятней. Вода была теплой, так что ребята резвились вовсю, брызгаясь, дразнясь, ныряя и барахтаясь сколько хватало сил.
Когда они уже порядочно набултыхались, Лэя заметила плывущую по течению палку, и ей в голову сразу же пришла новая идея:
— Слушайте! Давайте пускать кораблики! Сделаем каждый себе из чего найдем и пустим по течению. Чей кораблик окажется быстрей — тот и победит.
— Ура-а! — подхватила ребятня, и все пошли на берег искать что-нибудь подходящее.
Скоро все были вооружены: кто куском коры, кто сучком, кто дощечкой. У Лэи был самый красивый кораблик — спасибо Хлюпу. Лонк отыскал полешко и обстругал его ножом, который всегда носил в ножнах на поясе. А главное, он воткнул сверху настоящую мачту, так что если прищуриться, то в полешке можно было ясно увидеть каравеллу или даже бриг. Лэя, правда, не знала, что это за корабли, но на картинках в книжках они были точно такие же красивые.
Настал момент старта. Лэя выстроила всех ребятишек в пруду перед истоком ручья, и они одновременно опустили кораблики в воду. Течение сначала медленно, а потом все быстрее понесло маленькую флотилию к ручью. Ребята поспешили вдоль берега за своими питомцами. Кораблики то и дело натыкались на камни или коряги, кружили и опять выскакивали на стремнину. Лэе пришлось один раз зайти в воду по колено, чтобы вытащить застрявшего фаворита. И все-таки ее парусник оказался самым быстрым. Бриг первым выскочил на простор большого пруда и медленно поплыл прочь от берега.
— Он уплывает! — В отчаянии Лэя провожала взглядом прекрасный, удаляющийся корабль.
И не важно, что он сделан из наспех оструганной
Не обращая внимания на жалобный вопль лонка, девочка яростно барахталась, медленно приближаясь к кораблику, а тот, как будто издеваясь, потихоньку удалялся от берега. Вдруг Лэя почувствовала, как ногу свела судорога. Она закричала «Помог…» и тут же хлебнула воды. До берега было ужасно далеко, а ноги не доставали до дна. Она сделала еще несколько конвульсивных гребков и, вдохнув обжигающую воду в легкие, пошла ко дну, уже не слыша, как Хлюп кричал Зару на другой конец пруда, чтобы тот бежал за отцом Лэи. Она не видела, как лонк, преодолевая страх, бросился в воду спасать свою хозяйку.
После короткого шока Лэе вдруг стало легко — она перестала чувствовать боль в ноге и в легких. Девочка внезапно всплыла и, не задерживаясь в воде, поднялась в воздух, увидев, как Хлюп, смешно барахтаясь, плывет к ней.
«Зачем? — удивилась девочка. — Мне так хорошо! И я, оказывается, умею летать!» Она устремилась в полете к дому и увидела бегущего Зара.
«Сейчас, наверное, папа с мамой перепугаются. Вот мне попадет! — подумала она, а потом засмеялась. — Как же они меня здесь догонят? А как, оказывается, здорово летать!»
Ее внимание отвлекли какие-то воспоминания или видения: как будто совсем маленькой она была в каком-то незнакомом замке или дворце. Вокруг были шикарно одетые люди, и даже дядька в короне, который на нее посмотрел. Но она не успела испугаться, так как тут же оказалась на красивой лужайке — такой же, как и некошеное поле, по которому они только что бежали с ребятами. И все-таки это было другое место — без домов или деревьев вокруг.
Ей навстречу вышел добрый дяденька. В том, что он хороший, не было никакого сомнения. Доброта исходила от него светом, так что можно было греться в ней, как на солнышке. Он ласково посмотрел на нее, улыбнулся и произнес:
— Ну, здравствуй, Лэя!
— Ой, откуда ты знаешь мое имя? И потом, мама не велела мне разговаривать с чужими дяденьками.
— Молодец твоя мама, — еще шире улыбнулся незнакомец. — А меня зовут Арсен — я твой ангел-спаситель или буду ангелом-хранителем, если ты вернешься к маме с папой.
— Ой, как здорово! Я никогда раньше не видела ангела! — счастливым голосом воскликнула Лэя. — А ты настоящий? И чудеса делать можешь?
— Настоящий, настоящий… — смеялся дяденька ангел. — А чудеса ты и сама можешь здесь делать.
— Как же?
— Это несложно, стоит только пожелать… Но тебе важно решить сейчас: хочешь ли ты вернуться на Сэйлар в реальный мир, или тебе интереснее быть здесь?
— Здесь, конечно, интересней! — Лэя не сомневалась ни минуты.
— А ты хорошенько подумай: там остались папа с мамой и Хлюп… Ты ведь будешь без них скучать.
Лэя задумалась. «Конечно, чудеса — это здорово, но потом мне обо всем надо будет рассказать маме с папой. Иначе зачем эти все чудеса смотреть, если никому не похвастаться? К тому же я уже и так много видела — есть о чем рассказать!»