Лейкоцит
Шрифт:
— Забавно… — Задумчиво прокомментировала это впервые за долгое время подавшая голос Нагайна.
— В смысле? — Не понял я.
— В прямом. — Пояснила та. — Где это видано, чтобы один чужой, не состоящий с тобой ни в тейме, ни в прайде метаморф, бесплатно поделился едой? Обычно так тоже не принято.
— Но ведь и не запрещено? — Парировал Кенджш. — И вообще, если уж так пошло, то не все дети Биома эгоисты, которые думают только о себе. Да и вообще… Сегодня ты поможешь какому-нибудь… младенцу, а завтра этот младенец внезапно станет главой тейма, а то и вовсе Великим лордом. Станет,
— Припомнит добро? — Закончил я за него, и хрен его знает с чего внезапно добавил:
— Как Быр-Шах по отношению к Кензо, да? Кензо, он ведь…
— С чего ты это взял? — Не на шутку напрягся рептилоид.
— Да, или нет? — Я добавил в голос немного металла. — У них ведь все так и было, да? Кензо оказался в Биоме гораздо раньше Быр-Шаха, и в своё время очень сильно помог будущему Великому лорду, а тот не остался в долгу?
— Об этом не принято говорить. Подними ты сейчас эту тему не в тёмной зоне, а также в присутствии посторонних…
— Значит, угадал. — Вздохнул я, и покосившись на Нагайну добавил, что от пищи мы не откажемся, после чего практически сразу же получив в свои руки…
Сказать по правде, хрен его знает, что именно я сейчас ожидал получить в качестве жратвы, но это точно не должны были быть два килограммового размера… Дохлых таракана, или чего-то максимально к данным тварям близкого.
— Плюйгеры. — Прокомментировала мое очередное откровенное замешательство уже Нагайна. — Это вкусно. Правда вкусно. А ещё это очень полезно, потому что один такой жучок в среднем даёт аж целых две единицы питательной ценности.
— Ясно. — Отозвался я, протягивая напарнице обоих полученных от рептилоида жуков разом, ибо с одной стороны я не какой-то там узкоглазый, чтобы даже с голодухи жрать насекомых, а во-вторых потому что хрен его знает, как мой организм на эту самую еду с непривычки среагирует, и… Ну, реально, мне сейчас, кроме всего прочего, разве что поноса не хватало. — В таком случай вот тебе двойная порция. Кушай, милая. Тебе силы нужны.
— Тебе тоже. — Отозвалась змее-баба.
— Да. Но ты сама сказала, что они дают питательную ценность, а жало на твоём хвосте это активный генм, который в случае нападения на нас сейчас диких мезоморфов будет незаменим, и который потребляет эту самую питательную ценность просто с бешеной скоростью. — Выбрав, как мне кажется, наиболее реалистичное оправдания буркнул я. — А потому жри давай. Жри, моя хорошая, и восстанавливай силы.
— Угу. — Шмыгнув носом, а также моментально, словно пробку фляжки, отворачивая ему голову, и откровенно жадно припадая к оставшейся тушке данного жука, отозвалась та.
— Ну, вот и молодец. — Еле сдерживая рвотные позывы от открывшегося мне зрелища похвалил я Нагайну, протягивая той второго жука:
— А теперь, дополнительная порция, для моей любимой змейки.
— Угу. — Снова кивнула та, отработанным движением сворачивая башку следующему «таракану». Вот только высосать его содержимое у неё уже не вышло. А причиной тому был, в это самое мгновение, раздавшийся неподалёку… Дружный многоголосый вой, что явно принадлежал стае почуявших в нашем лице добычу, мезоморфов…
Глава 10
— Кажется, это «у-у-у»,
— Просто изумительная догадливость. — Фыркнула Нагайна, и указав пальцем здоровой руки в соответствующем направлении добавила:
— Вон они. Четверо.
— Не четверо, а шестеро. — Возразил Кенджш. — Там вообще-то ещё двое за горбом спрятались.
— Их там не шестеро, а семеро. — Добавил Пинджш. — Потому что слева на уступе ещё один залёг.
— Кого «их»? — Поинтересовался я изо всех сил, однако при этом по-прежнему безрезультатно, всматриваясь в том же самом направлении.
— Мирмиков. — Пояснила змее-баба.
— А это вообще, кто? Нет, и так ясно, что это мезоморфы. Но мне бы чуть больше конкретики, потому что…
— Предупреждён, значит вооружен. — Закончила за меня Нагайна. — Логично. Короче, того Быргла, от которого мы с тобой сбежать умудрились помнишь?
— Я его не просто помню, я его теперь хрен забуду.
— Так вот Мирмики, это, примерно, то же самое. Только ростом где-то тебе по пояс, гораздо более… худосочные, шустрые, в чешуе, и охотятся стаями. А ещё они слепые. Но не надейся, что отсутствие у них глаз…
— Сильно помешает, им же нас сожрать. — Закончил уже я нее, одновременно с этим прикидывая боевую мощь нашего отряда. Какого бы то ни было доверия та не внушала совсем. Ибо Монах, он явно вообще не боец. Я, если приспичит, сражаться, конечно, буду, вот только в силу убогости своей… Базовой физической оболочки многого определённо не на воюю. Нагайна, это уже более серьёзный аргумент в предстоящей схватке, да только при её нынешних повреждениях, это не она меня, а я её защищать должен, потому что если сдохнет она, то сразу же автоматически сдохну и я. А, следовательно, всё грядущее сражение в первую очередь ложилось на плечи этих двух… Рептилоидов, что и должны были сейчас выступить так называемым… Авангардом. Причем, судя по взгляду, которым тотчас и переглянулись между собой два эти «брата-акробата» пришли те к точно такому же выводу, и вывод этот им ой как не понравился.
— Значит, так… — Открыл было рот Кенджш, однако я жестом велел ему умолкнуть, и он, что удивительно, послушался.
На какое-то время в воздухе повисла новая тишина.
— Значит, так… — После максимально быстрых, и крайне напряженных раздумий нарушил оную уже я. — Заткнитесь, и… Точнее, не заткнитесь, а молчите, пока я не спрошу. А как спрошу, будете отвечать. Вопрос первый: Мезоморфы первым делом нападают на противника с самой высокой питательной ценностью, так?
— Угу. — Ответила за всех Нагайна.
— Отлично. — Кивнул я. — А теперь давайте определимся, у кого из нас эта самая питательная ценность сейчас наибольшая. У меня ее семь единиц.
— Одиннадцать. — Подала голос змее-баба. — У меня ее пока всего одиннадцать, но как только питательные вещества из того плюйгера усвоятся, будет минимум на единицу больше. Только процесс усвоения не быстрый. Хотя бы половину мини цикла надо.
— Ясно. — Кивнул я, молча указывая пальцем на Кенджши.
— Тринадцать. — Отозвался тот. — У меня сейчас пока питательной ценности тринадцать, а у брата пятнадцать.