Лгунья
Шрифт:
— Мы сейчас тебе поможем! — крикнул Шидай, но прежде, чем он успел что-то сделать, мужчина наклонился и поднял девушку, прижав её к груди одной рукой. Второй он зачем-то нашарил какой-то тёмный предмет рядом и, взяв его, медленно поднялся на ноги.
— Давай руку!
Мужчина вскинул голову, и лунный свет блеснул в пустом взгляде.
— Я сам.
На какое-то мгновение Ранхаш застыл, узнав Виидаша.
Парень, пошатываясь и нещадно качаясь из стороны в сторону, выбрался наружу и зашагал в сторону города. Ранхашу пришлось заступить
— Верни её мне.
Виидаш окинул его пустым взглядом и повторил:
— Я сам. Я позабочусь о ней сам.
Ранхаш шагнул было ему навстречу, но в его плечо неожиданно впились пальцы Шидая.
— Прекрати, — прошипел лекарь. — Не трогай его. Расступились все!
«Тени» послушно и молча расступились перед шатающимся Виидашем, и тот, спотыкаясь, продолжил свой путь.
— Шидай! — рассерженно прошипел харен, но лекарь перебил его:
— Мальчишка с ума сходит! Не лезь! Живо, подгоните какой-нибудь экипаж! К Виидашу подгоните!
Отдав распоряжения, лекарь бегом припустился за Виидашем и ласково зажурчал:
— Сейчас до дома доберёмся и спать ляжем. Да, Виидаш? И Майяри спать уложим. Можно я ей волосы поправлю? А то они ей дышать мешают.
Шидай осторожно прикоснулся к шее Майяри и торопливо нащупал пульс. Лицо его просияло от облегчения, и он едва заметно улыбнулся Ранхашу.
Ранхаш стиснул зубы, чувствуя, как внутри всё туже и туже затягивается узел напряжения.
Виидаш не отпустил Майяри ни в экипаже, ни у ворот имения. Всё с тем же стеклянным взглядом он поднял девушку, выбрался из кареты и, пошатываясь, направился к скрытому во тьме дому.
— Мой господин! — ахнул выскочивший на шум дворецкий. — О боги! Что произошло?
Виидаш словно бы его и не услышал и, пройдя мимо, начал подниматься по лестнице.
— Лекаря позови, — распорядился следующий за ним Шидай, и дворецкий, вздрогнув, ошеломлённо уставился на него.
На второй этаж они поднимались долго. Так долго, что их нагнал Ерон Ишый.
— Что ты ещё сотворил, паскудник? — набросился было прадед на правнука, но заметив Шидая, осёкся и побледнел.
— Лекаря пришли, — чуть устало попросил Шидай. — Я один не справлюсь.
Ерон покачнулся и отступил, давая ему дорогу.
В спальне Виидаш аккуратно положил Майяри на постель и наконец потерял сознание, едва не грохнувшись на пол. Выроненный тёмный шар закатился под кровать, а Шидай осторожно положил парня рядом с Майяри и поторопился расстегнуть на нём одежду.
В комнату в одном халате ворвался заспанный лекарь. Увидев своего господина, он молча бросился к нему и начал быстро-быстро ощупывать. Шидай же склонился над Майяри.
— Как?
Оба лекаря вздрогнули и с недоумением посмотрели на харена, замершего в тени.
— У него очень много повреждений, — первым ответил лекарь семьи Ишый. — Мне сказали, что он сам поднялся по лестнице, но я представить себе не могу, как он сумел это сделать.
— Шидай, — требовательно позвал Ранхаш.
— Кости
Шидай посторонился, позволяя Ранхашу приблизиться, и тот увидел разорванные рукава и почерневшие, обуглившиеся браслеты, спрятанные под ними.
— Очень глубокие ожоги и из-за этих браслетов до них не добраться, — с досадой прошипел Шидай. — Но я что-нибудь придумаю…
Ранхаш подался вперёд и подцепил когтями прикипевший к коже край браслета. Его пальцы впились в металл, растягивая его в стороны, и браслет вспыхнул. Несильно, недавний всплеск силы слишком его попортил, но достаточно для того, чтобы по комнате расползся тошнотворный запах горелого мяса. Руки харена напряглись ещё сильнее, браслет вспыхнул ещё ярче и… начал рваться. Одна за другой нити почерневшей паутины с надрывным звоном разрывались и отходили от кожи девушки. Трещины ожогов засочились кровью, неприятный запах усилился и наконец последняя нить разорвалась.
Ранхаш отбросил покорёженный браслет вместе с приставшей к нему собственной кожей и склонился над другой рукой. Шидай не пытался его остановить, просто наблюдая, как рвётся и корёжится раскалённый металл под пальцами его господина.
— Лечи, — тихо приказал Ранхаш, отступая и отбрасывая второй браслет.
Шидай окинул взглядом его обожжённые ладони и повернулся к девушке.
— Я разберусь с этим, — пообещал он.
Ранхаш ещё несколько минут наблюдал, как лекарь обмывает пострадавшие руки девушки и осторожно срезает с неё грязное платье, прислушивался к нарастающему шуму в доме, а затем вышел в коридор и, прислонившись к стене, медленно сполз на пол.
Стена за спиной воскресила и без того свежие воспоминания того, как к нему в поисках защиты прижималась девчонка, и мужчина запустил пальцы в волосы, совершенно не замечая пронзавшую ладони боль.
Он обещал её защитить. Но не смог.
Конец первого тома
С момента начала истории (без учёта пролога) прошло 2 месяца и 8 дней. Осталось три дня до Обновления Года.
Конец
Титулы и чины Салеи
Хайнес (женский титул хайнеси) — титул правителя Салеи. Является наследуемым. Правители Салеи оборотни-совы.
Хайрен (хайрени) — титул детей хайнеса. Даётся только детям хайнеса. Остальные родственники до пятого колена почтительно величаются рисами — «потомками сильнейшего».
Консер (женский титул консери) — один из титулов Салеи. Почти то же самое, что и герцог. По функциональным особенностям можно поставить в один ряд с князем. Выше консера только хайнес. По сути консер — помощник хайнеса, и под его руководством и владением находятся несколько регионов страны.