Лицеист
Шрифт:
— Я бы тоже с удовольствием позащищала тебя от этой охамевшей овцы! — воинственно заявила Янка, покачав мои бедра из стороны в сторону и, тем самым, не позволив поддаться волне лютой ярости, накатившей из глубины сознания при слове «русалка». — Но толку от этого будет немного — я учусь в другом корпусе и пересекаюсь с вами только на большой перемене.
— Кстати, милый… — промурлыкала Наоки. — Имей в виду, что обдурить взрослую и опытную женщину не так просто. Поэтому выпусти наружу весь интерес, который испытываешь к нам, и веди себя так, как будто изучил вдоль и поперек. То есть, спокойно
Как только она договорила эту фразу, обе «мои женщины» вжались в меня упругими бюстами и положили головы на плечи.
— Дауд. В курсе. Вашего. Решения? — отрывисто спросил я, с огромным трудом загнав ярость в более-менее приемлемые рамки.
— Угу… — сыто мурлыкнула… Лиджуан. — И весьма достойно показал себя на первой «тренировке». В общем, выключи уже стеснение и прижми к себе своих женщин. Только по-хозяйски, а то мы не поверим.
Стеснение? Ха! Я жаждал крови твари, нацелившейся на кого-то из нас. Поэтому притянул к себе обеих девушек, поцеловал в шейки так, как научила Варя, и холодно усмехнулся:
— Беренике Бурджит, говорите?
— Да!!! — хором воскликнули все четыре «заговорщицы», как-то доперев, что я вышел на тропу войны.
— Ей пора начинать копать себе могилу…
…Состояние ледяной ярости, не покидавшее меня с момента получения новости о русалке, не мешало думать, поэтому, как только девушки умотали переодеваться к обеду, я отправил Волконской сообщение с просьбой набрать меня при первой же возможности. Кодовое слово, сообщавшее о проблеме, требующей разговора по защищенной линии, сработало, как часы, и я, ответив на звонок, быстренько поделился и неприятной информацией, и решением моих защитниц.
Государыня поздравила меня с первым шагом к превращению команды в единый кулак, а потом перестала валять дурака и посерьезнела:
— Вскрывать русалку в данный момент по ряду причин нецелесообразно. В смысле, нам. Но если она вскроется сама с активной помощью ваших оторв, то это будет совсем другой коленкор. В общем, спускайте подруг с поводков, но на всякий случай замените Валю Варварой, а Сома — любимой тетушкой и не встревайте в женские разборки. Далее, к вам уже выехал курьер от Ярослава с небольшой посылкой. В ней десяток мощных линз-камертонов и накопитель со схемами продвинутых заклинаний последних ступеней ранга подмастерье. Линзы, как нам кажется, пригодятся пестунам, а новые заклинания — всем членам команды. И последнее: завтра в лицее появится сразу четырнадцать новых учащихся, а после обеда может полыхнуть у ребятишек из княжеских родов, так что будьте готовы ко всему на свете и отправьте Валю во Флигель или в городскую квартиру…
Намек на желательность усиления слепком Палыча и его подчиненных, прозвучавший в этом монологе, лег на подготовленную почву, поэтому после обеда я встретил курьера, потом посоветовался с матушкой, на пару с ней наведался в домик для Слуг и провел что-то вроде церемонии повышения уровня вовлеченности пестунов в дела Шаховых. Впрочем, усилил их только после того, как понял, что все семеро оценили открывающиеся перспективы и сделают все, чтобы в обозримом будущем получить возможность образовать свои ветви.
Кстати, реакция циничных и умудренных опытом вояк на описание последствий проведенного «изменения» откровенно польстила и… заставила задуматься о том, что я, по сути, растратил весь имеющийся задел на новом пути, а новых шагов не делал целую вечность. Поэтому, раздав воякам линзы-камертоны,
Я попытался заявить, что подготовка этого мероприятия дело небыстрое, но был перебит Даудом, нарисовавшимся в коридоре самым последним:
— Банька уже раскочегарена: я сообщил горничным, что мы собираемся попариться, еще перед обедом. Так что единственное, что нас держит в доме — это твоя инертность.
— Так меня еще никто не обзывал! — «обиженно» выдохнул я и под смех ребят развел руками: — Ладно, разбегаемся за купальниками и плавками, а через десять минут встречаемся у лестницы…
Как ни странно, через десять минут к лестнице подошли только Янка, Дауд, Эиру, Наоки и Лиджуан. А когда я потянулся к комму, чтобы поторопить где-то задержавшуюся Валентину, младшая сестренка сообщила, что личные помощницы, телохранительницы и другие взрослые прелестницы отправятся греться после нас, ибо нам, парням, пора притираться к своим женщинам.
Аль Сауд, судя по дурной улыбке, «напритиравшийся» к «волшебнице» по самое не могу, на эту шутку даже не отреагировал. Зато «одноклассницы» довольно хохотнули и развили столь перспективную тему для подначек. Но… после того, как подхватили нас под локотки и потащили вниз по лестнице. А в баньке шарахнули по моей слабой подростковой психике из главного калибра. В смысле, после недолгого исчезновения в женской раздевалке вернулись в комнату отдыха в о-о-очень минималистичных раздельных купальниках!
Ну, что я могу сказать о своей реакции на убийственную красоту форм? Лица не потерял, так как предусмотрительно сдвинул фокус внимания на «петли». Но на несколько секунд выпал из реальности. В смысле, прикипел восхищенным взглядом к тяжеленному бюсту Лиджуан, чисто символически прикрытому небольшими черными треугольничками, и спешно заставил себя отметить, что дельты она основательно перекачала.
Потом залип почти на столь же объемную грудь Эиру, надевшей ярко-красный купальник, и из вредности придрался к бицепсам.
Затем немного полюбовался прелестями Наоки, обтянутых желтыми «тряпочками», и понял, что в этом комплекте мне нравится все.
А для того, чтобы не захлебнуться слюной, перевел взгляд на выдающиеся достопримечательности младшей сестренки, к которым давно привык. И, слегка «отдохнув» на внушительных полусферах, вроде как спрятанных под ярко-оранжевым лифчиком, услышал довольные смешки всех четырех оторв.