Лицеист
Шрифт:
— Вы называете это словом «нашелся»?! — сварливо спросила Мирослава Михайловна. — Я бы выразилась иначе. Скажем, напомнил о себе. Дал понять, что ему там некомфортно. Или… во, придумала: вышел из себя!!!
Тут обе женщины расхохотались в голос и действовали нам на нервы секунд десять, если не все пятнадцать. Слава богу, потом смилостивились и объяснили понятнее. Вернее, объяснила. Волконская:
— «Кайзер» был «заряжен». Программистами и саперами СИБ. Когда его нагло вкатили в подземный тоннель, соединявший деловой центр «Суоми» с британским посольством, и на всякий случай добросовестно заэкранировали, один из артефактных блоков-сюрпризов перестал ловить сигнал со спутника и активировал другие сюрпризы. Искин, как видите, сопротивлялся почти сутки, и похитители, озверев, использовали для взлома все имеющиеся
программисты СИБ, довольно потирая ручки, изучают полученный подарок, а мы… мы тут ни при чем. Совсем-совсем!
— Так, стоп! — воскликнул я и «злобно» уставился в бесстыжие глазенки старшей сестрички: — Получается, что твое вчерашнее бешенство было чистой воды притворством?!
— Не-не-не, как ты мог такое подумать? Я ж любила несчастный «Кайзер» искреннейшей любовью и, понимая, что он обязательно рванет, заранее бесилась!
— И ничего не сказала… — обиженно выпятив нижнюю губу, добавила Яна, решившая меня поддержать. — Ну, и кто ты после этого?!
— Актриса, отыгравшая свою роль на четырнадцать баллов из десяти возможных! — хохотнула эта оторва.
— А почему четырнадцать? — спросила ее племяшка и, как ни странно, услышала сразу три абсолютно одинаковых ответа:
— По баллу за каждый килограмм взрывчатки!
Тут мне прилетело в печень:
— Ты знал?!
— Нет, только что догадался.
— Тогда ТЫ, так и быть, прощен… — великодушно заявила «младшая сестренка», а потом посерьезнела и встревоженно уставилась на Волконскую: — Ваше Императорское Величество, теперь нам надо ждать ответной реакции обозленных британцев, верно?
— Вам мстить никто не будет: следователи СИБ, обнаружившие тоннель благодаря ударной волне, прокатившейся по нему до гаража «Суоми», вот-вот «найдут» записи с камер видеонаблюдения, на которых видно, как некий дрон, еле просвечивающий сквозь высокоранговую иллюзию, залетает под «Кайзер» Раисы Александровны и таким хитрым образом проникает на британскую территорию. В общем, как я уже говорила, мы тут ни при чем. Совсем-совсем!
— А жертв много? — дождавшись паузы, спросил я.
— Не думаю — сегодня суббота, значит, большая часть рядового персонала отдыхала… — спокойно ответила Мирослава Михайловна и… добавила в голос металла: — Впрочем, рвани «Кайзер» в будний день, я бы тоже не расстроилась — по нашим данным, на конец декабря прошлого года порядка девяноста трех целых трех десятых процента сотрудников посольства Великобритании так или иначе работало на ее разведывательные службы…
…Волконская улетела во дворец ровно в час основательно перебравшей адреналина и довольной до невозможности. А мы оставили все три «Искорки» под присмотром Геннадия Осиповича и толпы механиков команды Суккубы, загрузились в «Хозяина Леса» и поехали в город. Естественно, не одни, а в сопровождении его «клона» с дежурной сменой моих телохранителей. Особо не гнали, ибо за пять часов дуракаваляния на автодроме накатались если не до потери пульса, то до моральной усталости, соответственно, предпочли двигаться на расслабоне. Кстати, рулила Раиса Александровна, решившая взять на смену «Кайзеру», почившему в бозе, такую же машинку, как у меня, и заранее привыкавшая к ее габаритам, массе и нраву. Ну, а я полулежал в соседнем кресле и страдал из-за того, что не мог подставить плечи умелым ручкам Замятиной. А еще лениво переписывался с Даудом и Костей Задорожным, отвечал на вопросы Янки и самым краем сознания обдумывал все то, что мне наговорила государыня. Да, именно обдумывал, а не упирался в те моменты, которые чем-то не нравились. Почему? Да потому, что эта женщина спасла и вернула мне матушку, а значит, я не имел морального права кривить
В общем, дороги до Военной Академии имени Шуйского
не заметил. Зато стоило Суккубе заглушить двигатель, как бездумно перешел в боевой режим, в темпе поднял спинку сидения в нормальное положение, выбрался из салона, помог Земляничкам и, подхватив их под локотки, повел к парадной лестнице одного из престижнейших учебных заведений Империи. «Прабабки» возле здания, само собой, не обнаружилось, зато там нашлись Тимофей Ильич Светлов и Мстислав Рогволдович Гаранин.
Дождавшись, пока мы подойдем поближе, Архимаги учтиво пожелали нам хорошего дня, выслушали ответные приветствия и высказали мне свое «фи». Пришлось выкручиваться — напоминать, что у меня нет их личных айдишек, а значит, я при всем желании не смог бы сообщить об этой дуэли.
— Это исправимо! — весело заявил Огневик и первым прислал нужный файл.
— Угу… — подтвердил Земляк, последовал примеру друга и попросил в следующий раз не стесняться. Ибо с Валентиной Алексеевной они, вроде как, созваниваются нечасто, но горят желанием отслеживать мое развитие!
Я пообещал постараться, а через несколько минут понял, что интрига «прабабки» была затеяна не зря: дежурный офицер, встретивший нас в фойе и выяснивший, для чего мы прибыли в Академию, попробовал меня культурно послать.
А это страшно оскорбило моих «спутников»: толком не дослушав его отповедь, Архимаги одновременно схватились за коммы и набрали начальника этой богадельни. Правда, потом Гаранин сбросил вызов и уставился в камеру друга, но это ничего не изменило: как только на том конце линии послышался чей-то голос, Огневик с Земляком перешли на рык и объяснили собеседнику, что «ученик Мстислава Рогволдовича» доберется до курсанта, оскорбившего его подругу, даже в том случае, если к нужной казарме ему — то есть, мне — придется идти по развалинам всех остальных зданий Академии!
Тут «голос» попробовал заявить, что, по его данным, произошло какое-то недоразумение, и разозлил Светлова по-настоящему:
— Геннадьич, какое, к этой самой матери, недоразумение, если я навел справки и точно знаю, что наша девочка почти сутки загорает на гауптвахте, что дежурной целительнице, нарушившей приказ твоего заместителя первым делом вылечить его ублюдочного сынишку, влепили выговор с занесением в личное дело, и что дежурный по Академии получил приказ гнать Лютобора Игоревича Шахова в шею?! В общем, так: мы с Мстишей ведем нашего парня к корпусу боевой и физической подготовки, а ты отправляешь по этому же адресу обоих Колмогоровых…
— … и Викторию Жданову, мою ученицу, которой не повезло попасть в твой вертеп! — добавил Гаранин, не услышал ожидаемого ответа и озверел: — Леха, а ведь мы не шутим: если ты не выполнишь эти настоятельные просьбы в течение четверти часа, то мы с Темой вызовем на дуэль и Егора, и тебя! Чем это закончится, представляешь?
— Э-э-э… да!
— Тогда начинай шевелиться, паскуда…
…На территорию Академии мы вломились еще до того, как напрочь деморализованный дежурный получил соответствующий приказ от своего самого большого начальника. Судя по уверенности, с которой Архимаги выбрали направление, они знали это учебное заведение ничуть не хуже, чем наш лицей. Лапина, Палыч и Кнут, вне всякого сомнения, тоже были в курсе, куда именно нам надо попасть. Ну, а мне и обеим Земляничкам было все равно — мы понимали, что все уже решено, поэтому наслаждались тем, что видели и слышали. А интересного было предостаточно. К примеру, чисто армейский порядок, царивший на территории, уставные цвета всего, на что падал взгляд, вымуштрованные каре из курсантов, изредка попадавшиеся на пути, их бег,