Лич
Шрифт:
Следом за дорогами попалась информация о стационарных накопителях. Специфические штучки, такие себе обелиски-стелы, разные для каждого типа замка, но все они могли запасать ману. Нежити рекомендовалось их на погостах размещать, всякой длинноухой гадости в лесах, рыцарям на площадях населенных пунктов и перекрестках оживленных дорог, магам в источниках стихий, родники там, да горы с холмами разные. Короче говоря, каждому свое, но, в принципе, можно в любом месте обелиск воткнуть. Работать будет, но удовольствие дорогое, а эффективность напрямую зависит от места и времени. Тем не менее, как полевой заменитель источника магии для армии обелиск не заменим. Правда
Вот где-то на обелисках меня посетила мысль о том, что их можно выкопать и использовать во время военных кампаний. Особенно наши некросовские хороши должны быть. А что, припер, вкопал, и каждая смерть в округе на пользу идет. Такой себе эрзац алтаря для жертвоприношений. Игра на это ничем не ответила, да я и не ждал особо. Главное, в справке отсутствовали указания на то, что здоровенный каменный штырь нельзя переместить. В общем, сделал заметку о необходимости проверки предположения и отложил идею до лучших времен.
«Опять?!» — сообразил, что вместо попыток вспомнить и понять, чем важна мысль о подстройке игры и каким боком она к моему прошлому, вновь повторяю ту же ошибку что и во время чтения. Отчего-то разум упорно отказывался работать в нужную сторону. Как не напрягал голову, но передо мной словно стена была. Все чего добился — родил идею почитать о себе любимом. Как-то сочиненную игрой биографию упорно игнорировал, не считал ее важной и обделял вниманием. Нет, ну в самом деле, какая к светлым разница, что там за бред искин игры напридумывал?
Тем не менее, внезапно стало любопытно. Бросил взгляд на карту, оценил время до начала схватки за Домик Алхимика и решив, что время есть, мысленной командой вытащил Книгу знаний. Биография персонажа нашлась без проблем. «Почитаем», — усмехнулся, заранее настраиваясь на поток типового бреда от искина.
История моего виртуального прототипа неожиданно увлекла. Конечно, дана она была без особых подробностей, что-то вроде заготовки для приключенческого романа в жанре фэнтези.
Средний сын видного сановника из древнего и влиятельного рода. Тихий мальчик с даром, немного отстраненный от семьи и мира, любящий книги и библиотечную пыль. В раннем возрасте был отправлен в магическую академию, где и жил не зная горя, радуя наставников послушанием и прилежанием, но расстраивая их же застопорившемся прогрессом. Отменный контроль и знания, лишь до поры позволяли компенсировать недостаток сил. В это же время над родом сгустились тучи. Отец отказался участвовать в заговоре против короля, был убит и ложно обвинен. Нашлись свидетельства и доказательства, арестовали старшего брата и тот, то ли под пытками, то ли за обещание сохранить жизнь остальным, оболгал себя. Позорная казнь и рескрипт объявляющий род вне закона.
Истинные виновники первыми привели войска на земли приговоренных, вырезали всех, лишь до укрытого стенами академии мальчишки они не смогли добраться сразу. Побег, скитания, тяжелые испытания и брак по расчету с дочкой купца, страшный мезальянс, но тесть был сказочно богат, а для мести требовались деньги. Заговорщики свергли короля, но их коалиция продержалась недолго, грызня переросла в междоусобицу, а там и вовсе началась война всех против всех. В этой мутной воде и была совершена месть. Лишь детей и женщин врагов пожалел объединивший страну герой, вернувший на трон законного наследника, чудом пережившего смутное время. Благодарностью ему стал нож в спину.
Сперва недобитые рода лишили его семьи и детей, подослали убийц, а затем, когда он был готов нанести ответный удар, посаженый
Он отрекся от всего ради мести. Мести всему миру. Он просто боялся, что не сможет поднять руку на невинных, не сможет переступить себя и убивать беззащитных, даже если те плоть от плоти и кровь от крови его врагов. Магия испепелила обреченное тело, изменила душу, превратила ее в нечто схожее с искрой смерти, но наделенное разумом и волей. Он метался по миру теряя себя, искал подходящее тело. Нашел его тут, в этом медвежьем углу. Он восстал из мертвых. Вернулся, став личем. Он не был бездушной машиной, просто у него была мертвая душа.
Дочитав последние строки и оставив Книгу висеть в воздухе, откинулся на спинку трона. Сложив пальцы домиком и уперев указательные в переносицу задумался. Меня пугало, что местами эта история перекликалась с моими воспоминаниями. И ладно, если бы это были просто какие-то совпадения, но нет, страшило другое. Что из созданной искином легенды стало частью меня — вот что вызывало дрожь. Откуда-то мне было точно известно, что некоторые препараты не просто лишают воли и корежат память, но и дают разнообразные последствия при совмещении их с капсулами полного погружения. Кажется, с чем-то подобным я работал. Нет, исследовал и что-то обнаружил. Но…
— Владыка, войска разворачиваются, — прошелестела Чикахуа, вновь принявшая человекоподобную форму и спустившаяся к карте.
— Интересно, — потер руки и мысленной командой убрал Книгу знаний в инвентарь.
Честно говоря, я был благодарен банши за возможность переключиться. Мозги от напряжения и так грозились вскипеть и из ушей вытечь. «Сперва выберусь из капсулы, а там и разбираться буду, сколько во мне меня осталось», — решил, отодвинул думы и, подрегулировав масштаб карты, сосредоточился на происходящим возле Домика Алхимика.
Глава 24
Дубровский с Гарарорном мудрить не стали, развернулись в классической формации — зомби и скелеты образовали центр, а конница из смертил встала по флангам. Лучники образовали два отдельных отряда, а призраки действовали россыпью. Большая часть заняла позицию в промежутках между центром и флангами, меньшая выдвинулась вперед и наблюдала за врагом.
Каким образом противник успел обнаружить подход нежити оставалось загадкой, скорей всего использовался аналог моего «Ока» или еще какое колдовство. Достаточно приблизившиеся призраки разглядели последние аккорды построения. Маги не стали мудрить и разделять силы, гремлины и големы были собраны в единый ударный кулак, разделённый на пальцы баталий. Стоило поиграть с масштабом карты и почитать всплывшие подсказки, как стала ясна их структура. Колдун в качестве ядра, десятки гремлинов — охрана и поддержка, големы — ударная часть.
Мои войска остановились. Рядом с прямоугольником центра и треугольниками флангов стали появляться пиктограмки. Стоило на них сосредоточиться, как игра выдала пояснение — бафы. Ускорение, костяная броня и разные щиты. Ксипил и приданные ему личи не мелочились — зелий маны у них хватало, вот и колдовали. Разумеется, враг проделал то же самое. Правда, что именно маги на своих воинов наложили оставалось неизвестным. Наконец с подготовкой было закончено и мои пошли вперед.
— Начинается, — простонала Чикахуа в нетерпении и, сжавшись в шарик, зависла над картой.