Личинка
Шрифт:
— Да я уже не хочу спать, — зевнув, ответила девочка.
— Ну, значит, не будешь спать, — улыбнулся ей в ответ.
«Так, Кристина, будешь выкобениваться — отформатирую!» — постарался добавить в свои мысли угрозу.
«Такой функционал не предусмотрен в настройках системы».
«Ну, тогда отформатирую свою голову, но тебя сотру».
«Данное действие приведёт к гибели носителя», — как-то неуверенно ответила Кристина.
«Так, всё, прекратили
«Да».
У меня даже глаз дёрнулся. Но Кристина, как почуяв моё настроение, продолжила:
«Каждое использование умения или способности, отнимает от запасов энергии определённое значение, но зависимость тут нелинейная. Каждое применение того или иного умения будет забирать разное количество энергии в зависимости от ситуации».
Да уж, я вспомнил свою встречу с ментом в воротах замка и, то, какой молнией я его угостил, тут уж точно нелинейная зависимость будет.
«Жаль, а так хотелось для каждого умения вывести свой индикатор, чтобы знать, сколько его ещё раз можно использовать».
«Внутренний источник энергии можно разделить по количеству умений и способностей».
Я даже есть перестал от полученной информации. Но подумав немого, решил уточнить:
«То есть, ты можешь единый источник энергии разделить на три для каждого умения, а обратно объединить их можно будет?»
«Ничто не мешает впоследствии вернуть всё в исходное состояние».
«Тогда приступай».
«Процедура разделения источника начата, операция завершится через тринадцать минут».
От возмущения я даже ложку выронил. Света, задремавшая прямо за столом, подняла голову и сонными глазами посмотрела на меня. Улыбнувшись девочке, я обратился к своей любимой шизе:
«Отставить разделение источника!»
«Процедура разделения источника отменена».
«Кристина, скажи-ка мне, а как долго будут объединяться источники, если мне это потребуется?»
«Для слияния разделённых источников потребуется от двадцати до тридцати минут, в зависимости от состояния организма».
М-да, раскатал губу, думал, как у Артёмки в играх будет, ан нет, в жизни всё сложней и тоскливей.
«Тогда оставляй индикатор энергии, только размести его в правом верхнем углу поля зрения и разверни его горизонтально и никакого слияния не надо».
Индикатор из центра поля зрения, переместился на периферию, а за моей спиной послышался звук открываемой двери.
— Кто вы такой и что тут делаете? — раздался хриплый голос.
Мельком оглянувшись, увидел стоящего в дверях мужика, сжимающего в руках резиновую дубинку, за его спиной маячил
— Как что — кушаю, неужели не видно? — ответил я, вставая из-за стола и вытерев губы тыльной стороной ладони, повернулся к вошедшим. — Или это уже преступление, в собственном доме, ночью забраться на кухню?
Увидев мои глаза, собеседник отшатнулся назад, чуть не наступив на ногу своему спутнику. Решительно перехватив дубинку, как будто это было автомат, он шагнул в кухню и, повышая голос, спросил:
— Кто вы такой?!
Оглянувшись на уснувшую за столом Свету, попросил, указывая на ребёнка:
— Говорите тише, ребёнок спит.
— Нечего прикрываться детьми, отвечать!
— Я уже старших вызвал, — вылез из-за спины мужика пацан.
— Что здесь происходит?! — раздался из коридора недовольный голос Надежды Константиновны.
М-да, и у кого из нас есть телепортация?
— У нас нарушитель, воровал продукты, — сообщил старший охранник.
В проёме двери замелькали отсветы фонаря, и на пороге нарисовалась фигура нашего хозяйственника, в цветастом халате и домашних тапочках. В руках она держала керосиновую лампу, свет от которой прожектором старался выжечь мои глаза. Заслонившись от бьющего в глаза яркого источника, попросил:
— Надежда Константиновна, можно сделать свет не таким ярким?
Подняв лампу повыше, она подкрутила колёсико, уменьшая размер фитиля притушив яркость света до приемлемого уровня.
— Андрей Анатольевич, что вы делаете на кухне? — вперив в меня свой суровый взгляд, спросила она.
— Странные вопросы вы задаёте, что может делать мужчина ночью на кухне? Холодильник искал.
— А утра дождаться не судьба? — ворчливо спросила она, разглядев в неверном свете керосиновой лампы пиршество устроенное мной.
— Простите великодушно, но так кушать хотелось, что ноги сами меня во сне сюда привели, — с улыбкой ответил я.
В этот момент Надежда Константиновна заметила уснувшую Свету.
— А ребёнка то вы зачем сюда притащили? — понизив голос до шепота, спросила она. — Или вы уже забыли, где у нас кухня располагается?
— Что здесь происходит? — в кухню, отодвинув пацана с дубинкой и заслоняя глаза от света лампы, шагнул Дмитрий.
— Мама, убери свет, — попросил он.
Надежда Константиновна убрала лампу за спину, сведя освещение к минимуму.
— Андрей Анатольевич, вы чего по ночам по дому бродите, дежурных пугаете?
— Раз брожу, значит надо, — грубо ответил я и, подойдя к так и не проснувшейся девочке, поднял её на руки. — Просто человека надо хотя бы раз в день кормить, а не держать под капельницей!