Личный враг
Шрифт:
Надо сказать, это было не просто внутреннее решение школы, поскольку за ним не лежало формального повода. Например, высокого места в Большой Гонке, до которой тогда было еще далеко. Поэтому Совет также должен был подтвердить назначение.
И Совет проголосовал за Ран-Рана, настолько его впечатлил подвиг воина.
С этим даже Гоен не мог поспорить… Однако причиной его недовольства была не слава Ран-Рана и не то, что Столп мог помешать альянсу — гигант не претендовал на сектор. По крайней мере, не высказывал подобных намерений. Опасность заключалась
Стать Четвертым!
К сожалению, сколько существует претендентов и какой информацией они обладали, Гоен доподлинно не знал. Но был уверен, что среди высокопоставленных членов школ и больших гильдий такие адепты имеются.
И, скорее всего, многие из них прибыли на Глирд.
А что, это было логично. Ну а где еще им реализовать свою мечту? Ведь в Большой Гонке высокоуровневые адепты были скорее няньками, чем активными игроками. Это только Ноколос придумал, как стать Четвертым в мертвом кластере. Да, возможно, имелись и другие желающие, но слишком многое должно было совпасть. Например, нужно было стать лидером всей Большой Гонки, чтобы в самом конце возглавить всех адептов.
И принести их в жертву.
Надо сказать, это был поступок, к которому Гоен не знал, как отнестись. В отличие от Ноколоса он опасался так рисковать. Не из этических соображений, просто ему требовался более надежный план.
Тем более Ноколос не мог стать четвертым в Квазаре. Он только закладывал свой путь. Целью Ноколоса было прозрачное Тело Потенциала, которому полагалось стать первым шагом…
В этом смысле серая зона давала больше возможностей, потому что тут происходили вещи, невозможные в других местах. Не зря же именно в серой зоне альянс Феникс планировал выращивать Тела Потенциала…
В любом случае несложно было догадаться, что именно на Глирд слетятся претенденты на звание Четвертого. Это было очевидно и сильно напрягало Гоена. Ведь стать Четвертым — это не просто открыть какой-нибудь новый навык или получить следующий ранг. Нет, это означало, что адепт должен «выцарапать» свое имя на потоке реальности, как поэтично утверждалось в архивах Ноколоса. То есть сделать нечто такое, что отразится и на претенденте, и на Реальности. А подобные вещи никогда не делались толпой.
Должен быть один победитель, который заберет все…
— Зиглар, следи за Ран-Раном. Я хочу знать, чем он занимается, с кем встречается и какие у него планы, — приказал Гоен.
— Ты хочешь пригласить его в наш альянс? — уточнила думающая машина.
— Мысль интересная, но пока подождем. Если он сам попросится, тогда мы его возьмем. Так будет еще проще за ним наблюдать.
— Хочу отметить, что следить за сильными адептами сложно.
— Так используй больше агентов.
— Их могут заметить, а это создаст проблемы.
— Только не на Глирде, — рассмеялся Гоен. — Посмотри, сколько тут Опор. Уверяю тебя, все они постоянно шпионят друг за другом. И за нами
— Разумеется, я буду действовать анонимно! — возмутился Зиглар.
— Тогда не вижу проблем…
Следующие четверть часа Гоен бродил по залу, здоровался со знакомыми и обсуждал Альянс Феникс, пока наконец не объявили начало торгов. Он сам в них не собирался участвовать — у альянса имелись закупщики. Более того, собственные отряды собирали достаточно добычи — одно из преимуществ огромной армии свободных.
Однако на аукционе можно было оценить планы и возможности присутствующих…
— Насладимся представлением, Зиглар, — пробормотал Гоен, усаживаясь в первый ряд.
Стыдно сказать, но большой Торговый Зал был настолько не приспособлен к встрече высокопоставленных гостей, что даже не имел специальных лож. Впрочем, Гоена это сейчас полностью устраивало — так они с Зигларом видели всех присутствующих…
— Партия номер один! — торжественно объявил ведущий. — Собрана первым альянсом охотников Глирда. Два с половиной миллиона врат. Стартовая цена пятьдесят два миллиона…
Из монстров четвертой стадии делался черный горох первого грейда, который обычно стоил в пятьдесят раз дешевле серого гороха второго грейда, так как содержал гораздо меньше вибраций. Поэтому врата пираний и прочих низкоуровневых монстров с тринадцатого по пятнадцатый уровни не особо ценились, но по традиции аукцион начинался именно с них.
Так или иначе, продавали именно врата, а не готовый горох — они были исходным сырьем во многих технологиях. Собственно, поэтому аукцион и проводился раз в неделю — чтобы врата не распались…
— Зиглар, смотри-ка, это же Кляйн, — удивился Гоен. — А я его не заметил.
— Арбитр пришел только что.
— А кто это рядом с ним?
Возле арбитра находился незнакомый черноволосый адепт. В другое время Гоен не обратил бы на него внимания, поскольку тот не представлял ничего особенного. Это мог быть, например, представитель мелкого альянса охотников или закупщик. Однако адепт сидел рядом с Арбитром, и это все меняло.
— Я не знаю, — доложил Зиглар. — Но на нем знак, очень похожий на символ Черного Хирурга, хотя и не совсем.
— Ты не ошибся? — нахмурился Гоен.
— Думающие машины в таких вещах не ошибаются, — гордо ответил Зиглар. — Сходство слишком большое.
— Должно быть, ты ошибся. Не мог же Кляйн привести сюда кого-то из Черного Хирурга.
— Следить за ним?
— Разумеется! А в перерыве я непременно пообщаюсь с нашим уважаемым Арбитром…
Глава 2
Большая распродажа
Гоен усилием воли заставил себя отвлечься от Арбитра с его гостем и сосредоточился на аукционе. Конечно, Зиглар фиксировал все мельчайшие детали, но думающая машина могла упустить нюансы…