Лидер
Шрифт:
— Тудыть. — лицо пленного, и так не блещущее осмысленным видом, потеряло остатки разума. Но он всё же смог указать направление. — Мало идти. Меньше, чем за еда.
— Сколько вас там? Число, количество?
— Три раза по нас, смены. — голос допрашиваемого становился всё невнятнее.
— Вас три смены по четыре человека?
— Ди-и.
— Прикончите их, чтобы не мучались. — приказал я. Чёрт, вот он, наглядный пример, во что превратится содружество под управлением Эмао. — Похоже мы зря опасались планетарную оборону. Если там сидят такие же вояки,
— Думаешь, наши прорвутся? — спросил Онуфриев, едва отзвучали выстрелы.
— Думаю, нам нужно быстрее прикончить Эмао. А дальше будет уже не важно, что и как происходит на эт…
Договорить я не успел. В нескольких сотнях метров от нас в землю ударил энергетический разряд. Следом второй, третий, а затем удары стали наноситься массово, охватывая всё большую территорию.
— В стороны! — заорал Михаил. — Живее!
Случилось то, чего мы опасались. Эмао узнала о нашем присутствии на планете, и решила уничтожить самым простым и действенным способом — орбитальным ударом.
Меня накрыло примерно через двадцать секунд, почти на краю обстреливаемой площади. Вспышка, и вот я уже нахожусь в невесомости, а передо мной короткий текст:
«Старший администратор Андрей Базилевский, вы были убиты.
Количество доступных возрождений (доступно для старшего администратора): 50
Количество доступных маяков возрождения: 3 (N250, N1250, N316)
Выберите место возрождения)
Без раздумий мысленно нажал на двести пятидесятый, и в следующую секунду уже находился в знакомой пещере. Не успел осмотреться, как рядом возник Михаил. Окинув товарища с ног до головы пристальным взглядом, я хмыкнул. От бронескафов на нас остался лишь живой металл.
— Вот и повоевали. — хрипло произнёс товарищ. — Как думаешь, кто нибудь выжил?
Разумеется, никто не успел выйти из зоны поражения. Выбравшись из пещеры, мы не узнали местность, совсем недавно выглядевшую, как заповедник. В десятках мест вверх поднимались дымы, доносился треск горящих деревьев, в воздухе витал запах гари. Склоны гор были покрыты огромными кратерами.
— Надо собрать весь живой металл. — произнёс я, глядя вверх, в небо. Там, в синеве, отчётливо виднелись очертания оборонительной станции, пересекающей небосвод. Помимо неё периодически появлялись вспышки — похоже объединённый флот приступил к выполнению плана.
Второй залп накрыл нас через четверть часа, когда мы собрали две трети активного вещества. Ругаясь, на чём свет стоит, во второй раз отправились на сборы. В этот раз повезло, удалось подобрать не только весь живой металл, но и один штурмовой комплекс. На один бой хватит.
Третьего удара с орбиты не последовало, и вскоре мы узнали, почему. Проверить, что с маяком, явилась сама Эмао. При этом биоискин очень торопился, напрочь проигнорировав осторожность. Онуфриев
— Расходимся в стороны! — крикнул я напарнику. — Ты давишь огнём, я подбираюсь поближе. Нам обязательно нужно прикончить эту тварь!
Бронескафы на нас обоих больше походили на механизированные доспехи, настолько мощными они выглядели. Ещё одна разработка, которой я занимался вовремя перелёта в подпространстве. Сейчас во мне было около двух с половиной метров росту, и я одним ударом ноги мог отшвырнуть металлическую болванку весом под две сотни килограмм. Так что Эмао ждали не простые штурмовики, а кое-что посерьёзней.
Мутант, увидев меня, попытался атаковать сходу, с воздуха, но нарвался на огонь из плазменного ружья, обладающего невероятным калибром, и частую стрельбу из штурмового комплекса. Михаил не экономил заряд энергоячейки, стараясь повредить крылья твари, я же целился в корпус. В итоге крылатая тварь была вынуждена приземлиться, не долетев до нас каких-то сорок-пятьдесят метров.
Ментальный удар пришёлся в тот момент, когда Эмао остановилась на месте. Глупо с её стороны — подумал я, ведь золотой мутаген в нашей крови легко отобьёт атаку. Однако ошибся.
— Командир, я не могу сопротивляться! — заорал Михаил, привлекая к себе внимание. Бросив взгляд на товарища, я увидел, как он, пытаясь удержать контроль над телом, всё же поддаётся влиянию биоискина, и медленно поворачивает стволы штурмового комплекса в мою сторону.
— Замри! — отдал я приказ, обращаясь не к напарнику, а его бронескафу. В отличие от человека, живой металл подчинялся только мне. Онуфриев, превратившись в железного истукана, тут же начал заваливаться на спину. Ну а я, вновь сосредоточившись на мутанте, двинулся вперёд, на ходу произнеся сразу два ключ-слова: — Бандерлоги! Амбал!
Броня мгновенно потеряла часть своего веса, и я ускорился. В три прыжка сократив разделяющее нас с Эмао расстояние, практически в упор разрядил ружьё в брюхо не ожидавшего от меня подобной прыти мутанта. Какой бы прочной ни была шкура мутанта, заряд плазмы, по мощи равный выстрелу из противомоскитной турели, буквально прожёг нижнюю часть туловища.
— Р-рах-х! — взревела тварь заваливаясь на бок. Удар могучего крыла сбил меня с ног, и я полетел следом за мутантом. Глупая Эмао, мне именно это и нужно!
Могучие челюсти сомкнулись на правом плече, сдавив бронескаф стальными тисками. Да, отлично, так мне будет легче пробить твою шкуру.
— Зевс! — и раскалённый клинок, едва коснувшись мощной шеи мутанта, пробил броню и с шипением погрузился на всю глубину. Тварь тут же ослабила хватку, выпустив моё плечо из захвата, и забилась на земле. Если бы не клинок, накрепко застрявший в шее зверюги, меня бы отшвырнуло в сторону, а так пришлось перехватить левое предплечье правой рукой и держаться изо всех сил.