Лидия

Каннингем Элейн

– Не знаю, Харви - мне трудно сказать. Какой-то символ, должно быть. Олицетворение того, чего я лишилась в жизни. Матери, отца, родного дома. Я надеялась обрести в нем опору, твердыню. Гибралтарскую скалу. Увы, ничего не вышло. Пожалуйста, Харви, стань для меня опорой.

– Попытаюсь.

– Нет, правда. И... извини еще раз. Я обзывала тебя трусом и упрекала - все это была только защитная реакция. Прости, пожалуйста.

– Нет, отчего же - ты права. Пожалуй, мне надо уйти из частного

сыска. Как тебе кажется?

– Я согласна, Харви, - кивнула она.
– Я сыта по горло всеми этими Сарбайнами и фон Кессельрингами.

* * *

Я вернул взятую напрокат машину в агентство Херца и мы с Лидией потопали пешком ко мне на работу. Оставив девушку внизу, я сказал:

– Сделай мне одолжение - ладно?

– Все, что хочешь, Харви.

– Подожди здесь. Я скоро вернусь. Буквально через несколько минут. Я побренчал в кармане стекляшками поддельного колье.
– А потом, кто знает может, тебя будет ждать сюрприз.

– Я подожду, Харви, - кивнула она.

Я поднялся в контору. Просунул голову в собственную клетушку и поздоровался с Харольдом Хопкинсом. Тот жизнерадостно пролаял, что рад меня видеть.

– Приятно, что ты еще жив, старина, - сказал он.

Мейзи Гилман, услышав мой голос, выскочила из своей комнаты и чмокнула меня в щеку.

– Подожди-ка, - остановил ее я.
– Замри на секунду.

Она недоуменно остановилась, а я застегнул у нее на шее колье - ровно на тридцать секунд.

Секретарша Алекса Хантера встретила меня довольно радушно и тут же помчалась к боссу возвестить о моем появлении. В соответствии с установившимся обычаем, Хантер заставил меня прождать пять минут. Когда я вошел, он, склонившись над письменным столом, сосредоточенно водил пером по бумаге. Я кашлянул. Хантер продолжал строчить. Наконец, не поднимая головы, спросил:

– Ну что, Крим, потерпел крах?

– Пошли вы в задницу, - тихо промолвил я.

Подействовало. Приподняв голову, Хантер промолвил:

– Во вторник тебя не было, вчера - тоже. По-моему, тебе надоело у нас работать.

– Осточертело - так точнее.

– Что-то ты сегодня слишком разговорчивый, Харви. Я бы, на твоем месте, отдал колье, а потом болтал.

– Только и всего?
– хмыкнул я.
– Пожалуйста, масса Хантер, сэр.

Я небрежно швырнул колье ему на стол.

К чести Хантера, он и глазом не моргнул. Взял колье в руку, присмотрелся, повертел и брезгливо отбросил в сторону.

– Подделка. И довольно дрянная.

– Верно, это подделка. Всего лишь скверная копия. Но именно она была украдена и именно за нее компания должна была выложить четверть миллиона. Перед вами та самая вещица, на поиски которой вы меня отрядили.

– Докажи.

–

Меня от вас блевать тянет, - процедил я. И вручил копию показаний Лидии.
– Вот, ознакомьтесь,

Хантер прочитал и покачал головой.

– Этого мало. Где сейчас Сарбайны?

– В тюрьме.

– Ты издеваешься надо мной, Крим?

– Загляните в дневные газеты.

– Они уже должны быть у секретарши, - произнес Хантер. Нажав на кнопку внутренней связи, он попросил газеты, а еще полминуты спустя обалдело глазел на кипу свежих выпусков, первые страницы которых пестрели сообщениями об аресте Сарбайнов.

– Кому мы должны сдать колье?
– спросил Хантер.

– Лейтенанту Ротшильду. Впрочем, он его еще не видел. Как и ни один другой полицейский. Это целиком моя заслуга. Выкладывайте бабки. И поживее.

– Ты что обалдел, Харви? Пятьдесят тысяч!

– Сию минуту, - жестко процедил я.
– Выпишите чек. Нет - два чека по двадцать пять тысяч. Один - на мое имя, а второй - на имя Сары Коттер.

– Но это невозможно, Харви. Во-первых, я должен переговорить с Ротшильдом. Во-вторых, подписать чек может только мистер Смидли.

– Так поговорите с Ротшильдом. А потом - бегом к Смидли. И вообще, какое мне дело до ваших дурацких проблем? Я добыл вам колье и сэкономил компании двести тысяч. Гоните деньги!

* * *

Прошло, должно быть, целых полчаса, прежде чем меня вызвал Смидли. Битых десять минут он рассыпался в похвалах моим талантам и уговаривал меня остаться служить в компании. Но я был непреклонен.

Затем я ждал, пока бухгалтер оформлял чеки. Когда я, наконец, спустился, Лидия стояла на прежнем месте, но лицо превратилось в вытянутую серую маску, а по щекам катились слезы.

Когда я ее окликнул, она медленно повернулась, словно не веря своим ушам, и лишь потом отважилась улыбнуться.

– Ты боялась, что я удрал, да?
– спросил я.

Лидия молча кивнула.

– Да, высокого же ты обо мне мнения, - вздохнул я.

– Не ругай меня, Харви, - с трудом пролепетала она.
– Мне показалось, что я прождала целую вечность, а пятьдесят тысяч - слишком большие деньги.

– Деньги как деньги, - пожал плечами я и вручил ей чек.

– Что это, Харви?

– Так, пустячок. Твоя доля. Двадцать пять кусков.

Ее глаза расширились.

– Харви...

– Я решил, что так будет по честному. Так что тебе вовсе ни к чему выходить за меня замуж. На эти деньги можно долго продержаться.

– Да, Харви, долго.

– Ну вот и все. Я жутко проголодался. Пойдем пообедаем.

– С удовольствием.

– А после обеда завалим в банк.

– Хорошо.