Life's game
Шрифт:
Я вижу дуло пистолета. И мысленно представляю погружение в царство морфия. Но этого не происходит. Логан выбивает оружие у Джейн ногой и налету его ловит. Двери неожиданно открываются и оттуда выходят две женщины и один мужчина.
– Все, хватит, - властным голосом говорит одна из женщин. С изумлением, узнаю в ней Мегги.
– Ооо, а вот и твоя мать пришла, - сдавленно говорит Джейн, стараясь не потерять самообладание.
– Так это было спланировано с самого начала?
– Было плохо спланировано. Мы опоздали, - такая сила слышится в ее голосе, - до чего ты докатилась?
Она поднимает пистолет и выпускает пулю в лоб Джейн. От этой великолепной картины мне становится еще чуть лучше. Красота. Следующая на ее очереди Ящерица.
– Ты должна была тогда еще умереть, но я пожалела тебя, - выстрел, и второе тело падает на каменный пол. Во второй женщине узнаю Марго, а вот мужчина незнакомый. Или я его все же где-то видела? Оседаю. Боль снова становится невыносимой.
– А ты плохо выглядишь, - теперь Мегги обращается ко мне.
– Ага, как после двухдневной пьянки, - язвлю я.
– Где ты была? А мама?
– последнее слово говорю нарочно фальшиво. Как же меня бесит это притворство. Она смотрит на меня две секунды виновато. Или мне кажется. У меня же образы расплываются. Глаз опух.
– Ляля, нам надо много о чем поговорить, - спокойно говорит она. Ко мне подходит Логан и поднимает меня на ноги.
– Отвали от меня, - холодно бросаю я, - это относится к вам обоим. Задрали оба своими тайнами.
Медленно иду к выходу. Меня никто не пытается остановить. Все итак знают, что это бесполезно.
Смутно помню, как добралась до гостиничного номера и выпила таблетки Кевина перед, тем как забыться в трехдневном сне. Я, действительно, очень устала, плюс ко всему, была жестоко избита. Не знаю, как люди смотрели на девушку, всю в синяках и перепачканную собственной кровью.
В общем, через три дня я проснулась в грязной пропотевшей одежде, жутко разбитая, но здоровая. И готовая обдумать все случившееся. Если раньше я считала, что ничего не знаю о себе, то сейчас я готова засунуть эти знания в самую далекую задницу мира. Забавно, что слепая ярость ушла. Убийца Кевина же мертва.
Но Мегги. Моя мать оказалась моим бывшим преподавателем по урокам соблазнению. Уму непостижимо. Мои родители все это время были рядом со мной, а я этого не знала. Зачем надо было это скрывать? Зачем надо было врать? Для моей безопасности? Очень смешно. По-моему, гораздо безопаснее мне было знать. Так бы я понимала, чего мне ожидать. Да и вообще, не было бы вопросов. Вообще никаких. Нет, я пока не готова простить свою мать. Да и отца тоже.
И что это за тупая месть из-за того, что Кевин выбрал не Джейн, а Меган? Разве это стоит смерти человека? Я отнимаю жизнь, только если совсем
Логан. Он все время работал на Мегги. То есть он все время знал, кто я и кто она мне. И не сказал. Даже после всего, что между нами было. А эти его слова, когда меня избивали, были брошены, потому что он работал на мою мать. А не потому, что я ему безразлична, ведь так? Или нет?
Нет, лучше не забивать этим голову. Тело не слушается. Надеюсь, это мое последние употребление таблеток Кевина, иначе просто здоровья не хватит. Как же сложно, черт возьми. Откуда эта смутная тревога и какая-то непонятная боль?
Так, надо еще раз обдумать все по порядку. Мегги – моя мать и женщина, которая всегда была рядом. И пусть она лгала мне всю мою сознательную жизнь, она заботилась обо мне и переживала. Наверное. Блин, надо с ней поговорить и разобраться во всем. Но сначала надо устроить себе передышку и свалить из Парижа на год. Или на два. Решено! Устроюсь официанткой в Испании и забуду, как страшный сон, происходящее здесь.
А Логан идет нахрен. Бесит. Как раньше бесил, так и сейчас бесит. Я была просто застигнута врасплох своей детской влюбленностью. Меня не учили закрываться от таких сильных чувств. Хотя… Ни к кому не привязывайся. Никому не доверяй. Никогда не сдавайся.
Я нарушила все три правила. Все три главных правила, которые вдалбливал мне Кевин на протяжении восьми лет. Какая же хреновая ученица.
Выхожу из душа в еще более подавленном настроении, чем раньше. Придирчиво оглядываю незастеленную кровать. Надеваю шорты и майку. Застилаю белоснежные простыни и глубоко вдыхаю. Слух улавливает тиканье часов. Тик-так. Так и проходит вся жизнь. Мы не успеваем следить за временем, гонимые проблемами и суетой. Тик-так.
Решаю сходить прогуляться. Может, случится чудо, и я снова обрету какой-то смысл в своей бесполезной жизни.
Однако, когда рука ложится на ручку двери, замечаю, что замок вскрыт. Интересное кино. Через секунду замечаю его, сидящим на кровати.
– Пошел вон, - голос холоден, как лед. Я горжусь собой. Ловлю каждую черту его красивого лица. Карие глаза внимательно вглядываются в мои, каштановые волосы в беспорядке, разбитая губа придает ему некоторое мужество, а густые брови слегка сведены. Сердце пропускает удар, и в какую-то долю секунды я готова простить ему всю ложь. Но потом злость берет верх над разбушевавшимися чувствами. – Я не хочу тебя видеть.
– Джейт, если тебе будет легче, можешь ударить меня, - его голос спокоен и властен. Как обычно он контролирует ситуацию.
– Иди к черту, – если не уйдет он, то уйду я. Не успеваю среагировать, когда он смахивает мою руку и блокирует дверь. – Издеваешься, да? – с усмешкой спрашиваю я перед тем, как нанести удар. Только он отклоняется. Пытаюсь ударить ногой, он перехватывает ее и тут же отпускает. Наношу серию ударов руками, но он ставит блок.