Лик войны

Эренбург Илья Григорьевич

— Сапер… Воспаление легких… Нельзя трогать, все равно к вечеру кончится, — сказал фельдшер.

Вдруг из-под чешуи глины

раздался громкий внятный стон:

— Спасите меня!.. Дайте мне что-нибудь!.. Я так хочу жить!..

Я вздрогнул от голоса. Подошел к койке, вгляделся в покрытое грязью, заросшее бородой лицо. Это был Роже.

VI

Солдат смеется:

— Лежим, глядим: выбегают из окопов и наземь… Пулеметы работают. Да все руки закидывают, будто танцуют. Как мы смеялись!..

— Смеялись?

— А конечно. Смешно глядеть.

— Ведь умирают.

Смеется. Потом прибавляет:

— Умирают? Je m’en fiche. Наплевать…

Иду.

Надо перейти окоп. Чей-то труп. И переступив уж, замечаю — ведь я его ногой отпихнул. Смерть? Меня убьют? Умер самый близкий мне человек? Все человечество погибнет? Да, конечно, но видеть надоело…

Ничего в этом нет жуткого, великого, таинственного, только забавно вскинутые руки да труп, который мешает ходить. И, говоря откровенно, наплевать… «Je m’en fiche».

1915–1919

Париж — Киев