Ликвидатор
Шрифт:
Кейпс, бывший начальник московской станции, недовольно скривился.
– Координационной группой. Мы вывели ее за пределы станции и за пределы посольства вообще, посадили ее под коммерческую «крышу» с тем, чтобы не сильно тратиться на прикрытие. В конечном итоге – Москва сейчас свободный город, попасть в нее легко, в городе десятки тысяч экспатов, в том числе и американцы. Любое прикрытие стоит денег и сокращает возможности. Мы решили поработать по-новому.
– Чем занимались эти люди?
– В основном сбором информации. Из легальных и полулегальных источников. Например, через
– Почему же русские ударили по нам?
– Не знаю, сэр. Думаю, дали нам понять, чтобы мы не вмешивались. После взрыва станция, конечно же, активизировалась. И попала на монитор к русским.
– Что к ним попало?
– Ничего.
– Вы уверены?
– Да, сэр. Начальник станции все уничтожил.
Президент задумался, чтобы задать следующий вопрос.
– Что все-таки могло послужить причиной разгрома? Конкретнее – могли ли они узнать что-то такое, что русским не понравилось. О произошедшем.
Теперь вынужден был подбирать ответ Кейпс.
– Сэр… – сказал он – ситуация такова, что одна из служб вывела своего оперативника, посланного в Москву, на нашу станцию. Конечно же, ему оказали помощь, вывели на одного из информаторов. Информатор… он оказался двойным агентом, сэр. Завел нас в ловушку, и мы потеряли парня из прикрытия. А агент… у нас нет информации, сэр, но, похоже, он вышел на правильный след. Его вывезли за пределы Москвы на строительную площадку, с тем чтобы убить. Но какой-то неизвестный помог ему и убил тех, кто пытался убить нашего человека. Его он не тронул и приказал возвращаться в Москву.
– Похоже на телесериал про шпионов.
– Мы ведем расследование, сэр. – Кейпс решил не упоминать, что агент, которого спасли в подмосковном карьере, вышел из-под контроля и сейчас обретался неизвестно где. – Пока что информации очень мало. Мы предполагаем, что неизвестный – ликвидатор спецназа. Профессиональный убийца на службе государства, истребляющий неугодных режиму.
Президент удивленно поднял брови:
– Даже так?
– Да, сэр. Позвольте напомнить, что я был начальником станции в Москве в девяностые. Ходили слухи про «Белую стрелу» – тайную группировку внутри армии, или полиции, или спецслужб, физически уничтожающую криминальных авторитетов. На тот момент они и в самом деле приобрели такое влияние, что угрожали государственности. И в самом деле – почти все они были убиты, но по официальным данным – в криминальных столкновениях. Теперь же для русских главный враг ислам, и они борются с ним теми же методами. У нас есть достоверные доказательства того, что на Кавказе действуют эскадроны смерти.
Президент подумал – не стоит ли развить эту тему. Нет, не стоит. Однозначно не стоит. Царнаева еще все помнили – а произошедшее только что и вовсе подтвердило, что кавказцы ничем не отличаются от арабов в плане злонамеренности. Кампания по защите гражданских прав кавказцев может поставить их в очень дурацкое положение. Тем более, если произойдет еще что-то. А это – нельзя исключать.
Нельзя…
– И что теперь? Каковы наши возможности в Москве?
– Позвольте мне, сэр, – вступился
– Конечно.
– Наша оперативная группа уже в Москве. Официально. Двадцать восемь человек, лучшие из лучших. Специалисты из отдела по борьбе с организованной преступностью и отдела по борьбе с терроризмом. Мы официально запросили сотрудничество у России по линии Интерпола и по линии наших прямых контактов. И получили его.
– Насколько? – спросил президент.
– Довольно неплохо, сэр. Десять человек от нас включены в состав объединенной следственной группы. Мы наняли переводчиков, и они переводят все материалы уголовного дела для нас. Русские заявили, что при поимке террористов они подлежат суду по их законам – но трудно было ожидать иного.
– Что им грозит? – спросил президент. – Я имею в виду террористам.
– Пожизненное заключение без права на досрочное освобождение, сэр. Они отменили смертную казнь.
– Похоже, они просто сделали ее внесудебной, – сказал президент, – от русских трудно ждать иного. Есть какие-то результаты?
– Да, сэр. Удалось установить, что взрывное устройство было собрано в Москве в похоронном бюро. Там найдены следы взрывчатки. Они пытались скрыть операции со взрывчаткой – но следы все же остались. Удалось также установить истинного владельца похоронного заведения.
– И кто же он?
– Криминальный авторитет, – Мадд положил на стол тонкую папку, – Сафар Мирзаев, по национальности азербайджанец, житель Москвы. Мусульманин. Материалы на него у нас уже были, въезд в США ему запрещен по представлению ФБР как возможному участнику организованного рэкета. Есть данные, что он участвовал в криминальных аферах с земельными участками. Никаких данных о возможной его принадлежности к террористам у нас не было.
– Криминальный авторитет, – президент, сам начинавший в не самых лучших районах Чикаго, задумался, – не слишком похоже на правду. Такие ребята не склонны оказывать услуги.
– Да, сэр. Русские проморгали с его задержанием – и он пропал.
– Пропал?
– Да, сэр. Русские объявили его в розыск – но больше это похоже на похищение.
Взрыв произошел в результате активации очень сложного технически детонатора. Мы считаем, что детонатор активировался от голоса бывшего президента США Джорджа Буша. И не просто от голоса – а от довольно продолжительной речи. То есть детонатор содержал в себе систему распознавания голоса, систему определения продолжительности речи и механизм активации устройства, завязанный на определенный алгоритм. Ничья другая речь активировать его не могла.
– Это очень сложный механизм, – сказал президент. – Я слышал, что голос каждого человека уникален, верно?
– Да, сэр. Верно. Только нужна сложная аппаратура для его опознания.
– Но у террористов она была.
– Верно, сэр.
– Вы консультировались со специалистами? Насколько доступна такая аппаратура? Кто ее может сделать и как? Ее можно сделать в гараже, купив компоненты по Интернету?
– Да, сэр. У нас есть заключение двух специалистов, одного из МИТ [65] 65